Алхимаг: Черный ворон (СИ)

Следовал всем инструкциям ментора Исаевой, однако ничего не получалось. Как бы я ни старался забыть обо всём и представить Вещество, у меня не выходило. Постепенно в душе нарастало отчаяние.
Была ли моя неудача следствием неопытности или свидетельствовала о том, что мне не дано постичь алхимагию, в принципе?
Этого я не знал. Но спустя полтора часа бесплодных усилий стало ясно, что, как минимум, сегодня мои усилия успехом не увенчаются.
Поднявшись, я немного прошёлся, разминая затёкшие ноги и проклиная всё на свете, а затем принялся стирать с таким трудом созданный чертёж.
За этим занятием и застал меня слуга.
— Прошу прощения, Ваше Сиятельство, — проговорил он, заглянув в спортзал. — Наконец-то, я вас нашёл. К вам посетитель. Некий молодой человек, представившийся Никитой Юматовым. Прикажете впустить?
Юматов, Юматов… Кажется, я слышал эту фамилию в Менториуме во время общих перекличек.
Я кивнул.
— Вам подойдёт малая гостиная, или проводить гостя в ваши покои? — уточнил слуга.
Я поднял указательный палец. Мол, первый вариант.
— Как прикажете, господин, — кивнув, лакей скрылся за дверью.
Ни имя, ни фамилия позднего гостя сами по себе ничего мне не сказали. Однако я подозревал, кто это может быть.
  
Глава 13
 
Закончив с чертежом, я собрал свои записи и инструменты, зашёл к себе, чтобы оставить их, и поспешил в так называемую малахитовую гостиную.
Войдя, сразу увидел невысокого парня моего возраста, одетого в серый костюм. При виде меня он поднялся с кресла, в котором сидел. Сделав три шага навстречу, протянул руку. Когда я её пожал, представился:
— Никита Юматов. Господин Терновский оказал мне честь, попросив выступить его секундантом. К вам я прибыл с поручением передать вызов на поединок, — несмотря на возраст, парень держался уверенно и подчёркнуто официально. Выпавшая ему роль явно доставляла ему удовольствие. — Угодно ли вам принять его?
Как я и думал, явившийся гость был посланником придурка, отправленного мною в нокаут. Про оказанную честь он, конечно, загнул. Громко сказано.
Тем не менее, вызов следовало принять, так что я кивнул.
— Хорошо, — сказал Юматов. — В таком случае мы должны обсудить условия. Вам, как вызванной стороне, полагается выбрать оружие.
Именно так, дорогуша, именно так… И это не может не радовать.
Я достал из кармана блокнот и написал: «Клинки».
— Принято, — кивнул, прочитав, Юматов. — Время и место?
Подумав, я черкнул на странице:
— Завтра в семь часов утра на школьном стадионе.
Незачем затягивать это дело. Чем раньше, тем лучше.
Секундант моего соперника покачал головой.
— Увы, утро у господина Терновского уже занято. Предлагаю время после занятий. Часов пять?
Нетрудно догадаться, чем именно блондин занял это время. Готов поставить бабки, что дуэлью с Левшиным.
Я кивнул.
— Хорошо, принято. Осталось обговорить формат поединка. Оскорбление действием не относится к разряду особенно тяжёлых, так что, раз вы предпочитаете клинки, предлагаю вам биться до первой крови.
Я снова кивнул. Нет, уже за одно только то, что я вынужден каждый раз качать башкой, выражая согласие, папаше надо бы отсечь причиндалы — как принято в приличных семьях вроде Олимпийцев!
— Прекрасно, — сдержанно улыбнулся Юматов. — В таком случае до встречи завтра в пять часов пополудни. Спасибо, что уделили время.
Как же он упивался своей ролью! Прямо сочился вежливостью, будто дикий улей на солнце — мёдом.
Проводив его до выхода, я вернулся к себе и нехотя засел за уроки. Правда, спустя четверть часа пришлось прерваться: зазвонил телефон. На экране высветилось: «Миша». Ответив на вызов, я угукнул, давая понять, что слушаю.
— Привет, Ярик, — раздался его голос. — Наконец-то, я до тебя дозвонился! Чем ты занимался? Ладно, неважно. Я позвонил Терновскому и бросил ему вызов. Дуэль завтра утром в семь. Прошу тебя стать моим секундантом. Согласен?
— Угу, — отозвался я.
Вставать, конечно, придётся ни свет, ни заря, но парень заслужил хотя бы моё присутствие. Должен же его кто-то поддержать. К тому же, он ещё может выжить, так что незачем совсем уж человека со счетов списывать раньше времени.
 
— Спасибо. Не сомневался, что согласишься. А как у тебя дела? Знаю, что не можешь ответить сейчас, так что черкни в мессенджере. Всё, жду!
И он повесил трубку.
Я быстренько отправил ему сообщение, описав приезд Юматова и условия, о которых мы договорились. В конце добавил: «Надеюсь, ты его хорошенько отделаешь и выступишь моим секундантом после уроков».
Пусть думает, что я в него верю. Мне не трудно, а ему приятно.
Через пару секунд появилась отметка, что сообщение прочитано. Михаил начал печатать в ответ. Справился быстро: не прошло и минуты, как мне прилетело от него: «Это вряд ли. Урод выбрал пистолеты».
Ох, не повезло! Этого Левшин, видать, не предусмотрел.
— Ярик?
Голос Николая заставил меня оторваться от экрана и обернуться. Отец стоял на пороге. Ну, и какого лешего ему понадобилось?
— Я стучал, — сказал он. — Ты не слышал?
Я отрицательно покачал головой. Если бы стучал, слышал бы, так что не надо ля-ля, дорогой родитель.
— Слуги сказали, что ты здесь. К тебе кто-то приезжал?
Не было смысла скрывать, что завтра меня ожидает дуэль, так что я достал блокнот и быстренько описал случившееся, упомянув визит Юматова. Николай терпеливо ждал, пока я закончу и передам ему блокнот.
Пока читал, хмурился. Затем поднял на меня взгляд.
— Это было очень неосмотрительно с твоей стороны, — сказал он. — Я тебя понимаю, но поединок с Терновским… Плохо, как ни посмотри. С его семьёй мы давно в контрах, как ты знаешь. Если помнишь. Каковы условия дуэли?
Забрав у него блокнот, я набросал то, о чём мы договорились с Юматовым.
— Хм… — сказал Николай, прочитав. — Что ж, жёсткими их не назовёшь. Хотя как посмотреть. Первая кровь ведь может означать и смертельную рану. А оживлять Лекари не умеют. Советую тебе не убивать соперника. Это может привести к вражде с его семьёй. Нам это не нужно. Времена и так… Ладно, это неважно. Просто имей в виду, что я готов тебя поддержать. Пришёл бы и на поединок посмотреть, но такое не принято. Над тобой будут насмехаться.
Я кивнул, давая понять, что понимаю. Мне его компания была и не нужна.
— Хорошо, — Николай вернул мне блокнот. — Делай уроки. Не буду отвлекать. И удачи тебе завтра.
Когда он ушёл, я ещё раз взглянул на сообщение Левшина. Пистолеты… Это плохо, очень плохо. Пулю не блокируешь, как клинок. Есть большая вероятность, что один из соперников будет убит. Хорошо, если Терновский. А если нет?
Останешься без зануды-прилипалы, как и хотел, только и всего. И без источника полезной информации. И без единственного человека, который считает себя в этом мире твоим другом. Хотя это уже голимые сантименты, конечно. Их из списка вычеркнем.
На следующее утро я прихватил ятаган, ибо Самосеки на дуэлях чести использовать нельзя, ведь они помогают владельцу. А вот на своих клинках биться разрешено. Если Михаил не уложит противника наповал, ятаган мне понадобится.
Прибыл я на стадион заранее. Юматов был уже там. Поприветствовал меня кивком, руки на этот раз не подал. Плевать. Я его влажную лапку тискать желанием и не горел. Всё равно, что кальмара жамкать.
— Доброе утро, господин Мартынов. Ваш товарищ приедет?
Я кивнул. Мы с Левшиным списались утром, так что мне было известно, что он уже едет.
И действительно, Михаил появился спустя всего три минуты. Поздоровался с секундантом противника. А ещё через пять минут прибыл Терновский. Хмуро глянул на меня, затем слегка кивнул Левшину. Сказал:
— Приветствую, господа. Начнём? Не хочу опоздать на первое занятие.
— Как и я, — отозвался Михаил.
— Долг обязывает меня спросить, не угодно ли вам примириться, — сказал Юматов.