Спасибо за обман (СИ)

— И чёрт с ней. Отдыхай, ещё неделя у тебя. Или попросишь продления отпуска?
— А вы справитесь? — прищурившись, спросил директор.
Роман вздохнул, почесал щетину и засмеялся.
— Нет уж, выходи-ка ты на работу, Арай Александрович.
— Понял.
Они тепло попрощались. Глядя вслед другу, вспомнил Арай, как сидели вместе на кухне той съёмной квартиры, как готовил Роман ужин и слушал рассказ о навалившихся проблемах с работой, семьёй, руководством.
Кто-то подёргал его за пиджак, возвращая из далёкого прошлого в старый двор. Это Саша вышел со всеми на улицу, где дядя Ваня уже заводил свой патефон.
— Что, Шурка, будем танцевать? Пригласим Тамару?
Вместе подошли к невесте, стоявшей с родителями, только мальчик остался с ними. Арай предложил ей руку, и под музыку пятидесятых годов прошлого века молодожёны закружились в танце. Постепенно к ним присоединились другие пары.
— Здорово получилось, — шепнула Тамара ему на ухо. — Всем нравится, посмотри на них: счастливые, молодые!
— Я всё спросить хотел: почему у тебя нет подружек-ровесниц? Или это не моё дело?
— Почему же? — удивилась она. — Тут ничего интересного нет. Были в институте, потом все замуж вышли, семьями обзавелись, стали реже встречаться. Проблемы, уроки, садики — у всех по-разному. А потом моя работа не располагала к общению, так вся дружба и сошла на ноль. Да я не скучаю! Ты же сам видишь…
— Вижу, — прижимая её к себе и целуя руку в перчатке именно там, где блестело кольцо. — Как же я счастлив, что ты тогда запулила в меня тряпкой.
— Да я же случайно!
— Нет, это было провидение.
Сменялась музыка, танцующие приходили и уходили, появлялись соседи из другого двора, они тоже поздравляли, желали счастья и фотографировали красивую счастливую пару.
Тамаре вдруг показалось, что среди гостей мелькнул кто-то, кого она видела раньше, но разглядеть и понять, кого видела, не смогла. Ей стало беспокойно. Оглянулась на Сашу: тот сидел с дядей Ваней и «заводил пластинки», не обращая внимания на веселье. Мальчик полностью погрузился в волшебство рождения музыки «из трубы». Родители танцевали неподалёку; тётушки, устав от активных движений, отдыхали на плетёных скамейках.
— Что случилось? — спросил Арай. — Ты напряглась, ищешь кого-то? Все на месте.
— Показалось, наверное.
— Что показалось?
— Будто видела кого-то, мелькнуло лицо, но за танцующими парами не разобрала, кто это. Бывает такое иногда.
— Пойдём, присядем в сторонке, и ты осмотришься, чтобы успокоить и себя, и меня.
Тамара не стала садиться, наоборот, она прошла к самому краю танцплощадки, чтобы увидеть дальний угол двора. На улице было ещё светло, всё просматривалось до деталей. Да и тот, кого случайно заметила раньше, вовсе не скрывался. Блондин с глазами мёртвого человека, в которых не мелькало ни одной эмоции: ни жалости, ни улыбки, ничего. Он ухмыльнулся, поняв, что его заметили, но взгляд при этом остался пустым, как окна покинутого дома.
— Тамрико, ты куда направилась? — спросила София, подходя к ней. — Не забывай о том, что на свадьбах невесту похищают. Не отходи от своего жениха.
— Да-да, тётушка Софико. Побегу к нему, а то ещё кто-нибудь невзначай его у меня похитит, — сведя всё к шутке, сказала Тамара и поспешила к Араю, который отвлёкся на кого-то из гостей.
Оглянувшись на незваного гостя, заметила, что он не один: с ним был тот чёрный человек с глазами убийцы, в которых не было души.
Оба были в кожаных куртках и белых футболках. Тот, которого она сама для себя назвала Беком, выглядел хмурым; прямые брови, сдвинутые к переносице, лишь усиливали тяжёлое впечатление от новой встречи. Он не выглядел напряжённым, скорее могло показаться, что спокоен, если бы не пристальный взгляд, следивший за ней. Издалека Тамара не определила бы, какого цвета у него «косуха»: тёмно-серая или чёрная. Зато тот, фирму которого она проверяла, был одет в яркую куртку рыжеватого оттенка, с поднятым воротником, что придавало ему несколько высокомерный вид. Гладко выбритое лицо, крупный рот с большими губами, тонкий прямой нос и светлые глаза — теперь она хорошо его разглядела.
 
«Он всё-таки моложе меня лет на пять, ему не больше тридцати, — думала Тамара, размышляя, стоит ли говорить Араю об опасных мужчинах в углу двора. — Не буду пугать никого из наших гостей, пожилые люди начнут волноваться. А зачем? Эти двое не делают ничего плохого, просто смотрят. Что я могу им предъявить? Двор у нас проходной. Каждый может остановиться и посмотреть на праздник. Но страшно до дрожи, только я не доставлю им радости увидеть это».
Периодически оглядываясь на них, не смотрела больше ни на кого. Приближаясь к Араю, вдруг почувствовала, как тёплая ладошка крепко взяла её за руку. По насупленным бровкам Саши она поняла, что он тоже увидел «чёрного человека».
— Что, Сандро? — спросила невеста, присаживаясь перед ним на корточки. — Не обращай на них внимания, они же просто стоят, не угрожают нам. Пойдём-ка к папе, да? Он там с кем-то разговаривает; наверное, его друзья приехали.
В это время Арай обернулся к ней и с улыбкой махнул рукой, подзывая к себе. Рядом с ним стояли двое мужчин и женщина. Все трое выглядели довольными, даже счастливыми, они явно радовались за её мужа.
— Тамара, знакомься, это мои друзья. Это Герман Громов — главный строитель нашего завода, по-простому говоря. — Строгий худощавый мужчина лет сорока в сером костюме кивнул ей и сказал, что ему приятно видеть жену своего друга. — А это Анна Сергеевна…
— Просто Анна, — негромко поправила его высокая темноволосая женщина, державшая под руку импозантного мужчину чуть выше её ростом. — Никаких отчеств среди своих. Это мой супруг Валерий. И если мы с Германом и Араем работники завода, то он выбился из наших рядов.
— Не выбился, а меня выбила собственная жена, — с улыбкой глядя на неё, сказал мягким голосом он и, обращаясь к Тамаре, пояснил, — я тоже работал на заводе, но образовавшийся конфликт интересов не позволил мне…
— Всё-всё, хватит, — остановила его Анна, — или сейчас начнётся обсуждение производственных проблем. У вас такой замечательный праздник! А музыка какая! Мы хотели просто поздравить и скорее вернуться к дочке, но один танец можем себе позволить.
— Я так рад, что вы смогли приехать, — произнёс Арай, обнимая Тамару и беря сына за руку, — спасибо, нам очень приятно. А то я выглядел тут, как беспризорник или безотцовщина. Зато сын со мной!
Взрослые мужчины поздоровались с Сандро, пожав его ладошку, отчего мальчик застеснялся и убежал к дяде Ване, который менял очередную пластинку. Герман присел на скамейку и с доброй, чуть уставшей улыбкой наблюдал, как молодожёны плавно кружатся в танце, что-то шепчут друг другу и многозначительно заглядывают в глаза. Вторая пара «зажигала»: они исполняли только им ведомый ритуал, от которого у каждого, кто на них смотрел, кровь бежала быстрее, и сердце подпрыгивало. Валерий отпускал жену на вытянутую руку, потом быстро притягивал назад, обнимал за талию и вновь запускал вращение, из-за чего расклешённый подол её тёмного платья поднимался волнистым колокольчиком вокруг стройных длинных ног. Анна незаметно для всех переместила танец в тот угол двора, где находились двое в кожаных куртках. Взгляд её чёрных глаз при всяком удобном моменте впивался в почти такие же глаза Руса-Бека. Он, не мигая, смотрел на женщину, которую сложно было назвать красивой. Она была яркой, как вспышка молнии. И такими же молниеносными были её взгляды: они не прожигали насквозь и не предупреждали, но словно подписывали приговор или призывали — «рискни».
— Ты знаешь её? — тихо спросил блондин своего напарника.
— Да. А ты?
— Само собой. Да и этих мужиков тоже. Суки — директора тут собрались. Только одного не знаю, того, который с этой бабой приехал. А неплохо наша бухгалтерская крыса замуж выскочила, прикрыла свой задок… Нам надо убираться отсюда, — недовольно произнёс он. — Нет никакого желания связываться с «железной леди». Если она скажет «фас» своим безопасникам, это будет гораздо хуже, чем менты или следственные органы.