Читатель (СИ)

Сначала мне это показалось помесью ритуала и издевательства, но чуть позже…
…чуть позже, приглядевшись, я понял, что прадед разжигает свою выработку эфира. Не просто распаляет энергию, а еще и пытается направить её фокусно в кулак, сжимающий Снадобье. Затем, когда у него это получилось, он стал пытаться пихнуть этим кулаком меня, но не просто так, а с выплеском энергии за пределы своего тела.
Получалось у него отвратительно. В моих глазах, его кулак был окутан эфирным «пламенем», чьи языки пытались влезть ко мне под кожу, но постоянно отдёргивались, либо бессильно опадали. К тому же, каждый такой удар-попытка стоил ему немалых усилий и концентрации. Поняв, что происходит, я постарался взять ситуацию под контроль, начав осторожно втягивать в себя чужой эфир при каждом ударе. Горо, как-то почувствовав это, значительно повеселел, взбодрился, а потом… кинулся на меня, суя этим самым кулаком куда придётся, с большим энтузиазмом. Не сильно, ну, с его точки зрения не сильно, но часто и почти всегда в корпус.
Мне пришлось буквально вытягивать из него эфир, пока этот гад не упал, улыбаясь от уха до уха. Те несколько ударов, которые я всё-таки умудрился ему нанести, Горо Кирью просто не были замечены.
А затем была Пилюля, мягко светящаяся от сконцентрировавшегося в ней эфира.
Пробежка выходила неровной, но, тем не менее, я уже бежал, а не волокся, продолжая размышлять над последними событиями.
Инспектор Сакаки если не врал, то сам находился в глубоком заблуждении насчет текущего положения дел, а может, был обязан говорить всем одно и то же. Япония в кризисе, её экономический пузырь лопнул с грохотом на весь мир, нация нищает, но при этом государственный служащий, глядя мне в глаза, на полном серьезе утверждал, что он принадлежит к организации, контролирующей «Темный мир». То есть, грубо говоря, ту хаотическую массу хулиганов, бандитов и прочих отбросов общества, что постепенно это самое общество и захватывают. Такая речь не вызывает доверия, совершенно, особенно на фоне того, что уже официально действует карательная полицейская команда, зачищающая самых буйных отморозков из автоматов.
Я десятками лет охотился на магов и колдунов, в том числе и с помощью людей. Преступники самых разных мастей одни из наиболее результативных информаторов, их лояльность не принадлежит никому, кроме себя. Они самоорганизуются, отдавая власть над собой наиболее агрессивным и авторитетным особям, а затем, выстроив иерархию и разбогатев, пытаются легализоваться, забравшись повыше. Совершенно естественный процесс смены власти, но исключающий момент, когда сформировавшиеся паразиты всю дорогу подчинялись правительству. Послушных удерживают там, где они нужны.
Надо будет это все уточнить у Горо Кирью.
— Кира-чан, ты всё съел… — сдавленный голос матери меня вырвал из потока мыслей, — Совсем всё…
Очнувшись, я обнаружил себя сидящим на кухне перед несколькими пустыми тарелками. Рядом стояли такие же пустые коробки из-под бенто, явно приготовленные матерью нам в школу. Мать пряталась от меня за кухонной стойкой, причем, вместе с неумытой сестрой. Они делали большие глаза и боялись.
Так вот он какой, знаменитый аппетит Ищущих.
— Ока-сан, мне теперь потребуется больше еды, — вздохнув, сообщил я очевидное. Выпирающий живот слегка побаливал, но посылал отчетливые намеки, что можно бы запихнуть что-то еще. Странно, нужно контролировать.
— А мы его теперь вообще прокормим? — с сомнением поинтересовалась Эна у матери, — Давайте Акиру выгоним, а вы мне нового братика сделаете? Лучше сестричку!
— Эна! — сестра получила легкий подзатыльник, — Иди умывайся и бегом мне помогать приготовить еще! Кира-чан, с тобой всё хорошо⁈
— Да, ока-сан. Мне пора в школу. Можно мне немного твоего тонального крема?
Время было, но я решил посвятить его своей книге. Тем более, что встретившая по пути в ванну отца Эна уже вовсю делилась с ним впечатлениями о прожорливом брате, обездолившем всю семью. Нужно будет увеличить долю дохода, что я вношу в общий бюджет.
 
Деньги. Подростку заработать их сложно, но не невозможно. На дворе девяносто первый год, мировое общество всё плотнее втягивается в повальную цифровизацию. Человек, умеющий программировать, не останется без куска хлеба. Я подрабатываю тем, что пишу программы, а зарабатываю тем, что взламываю другие. За последнее платят куда щедрее. Внести изменения в софт, на котором, к примеру, работает протез нашего учителя истории, стоит почти сорок тысяч иен. Написать простенький сайт для фирмы, торгующей холодильниками, можно за те же деньги, но взлом требует куда меньше времени.
А я его ценю.
— Ты выглядишь так, как будто тебя переехал грузовик, — поприветствовал меня Рио, встреченный по дороге в школу, — Дважды. Или трижды. А за рулем сидела девочка-волшебница, которая тебя воскрешала… чтобы заново переехать.
— Жду не дождусь, когда ты поступишь в институт и съедешь от родителей, — откликнулся я, не отрываясь от книги, — У тебя тогда не останется времени на просмотр этих глупостей.
— Останется. Я заведу дома девушку, которая будет убираться и готовить, а я буду с ней за это заниматься сексом.
— То есть, женишься?
— Ну, что-то вроде того.
Идти в тишине этот блондин не любит, у него нет книги, поэтому он начинает рассказывать, как поймал Мичико, свою сестру, на том, как она подбивала своего ухажёра на то, чтобы тот пересчитал мне ребра и попробовал запугать, вынудив покинуть школу Аракава. Рио, конечно, возмутился такому коварству, но, вместо того чтобы выскочить из-за угла и кидаться на накаченного хулигана, кинулся в обратную сторону. Домой. Там он, как примерный и приносящий доход сын, поведал родителям о глубоком моральном падении сестры по отношению к исправно выплачивающему долги заёмщику, то есть мне. Старшая сестра, как не приносящий дохода потомок семьи Коджима, тут же была подвергнута обструкции и урезанию карманных денег, на что ответила форменной истерикой и крайне погаными обвинениями в адрес брата и его друга.
— В ответ на это я показал им фотку её парня, вот, — достал Рио телефон, демонстрируя мне фотоснимок стоящих рядом Мичико и припанкованного японца лет двадцати, — ну и… в общем, у сеструхи проблемы. Большие проблемы.
— Ей запретили встречаться с ним? — вяло поинтересовался я.
— Завтра она с матерью идёт к гинекологу, — фыркнул Рио, жизнерадостно скалясь, — А если врач сообщит ока-сан плохие новости, то следом будет и венеролог.
«Не рой другому яму, сам в неё упадёшь». Русские знают толк в пословицах. Удачно вышло. Если бы у Мичико всё получилось, то я бы оказался в затруднительном положении. Дед просил меня воздержаться от любых разборок, пока он болеет.
— Ты помирился с дедом? — удивился друг, от которого я не стал скрывать эту информацию.
— Мы с ним и не ссорились. Просто нашли, наконец, точку соприкосновения, — откликнулся я.
— И что это за точка? Красивые школьницы? Мой друг Акира наконец начал интересоваться слабым полом⁈
— Не очень смешно, учитывая, куда мы с тобой ходим по субботам, — сухо откликнулся я, убирая волосы с правого уха, — Вот.
Ищущих не любят называть Ищущими, да и сами они от такого старого прозвища не в восторге. В ходу другое — «надевшие черное». Всем, принявшим Снадобье, вменяется носить нечто черного цвета в виде бижутерии или чего-то наподобие. Многие носят кольца или серьги, мне же от Горо достался зажим на ухо, небольшая гнутая пластинка, цепляющаяся за край ушной раковины. Знак не обязательно демонстрировать, пока ты в самом начале пути, но вот спустя пару-тройку месяцев это правило меняется. Пока я выбрал его скрывать.
Не от Рио.
— Акира, ты дурак? — Коджима помрачнел, — Ты ведь это не просто так нацепил, да? Вот как, значит, с дедом скорешились?
— Ты знаешь, что это такое? — я слегка удивился.
— Знаю? — едко и зло ухмыльнулся блондин, — Акира! Моя семья заведует самыми красивыми, самыми сочными телками Токио. Идолы, кинозвезды, порноактрисы, дорогие шлюхи и верные жены, они уходят от нас десятками дорожек. Работая с «Коджима Интерпрайз Групп» все эти будущие звезды и шлюхи подписывают контракт, по которому обязуются не заводить отношений на срок его действия, сечешь? Так вот, парни с такими украшениями как у тебя, частенько заставляют их нарушить эти условия. Соблазняют их и брюхатят, а те, дуры, бегают за ними как текущие сучки. А еще мы нанимаем этих парней, чтобы дать бабам как следует отдохнуть. Эдакие прожорливые мускулистые шлюханы. Так что да, я знаю, что значит это черное дерьмо. Ты станешь жрать как лось, задираться с людьми и драть всё живое женского пола, что тебе улыбнется!