Рыцарь Резервации (СИ)

Да, эта несовершенная призма — лишь зернышко, из которой я хочу вырастить огромное дерево.
Но это будет потом. Сейчас мы показывали фокусы и для других «зрителей». Гремлинов, как и всех чудов, привлекает магия, даже простейшая.
— Не перетрудись, — сказала Метта. — Нам еще нужны силы на то, чтобы перебить этих тварей.
Я кивнул и закончил с фокусами. Теперь нужно одно — ждать и готовиться.
— Все ресурсы на восстановление, — сказал я и расслабился. «Жучки» вновь принялись работать.
А вот мой маленький попутчик никак не желал успокаиваться — он отладил в купе все, до чего смогли дотянуться его пальчики: будильник, лампу, кофеварку, тостер, забытые кем-то под диваном наручные часы и сушилку для ботинок.
Все было разобрано и собрано. Кое-что по два, а то и три раза. Когда он поднял на меня свои огромные грустные глазки, я сжалился и дал ему заштопать свой носок.
— Ухты-пухты! — воскликнул он и принялся вдевать нитку в иголку.
— Вот счастливчик, нашел свое место в жизни! — прокомментировала Метта его старательную работу.
Пока мое тело постепенно приходило в норму, раздухарившийся Механик принялся перечислять технические характеристики локомотива. Его речь выровнялась, и он даже свои «ухты-пухты» позабыл.
Оказалось, что на борту «Урагана» живет чуд-хранитель артефакта, за счет которого и двигается поезд. Убить его, а лучше и поработить и завладеть артефактом — голубая мечта всех гремлинов.
— Таких агрегатов как «Ураган» выпустили всего ничего, — резюмировал Механик, — а потом прикрыли лавочку. На новые модели денег нема, а кое-кто из старых жлобов посчитал, мол, использовать артефакт пятого уровня в локомотиве слишком жирно. Какая разница, что «Ураган» покрывает Империю из конца в конец за неделю, да и пронзает Резервации как нож масло? Все нерентабельное — на помойку!
Метта едва успевала записывать за ним: пригодится, когда мы будем обживаться на новом месте и искать артефакты. Самые сильные и редкие и вправду содержали в себе чуда-хранителя. Если его приручить, можно и хорошего союзника заиметь, и использовать кристалл на полную.
Слушая его рассказ, я оставался настороже и прислушивался к звукам под потолком. Пока все тихо, но обольщаться не стоило.
Видно, гремлинов кто-то спугнул, и они, похоже, затаились.
— И давно ты тут служишь?
— С рождения, — гордо кивнул Механик и откусил нитку. — Злые языки утверждают, что моя мамаша пыталась разобрать котел, но получила лещей от хранителя, так и родился Механик. Но все это враки: моя породил сам локомотив — прямо в котле! А выходил меня Вася, семилетний сынок машиниста. Вот с тех пор моя с ним и работаем.
Он почесал ухо и передал мне носок. Стежок был на зависть.
— Уже, пожалуй, годиков сорок восемь будет…
Ишь какой он взрослый, а по виду и не скажешь.
— Ничего удивительного, — заметила Метта у меня в голове, — я читала, гремлины живут до двухсот лет. Правда таких долгожителей раз два и обчелся. Средняя продолжительность жизни у этого вида нелюдей лет пятнадцать — как раз из-за их нелегкого ремесла разрушителей механизмов!
— Василий Иванович и другие механики без Механика как без рук, — тем временем, продолжил хвалиться гремлин. — Если бы не мои знания, от поезда остался бы один мешок с болтами! В Резервации без этого никуда!
Может быть, он и перехваливал себя, но это все равно интересно. Не секрет, что в Резервациях техника работает из рук вон плохо, а этот зверек чинит ее даже в экстремальных условиях? На ходу⁈
— Механик — маленький секретик поезда, — улыбнулся зверек. — Вот только моя дом сейчас разбирают по винтику, и моя пришлось ползти и чинить то, что сломали эти гадские гремлины! Но моя попался…
— Бедняжка, — простонала Метта-Шпилька и снова лизнула приунывшего зверька в ухо. — Может, поможем ему?
Да, нужно помочь. Если гремлины доломают «Ураган», и мы встанем посреди Резервации, к нам сбежится вся местная живность — артефакт в локомотиве для них как магнит. Нет, я, конечно, очень хотел побродить по просторам Резервации, но в составе оснащенного рейда, а не в ходе крушения поезда.
 
— И это еще не говоря о том, что мы рискуем попасть под Поветрие, — заметила Метта.
А тут она попала в яблочко. Поветрие — мощный магический удар, который сотрясает Резервации раз в несколько дней. Скорее всего, поезд его выдержит, но потом мы будем светиться как рождественская елка.
Вдруг по борту вновь прошелся удар, вагон слегка качнулся. Из коридора послышались голоса:
— Эй, нашли гремлинов⁈ Или хотите обратно в теплушку?
— Нет, там холодно… Гремлины всю отопительную часть разворотили… Ищем-ищем…
Услышав это Механик, схватил себя за голову и застонал:
— Твари! Твари! Твари!
Вдруг Шпилька зашипела, а из-за решетки сверкнул новый взгляд — злобный и отливающий алым.
  
Глава 2
 
— Перехожу в боевой режим, — раздался голос у меня в голове, и мое зрение приняло «туннельную форму», а Источник начал разогреваться.
Сквозь решетки я смог рассмотреть уродливую волосатую мордочку, а мой клинок буквально затрясся в ножнах от нетерпения напиться кровью.
Механик же буквально врос в ковер от страха.
— Видел тут гремлина без когтей и с медалью, чел? — спросили меня хриплым голосом. — Чую, Механик у тебя! А ну, выходи, подлый трус!
Не успел я приказать Метте зажарить гремлина прямо в трубе, как в мою дверь постучались. Гремлин в вентиляции мигом исчез.
Не будем торопить события. Один гремлин погоды не сделает, а я нутром чую — он еще заявится и, возможно, в компании. Это мне только на руку — возьмем всю банду одним махом.
Прижав палец к губам, я направился открывать. Дверь ушла вбок, и на пороге показался худощавый парнишка с черными растрепанными волосами и в телогрейке. Из пояса выглядывала монтировка.
— Здравствуйте, ваше благородие, я Женя… Эмм… Женя Устинов, — проговорил он. — У вас же тут есть гремлины?
Я буквально спиной почувствовал, как сердечко Механика на миг остановилось.
— Нет, только кошка, — отозвался я, кивнув на Шпильку.
— Жаль. А вам самим, не нужно ли чего? Я могу стать вашим слугой и сторожить ваш сон!
Я опешил, но, судя по его сверкающим решительностью зеленым глазам, этот парнишка вполне серьезно.
— Пожалуйста! — прошептал Женя и расплылся в зубастой улыбке. — Я умею спать с открытыми глазами, ни один гремлин к вам на пушечный выстрел…
— Ну, что Устинов? — заговорили сзади. — Если там гремлинов нет, то иди ищи в другой вагон. Нечего толпиться в коридоре. Или ты забыл про бесплатный обед?
Парень вздохнул и хотел было уйти, но я схватил его за локоть. У меня возникла идея.
— Давай-ка лучше мы найдем что-нибудь пожевать, — сказал я погромче, украдкой подмигнув Механику. — А то с вечера крошки во рту не было.
— Хорошо! У меня тоже! — обрадовался паренек. — Вернее, я не ел два дня!
— Метта, помоги Механику спрятаться в сундук, и сама не отсвечивай, — распорядился я мысленно, выходя с Устиновым из купе, — как пожалуют его сородичи, мы устроим им небольшой сюрприз. Все ресурсы в скрытный режим.
— Тогда реабилитацию тела отложим на потом, — отозвалась она. — Функциональность восстановлена на 89%. Все основные функции организма в порядке. Одно «но» — я не успела до конца наладить чувствительность.
— Не страшно. Мои враги просто не могут сделать мне больно. Думаю, это их удивит.
Метта рассмеялась.
— Будем ловить гремлинов на живца?
— Угу, пощелкаем всех. Еще и награду получим за этих тварей, — ухмыльнулся я, и Метта-Шпилька, рассыпавшись на кучу мелких «жучков», бросилась исполнять приказание.
Я снова почувствовал, как из геометрики тянет энергию, но другого пути не было. Опустошим ее до дна, а там на заработанные деньги зарядим до упора.
Увидев как к перепуганному Механику подползает сундук на «ножках», я удовлетворенно кивнул и закрыл дверь.