Спасибо за обман (СИ)

— Привет, — негромко сказала она ему и тихонько ткнула указательным пальцем, — я Тамара. А тебя зовут Саша, да?
Он отодвинул от неё руку, и это стало первой реакцией на окружающий мир. Арай не видел этого, а Тамара чуть не задохнулась от тепла, которого коснулась.
Мальчик снова сел ровно, положил ладошку на сиденье и немного погладил ворсистую поверхность, потом сжал пальцы, распрямил их и снова погладил ткань. Все его движения были едва заметными, но они напомнили ей Арая, когда тот разговаривал с бывшей женой.
— Значит, будешь Сандро, — утвердительно кивнула ему и продолжила говорить, не обращая внимания на удивлённый взгляд отца и молчание сына. — Вообще-то, меня все зовут Тамрико. Тебе семь лет, да? В школу, наверное, осенью пойдёшь? Там интересно. Мне всегда нравилось учиться. А ты так на папу своего похож, Сандро! Просто маленькая копия.
Ребёнок молчал, отец всё больше хмурился, Тамара не отставала.
— Понимаешь, у меня был серьёзный перелом, а врачи что-то неправильно сделали, и кость не так срослась. А потом ещё раз. Вот и пришлось два раза её ломать. Потом нашёлся хороший доктор, сделал мне операцию, не знаю, какую по счёту, и теперь всё должно быть отлично. Надеюсь, что сегодня мне снимут этот чёртов, ой… прости! Гипс, говорю, снимут, и я помчусь, побегу, полечу!
— Размечталась, — тихо сказал Арай.
— Что? Я не расслышала.
— Сразу не помчишься. Если столько времени была в гипсе, начнёшь заново учиться ходить. А что случилось-то с тобой?
Тамара поморгала, понимая, что он перешёл на «ты», но при мальчике не хотела его одёргивать.
«Да и ладно. Он помогает мне, а я начну права качать и выкать? Ерунда всё это: ты, вы, какая разница? Под видом воспитанного человека может оказаться такая шваль… Лучше уж по-простому», — подумала она и решила ответить тем же.
— Зазевалась на дороге, попала под машину. Сама виновата, нечего было ворон считать. Вот так-то, господин директор по охране труда. Что скажешь? Штраф выпишешь?
Вдруг сердце почти остановилось: рядом послышалось тихое сопение, похожее на смех. Она скосила глаза и увидела едва заметную улыбку на склонённом лице мальчика.
— Приехали, — сказал Арай, останавливая машину перед шлагбаумом. — Сейчас попробую договориться, чтобы пропустили к подъезду.
Он вышел, «договорился» купюрой, и дорога была открыта.
— Твой папа быстро решает вопросы, — глядя в окно, прошептала Тамара.
— Так, доставим прямо к порогу и подождём, пока тебя не отпустят, — не терпящим возражений тоном, произнёс Арай, помогая ей выйти и подавая костыли. — Не надейся, что будет легко.
— Не надо меня ждать. Это может быть долго. А Сандро надо бы поесть.
— Мы разберёмся. Погуляем здесь, посидим в беседке. И подождём, да, сынок?
Мальчик смотрел перед собой, не реагируя на отца.
Два часа ожидания ничего не изменили в общении между ними, но Арай не терял надежды. Он рассказывал сыну о своей работе, о друзьях, о том, как скучал без него и хотел бы всегда быть рядом. Не говорил плохо ни о матери ребёнка, ни о его бабушке, не упоминал старших братьев. Просто старался наверстать время, дать возможность сыну узнать хоть что-то о собственном отце. Когда из дверей показалась Тамара, они оба сидели на скамейке и смотрели вниз, на красных жуков-солдатиков, снующих по асфальту. Увидев её, Арай встал и быстро подошёл, видя, с какой опаской она ступает на ногу.
— Зря брала с собой второй башмак, — поморщившись, сказала Тамара, — всё равно не налез. А я надеялась. И без костылей пока побаиваюсь ходить… Но я в красивых белых гольфах, как первоклассница. Зато не видно остатков гипса на ноге и других, не очень приятных моментов.
— Не надо спешить. Всё восстановится, но не сразу, конечно. Тебя домой доставить?
— Нет. Я же говорила, что не нужно ждать. Мне надо к родителям, в деревню. Мы договорились. Я такси вызову.
Ему показалось, что он уже несколько навязчив со своей помощью, но действительно хотел отвезти Тамару, понимая, как ей трудно всё делать одной. А среди таксистов далеко не все терпеливые. И всё же решил настоять на своём предложении.
 
— Зачем тебе такие сложности? — удивился Арай и вдруг заметил, как расширяются глаза женщины, а спустя мгновение почувствовал тёплую ладошку сына в своей руке.
Горло сдавило спазмом, казалось, что невозможно произнести ни слова. Тамара часто заморгала, глядя на реакцию мужчины, но она продолжала смотреть ему в глаза, боясь опустить взгляд на ребёнка. Так и стояли они, замерев на одном месте. Первым пришёл в себя Арай. Он чуть сжал ручонку сына, погладил натруженными пальцами и сказал:
— Мы отвезём тебя, мы же в отпуске. У нас машина новая, надо обкатать её, да и на природе мы давно не были… вместе.
Она смогла лишь кивнуть в ответ, чувствуя, что не в состоянии сопротивляться. И разрывать тонкую нить, возникшую между отцом и сыном, не хотела, поэтому сама направилась к машине, осторожно опираясь на костыли.
— Только надо бы кресло детское купить, — с сомнением в голосе произнёс Арай, — я не хочу рисковать сыном.
— Значит, заедем по дороге, — не оглядываясь назад, сказала Тамара. Она обратила внимание, что теперь он заговорил не о штрафах и нарушениях, а о сыне. — Это же быстро, да? А то Сандро голодный. Ничего, скоро приедем к моим родителям, там обязательно накормят до отвала, да ещё и с собой дадут пару сумок. Вот вы их себе и заберёте.
— С чего бы это? — удивился Арай, догоняя Тамару уже у машины. — Куда мы с едой в гостиницу?
— Это вы будете моей маме объяснять… Уф, добралась-таки до сиденья.
Она залезла в машину и вытянула ногу. Постаралась покрутить стопой, но сморщилась от неприятных ощущений: мышцы были, словно каменные.
— Тебе назначили какое-то лечение? Массаж хотя бы? — спросил он, усаживая сына рядом с ней. — Ты где работаешь? На больничном сейчас? Как будешь по лестнице прыгать? Теперь понятно, почему тётушка Софико сама вызвалась тебе тряпку отнести. Кстати, как можно из кота делать тряпку? Это живодёрство какое-то.
Мальчик резко поднял голову и строго посмотрел на Тамару, сверкнув чёрными глазёнками. Она округлила рот от неожиданности, но вовремя взяла себя в руки и перевела взгляд на Арая, который тоже замер в изумлении.
— Чего-чего? — возмущённо спросила его. — Да что ты там себе надумал-то? Арай Александрович! Тряпка из «Белого кота» — это… Даю перевод: «Белый кот» это название магазина, где много товаров, необходимых в хозяйстве. Они хорошего качества, долго служат, ну и дорогие, конечно… Ой, не могу!
Тамара просто расхохоталась, повалившись на дверь автомобиля. Вытирала слёзы, выступившие от смеха, и осторожно наблюдала за ребёнком, который, казалось, сам рассмеётся вот-вот. Но маленький Шура снова вернулся к своему обычному, безразличному состоянию. Только теперь ей стало ясно, что он реагирует на всё, происходившее вокруг него, однако по какой-то причине скрывает это от окружающих.
— Так ты решил, что я прикончила белого кота и сделала из него голубую тряпку? — Она покачала головой, подняла в возмущении брови и продолжила говорить. — Да уж, у тебя очень богатое воображение. Но чувство юмора отсутствует совершенно, или ты оторван от обычной человеческой жизни.
— Наверное, всего понемногу. Кроме воображения, тут я прямой, как столб, — пожав плечами, сказал Арай и сел за руль. — Едем? Но ты так и не ответила на все мои вопросы.
— И не собиралась. Любопытство не приводит ни к чему хорошему. Меньше знаешь — крепче спишь. Так, Сандро? Твой папа хочет получить лишнюю информацию, а мы ему не скажем, да?
Тамара обращалась к мальчику, не ожидая никакого ответа, но продолжала интуитивно, с чисто женским упорством говорить с ним. Арай не останавливал её, потому что и сам не знал, как вести себя с сыном. Чувствовал, что уступил ей свои права, и испытывал от этого неловкость, а вместе с тем и облегчение: не надо самому стараться делать то, чего не умел. Ему помогала почти незнакомая женщина, и он был благодарен ей.