Точка соприкосновения (СИ)
- Браво! Хочется аплодировать! Как ты гениально все провернул! - усмехнулась я, заметив блеск в глазах Димы. Похвала ему нравилась.
- Было даже забавно, что все так легко вышло. А сколько радости было, когда ты от меня залетела! - улыбнулся он.
- И ты думаешь я соглашусь стать женой психа? Ненормального маньяка? - с безразличием поинтересовалась я, видя, как Дима переменился в лице.
Он со всей силы залепил мне пощечину, его трясло от гнева. А я потерла щеку и улыбнулась, посмотрев в его глаза.
- Заткнись, тварь! Предупреждал, чтобы ты меня так не называла! Или напомнить тебе что бывает с теми, кто выводит меня из себя? - прорычал он.
Сердце внутри остановилось, было безумно страшно, но пути назад уже не было. Надо было сыграть свою роль.
- Ты мне ничего не сделаешь! Я же ношу твоего ребенка! - усмехнулась я, снова изобразив безразличие.
- Ах, вот что тебе придает храбрости! Думаешь, я тебя не трону? Сейчас разочарую! - прорычал он, и достал нож из кармана.
Он схватил меня за волосы, и заставил переместиться с кресла на пол. В моих глазах отразился страх и я действительно очень боялась.
- Знакомое выражение лица! Вот с таким страхом в глазах ты будешь жить все оставшиеся дни своей жизни! - рассмеялся он.
- Да пошел ты! - сказала я на одном дыхании, понимая, что злить психа — это верная смерть.
В глазах Димы отразилось бешенство и ярость. Он схватил меня за руку и полоснул ножом по ладони. Я вскрикнула от боли и ужаса.
- Какая вы, Александра, неуклюжая, готовили обед и руку поранили. Понятно, что скажешь своему папаше, когда он вернется? - прошипел Дима. - И так ты будешь у меня то падать, то стукаться сама. Никто к тебе на помощь не придет!
Я прикусила губу, стараясь не расплакаться. Но он ждал моих слез и мольбы. Тогда он потянул меня за ногу и полоснув по коже металлом, нанес еще одну рану, сорвав с моих губ крик.
- Ой, а это ты споткнулась на детской площадке и ногу немного распорола! - прошипел он.
Раны пульсировали, кровь капала на пол, но я не чувствовала физической боли, потому что душа болела сильнее. Дима как с цепи сорвался, наносил пощечины, заставлял на коленях умолять о пощаде, целовать его ботинки. Он взял скотч со стола отца и залепил мне рот, а потом взял силой на полу. Я пыталась его сбросить и оттолкнуть с себя, но он шипел, что убьет меня, если я не подчинюсь. Угрожал, что покалечит Аню, если я кому-нибудь расскажу о нашей с ним встречи. Хорошо, что ему нужно было улететь в Китай на четыре недели. Он как раз планировал вернуться к моим родам. Не знаю, сколько бы я выдержала. Его в реальность вернул телефонный звонок, напомнив, что скоро самолет. Дима взял папку и еще раз пнул меня по раненой ноге.
- Надеюсь, теперь ты уяснила, что ничто не остановит меня! Уничтожу всю твою семью и тебя! Будешь бесить меня, значит умрешь медленно и мучительно! Это я тебе гарантирую!
С этими словами он вышел из кабинета и захлопнул за собой дверь.
Я лежала на полу и не могла пошевелиться. Осторожно поднявшись, сорвала скотч со рта и поморщилась от боли. Достала аптечку и перебинтовала руку и ногу, вытерла пол, на котором были следы крови. А внутри все ликовало. Подошла к стеллажу с книгами и достала камеру, на которую обычно снимала свое семейное видео. Все его слова и действия были записаны. Я сохранила файл на сервере в интернете, чтобы из любой точки мира можно было его открыть, а камеру спрятала у себя в комнате. У меня были доказательства моей невиновности, но их было еще рано демонстрировать остальным. Мне нужен был план, очень грамотный и продуманный.
На следующий день я поехала со своим охранником в больницу, на осмотр к врачу. Заодно медсестра помогла мне обработать правильно раны. Всем сказала, что получила их на детской площадке. И все поверили. Узнала, где работает Поляков и отправилась к генетику. Меня приняли без очереди и записи, стоило сообщить свою фамилию.
- Александра Михайловна! Чем обязан визиту? - поинтересовался главврач. Это был полный пожилой мужчина. Волосы его покрыла седина, а лицо было в морщинах. Он поправил очки и внимательно смотрел на меня своими маленькими глазами. Острое лицо, острый нос, и тонкая линия губ.
- Вы будете брать образец ДНК у моего ребенка? - уточнила я.
- Да, обо всем договорился с Бейкером и Кравцовым. Они были у меня и объяснили ситуацию. Один экземпляр берем мы, другой я направлю в Америку, специалисту, которого указал Леонард.
Я достала из сумки пакет и положила на стол врача стопку денег, от чего его глаза округлились. Он с непониманием и страхом смотрел на меня.
- Здесь двести тысяч! Можете потратить на свое усмотрение. Взамен прошу только об одной услуге! - сказала я, внимательно посмотрев на доктора.
Он закашлял, а потом нервно застучал пальцами по столу.
- Даже если я укажу неправильный результат, мои коллеги в Америке установят отцовство, и придется еще раз пересдавать, - прошептал он.
- Вы не так меня поняли! Я знаю, кто отец ребенка, и Лео и Дмитрий тоже знают, кто отец. Все это формальность, им просто нужна бумага, которая подтвердит то, что и так нам троим ясно. Мне нужна другая услуга. Когда вы получите результат, позвоните сначала мне, и только через сутки сообщите Лео и Дмитрию. И только через день отправьте ДНК моего сына в Америку на проверку. Двести тысяч за то, чтобы у меня были сутки, прежде чем они узнают результат. Вы не нарушите закон, ничего такого в этом нет, а мне очень поможете. Мне нужны эти двадцать четыре часа! Я могу на вас рассчитывать? - спросила я.
Поляков удивленно смотрел на меня, а потом улыбнулся, складывая деньги в стол:
- Там, где не надо нарушать закон, я легко помогу. Не беспокойтесь, как только родите, я приеду за образцами. Вы первая узнаете результат, и только на следующий день я сообщу информацию Бейкеру и Кравцову! Все верно понял? - уточнил главврач.
- Да! Спасибо! - ответила я, улыбнувшись.
Попрощавшись с доктором, я чувствовала себя намного лучше. Вечером достала телефон и отыскала в контактах отца номер Рикардо Герейро — звезды футбола. Вся надежда была на то, что он не откажет мне. Через пару гудков услышала приятный голос с португальским акцентом:
- Смирнов! Рад вашему звонку!
- Рикардо, привет! Вообще-то это его дочь, Алекс! Если ты, конечно, помнишь меня, - проговорила я на одном дыхании, чувствуя волнение.
- Алекс! Рад слышать! Конечно, помню! Слышал, что вы с Бейкером развелись. Очень жаль!- произнес он, хотя я была уверена, что ему вообще все равно, а сказал так из вежливости.
- Рикардо! Мне нужна твоя помощь! Сможешь спрятать меня и детей у себя? Один человек угрожает убить меня, не хочу рисковать. Если скажу своим родным мне опять или не поверят или дойдет слух до этого маньяка, и тогда мне конец. Но так, чтобы ни одна душа в мире не знала, что я у тебя!