Крестная внучка мафии 2 (СИ)

Стараясь держаться максимально достойно, я проглотила ком в горле и села на обжигающе ледяной стул.
Стремно долго и молча сидеть за столом в допросной.
Особенно в наручниках.
Особенно, если в спину дует просто ледяной ветер из кондиционера, будто высасывая все надежды. А следователь при этом безразлично курит сигарету за сигаретой прямо перед тобой, листая толстые папки, где каждое слово на итальянском.
— Ну, что… Синьорина Лукрезе… Или как там вас? Волкова? — выдохнул он облачко дыма. — Неважно… Буду называть вас Бонни и Клайд. Один занимается шантажом и вымогательствами, а вторая вооруженными нападениями…
Услышав, это у меня аж кулаки сжались.
Не зря мой дядя Миша всегда говорил, что менты такие же бандиты. Глядя в серо-зеленые глаза Эспозито, я отчего-то в этом больше не сомневаюсь. Не вижу я в нем сторонника добра и справедливости. Только мужчину, который ненавидит Лукрезе и готов идти к своей цели по головам.
М-да… Надеюсь, он не раскопает, что мой дядя Миша был мелким бандитом в Питере в 90-е. А то мне еще и связи с русской мафией тут пришьют.
Комиссар слегка кивнул на папку.
— Ладно… Вам итальянские родственнички уже успели рассказать, что вам грозит или вас молча на убой ведут?
Молчу.
— Угу… Понятно, — усмехнулся он. — Всегда поражался таким девицам. Влюбляетесь в богатенького, а то что он торгует наркотиками, детей на органы продает, людей убивает, это вас, конечно, не волнует и никогда не коснется…
Сжав грязную юбку белого платья, я смотрела прямо в глаза Эспозито и всеми силами убеждала саму себя не реагировать:
«Так, Вики… Этот мерзавец провокатор и просто пытается заставить совершить ошибку. Каждое слово и движение будут использованы против тебя и Сандро. Не реагируй.»
— Завтра-послезавтра и ваш Крестный Отец, и его преемник будут арестованы и вы поедете всей Семьей в тюрьму, — спокойно выдохнул Эспозито новое облачко дыма. — У нас здесь не Россия. Иначе почему вас до сих пор не вытащили, учитывая их связи и возможности?
Чувствуя, как же страшно от мысли, что Сандро бросился мстить французу и убил его, я с силой скрестила пальцы. Но еще больше я боюсь, что Шеро из страха попытается его убить первым.
Дядя Миша тоже после 90-х вроде как стал «честным бизнесменом». Пока двенадцать лет назад кто-то не взорвал его машину и не убил.
— Но я человек чести, — с достоинством произнес Эспозито, а я чуть не хмыкнула. — Могу и скосить тебе срок, если будешь сотрудничать. Но готова ли ты себе помочь? Или будешь ждать, пока на тебя повесят все, что можно?
— Я требую адвоката и говорить буду только в присутствии адвоката, — предательски тихо сказала я.
Эспозито рассмеялся и протянул мне листочки бумаги из папки.
— Не знала зачем они таких как ты с улицы подбирают? — хищно усмехнулся он, зажимая сигарету в зубах. — Делают знаменитыми и «важными» в глазах общественности?
Бросив взгляд на листочки, я с трудом сдержала покатившую к горлу тошноту.
Не думала, что когда-нибудь столкнусь с таким. Когда перед глазами какой-то текст, фото изуродованных трупов и где-то в углу написаны имена родных мне людей.
Дедушка… Сандро… Федерико… Фабио… Отец Фабио, дядя Бернардо…
Конечно, я уже немного познакомилась с мафией, но одно дело знать их, как людей, а другое дело видеть фото их жертв.
— Хотя нет… Лучше посмотри, что случилось с прошлой «невестой» Алессандро, — он достал новый листочек из папки, где было фото очень красивой блондинки, чем-то похожей на Лауру. — Луиза Олланд до сих пор сидит в тюрьме. Случайность ли, что ее посадили за торговлю наркотиками?
Закусив губу, я молча и отчаянно замотала головой.
Нет. Это все ложь. Моя семья не такая. Этот мерзавец просто играет на моих нервах и страхах.
Но все-таки… Почему за мной никто не пришел до сих пор? Даже адвокат!
— Виктория, это Алессандро родился в Семье Лукрезе и не сможет из нее уйти, — с наслаждением усмехнулся Эспозито, читая меня как открытую книгу. — А вот ты… Ты вполне еще можешь выбраться.
 
Серо-зеленые глаза Эспозито блестели и, видя кривой нос, я невольно вспомнила похитителя, который под дулом пистолета «уговаривал» меня шпионить за Лукрезе. Сама не знаю почему, но в этот момент я провела параллель между дизайнами туфель, которыми огрела каждого из них.
Неужели это какое-то магическое свойство моих «тапков»? Почему они считают, что я могу быть им полезна?
— Ты что… Тоже хочешь мне работенку предложить? — недоуменно протянула я.
Однако ответить он не успел.
— Комиссар!
Неожиданно в допросную влетел какой-то полицейский и что-то тихо сказал Эспозито на итальянском. Пару минут они переговаривались, а после тот зло потушил сигарету и процедил сквозь зубы:
— Тебя проводят за вещами. Протокол подпишешь и свободна.
Не веря тому, что мне расстегнули наручники, я с опаской пошла к выходу. Готовая просто бежать отсюда, куда глаза глядят. Но пришлось сперва зайти и забрать телефон. Единственную вещь, которая у меня была в кармане белого сарафана.
— Синьорина, я адвокат Лукрезе, — неожиданно поприветствовал меня высокий, седой мужчина в очках и сером костюме. — Я составил протокол на итальянском за вас. Распишитесь вот здесь.
Пугаясь незнакомого человека, который просит что-то подписать в отделении полиции, я невольно сделала шаг назад. Как вдруг услышала голос Летиции.
— ВИКИ! НУ, НАКОНЕЦ-ТО! — воскликнула она, бросаясь меня обнимать.
Я даже не успела ее рассмотреть, как она буквально задушила меня в объятиях.
Летиция Франческо
— Котеночек! Я так скучала по тебе! Думала брат меня угробит с этими вашими безумными идеями «Густо дела Вита»… Да, и сейчас обещает прикончить…
— А где Сандро? — сдавленно спросила я, чувствуя как не хватает воздуха.
— Все потом! — замотала она головой, отступая и показывая мне свой нежно зеленый брючный костюмчик. — Это наш родственник. Дядя Массимо, муж тети Джулии.
Видя, что я не понимаю, она эмоционально шевельнула рукой.
— Ну, которая старшая сестра моей мамы и дочка нонны Катарины.
Все равно не помню. Шумно выдохнув, я вежливо улыбнулась очередному близкому родственнику.
После разговора с Эспозито, было не по себе подписывать документы на итальянском, не понимая их содержания. Правда стоило заметить нотариально заверенный перевод на английский, как на душе стало значительно легче.
Правда ненадолго.
— Дядя Массимо… А как вы дали за меня показания, если ни разу не говорили со мной? — повернула я голову к адвокату.
Наклонившись, он тихо сказал мне на ухо:
— Вы не говорите по-итальянски, если бы я к вам пришел давать показания — понадобился бы переводчик. Эспозито мог бы трактовать ваши слова как угодно и довести дело до суда. Поэтому я действовал от обратного. От фактов, которые нельзя оспорить.
Он протянул мне папку, где был перевод доказательств каждому «моему слову» с камер наблюдения и экспертизы из номера. И будь проклят Эспозито, но после разговора с ним, я остро почувствовала, что если бы дядя Массимо решил меня посадить — я бы уже ехала в итальянский Магадан.
Но только я успела вдумчиво прочитать и поставить подпись в присутствии сотрудников полиции, как Летиция уже решительно потянула меня за руку к выходу.
— А теперь, самое главное… — важно шевельнула она бровью над большими очками в круглой оправе. — Сделай то самое выражение лица, за которое все тебя так любят.
— Это какое? — не поняла я.
— Ну, такое тоже пойдет… — махнула она рукой. — Вперед! И главное помни — ты за справедливость!
И не давая мне даже понять, что происходит, она резко вытащила меня на улицу. А там…
Я, конечно, надеялась, что меня будут встречать. Но как-то не рассчитывала, что встречающих будет настолько много.