Большой. Злой. Небритый (СИ)

— Не буду.
Я перевела дыхание.
— Что вам от меня надо?
— Может, хотя бы предложишь присесть?
Он издевается?
Я покачала головой.
— Нет. Чем неудобнее вам будет со мной общаться, тем быстрее вы покинете квартиру и оставите меня в покое.
— Боюсь, что тебя я в ближайшее время в покое не оставлю.
— Вы — сумасшедший?
Когда-то я изучала рекомендации по общению с душевнобольными, маньяками и террористами. Ни единого полезного воспоминания не воспроизвелось в уставшем мозгу, который напрочь отказывался сотрудничать. Ему, как и мне, хотелось в душ и спать.
— Похож?
— Ведете себя неадекватно.
— А ты смелая. Это хорошо.
Почему мне снова показалось, что в его словах скользит ирония?
Я устала препираться ни о чем и негромко спросила:
— Так что вам от меня надо?
Некоторое время незнакомец молчал.
Я тоже.
Какая существовала вероятность, что он передумал меня мучить и решил уйти?
Нулевая.
— Вы с сестрой близки, насколько я знаю, — его осведомленность все больше меня напрягала. — Близняшки — довольно распространенное явление. Что ж… Это даже лучше. Значит, ты знаешь повадки и характерные черты своей сестрицы. А также в курсе, что она последнее время мутила интрижку с Грегом Адамиди.
Незнакомец сделал эффектную паузу.
Как ни парадоксально, но личную жизнь последние полгода мы в разговорах с Ритой опускали. Как-то не до неё было. У меня случилось очередное расставание, неудачный роман, у неё — всё, как всегда. Нас больше интересовала работа, достижения. Разговаривали мы каждый день и в основном ни о чем.
Она мне говорила, что, отдыхая в Ларнаки, познакомилась с интересным молодым человеком. Я посмеялась в ответ — мол, и почему я не удивлена? Кто-то, а Рита никак не могла обойтись без курортного романа. На этом как бы всё. Поговорили и забыли.
Фамилия Адамиди явно была с посылом на Кипр.
— Поспешу вас разочаровать — не в курсе.
В голубых глазах мелькнул недобрый блеск.
— Не верю. Но даже если так, то это уже твои проблемы.
— И почему же?
— Потому что ты сыграешь свою сестру. Для тебя это не в первой. Любые близнецы любят разыгрывать знакомых, притворяясь друг другом.
Моя точка кипения достигла апогея.
Мы с Ритулькой были не ангелами, росли обычными детьми. Любили проказы. А кто их не любит, когда детство играет в попе, и поозорничать — святое дело?
Знакомых мы разыгрывали. Родители, конечно, нам за это давали нагоняй, тем самым только подогревая интерес к новым шалостям. Почему бы и нет?
И в подростковом возрасте, и когда учились в институте. Даже, помнится, было дело, когда на свидание к парням друг друга бегали… Проверяли их подобным образом — узнают, не узнают свою «кралю»…
— Зачем мне это? — уже подбирая слова и попой чувствуя неладное, поосторожничала я.
— Зачем? — вторил он мне и недобро усмехнулся. — Затем, чтобы не позволить мне тотчас отправиться на поиски твоей непутевой сестрицы и при встрече не придушить её собственными руками.
— Эй… Вы перегибаете палку.
— Я? — он наклонился ко мне, и вот тут я ощутила в полную силу разницу в нашем росте. И то, что я в халате, а он одет с иголочки. Несмотря на мою адекватную самооценку, почувствовала я себя не ахти. Как-то… приземисто. — Мой брат из-за этой су… девушки попал в аварию. Они расстались, он был в очень расстроенном состоянии. Сейчас он находится в больнице. Как ты думаешь, мои адвокаты — лучшие адвокаты Кипра — смогут доказать косвенную, а то и прямую причастность Маргариты Романовой к аварии?
— Вы сумасшедший.
Я не спрашивала.
Небритый здоровяк нагнулся ещё ниже.
— Хочешь на личном опыте проверить мою адекватность?
  
Глава 2
 
Сумасшедшей оказалась я.
Потому что часом позже мы ехали в какую-то нереально крутую клинику, куда вход простым смертным был заказан.
Я сидела с закрытыми глазами. Смотреть на большого, злого парня, который представился сквозь зубы, и которого, как оказалось, зовут Андреа, но он великодушно позволил себя называть по-русски, Андреем, я не желала.
Андреа, Андрей, мне какая разница?
Волновало другое.
Как я на это подписалась? И почему, собственно, я?
— Твоя сестра не берет трубку от неизвестных абонентов, — мрачный мужской голос, раздавшийся в салоне, заставил меня вздрогнуть и открыть глаза.
— Что? — я не сразу поняла смысл сказанного.
Он мои мысли читает?
— Твоя Рита «легла» на дно.
— Нет, — твердо сказала я, смело посмотрев на собеседника, что уверенно вел большой черный кар по ночной Москве. Ориентировался он прекрасно, что наводило на смутные подозрения, что этот мужчина проживал в столице долгие годы. И как тут не вспомнишь легендарное «понаехали»… Что им с Грегом на Родине не живется?
И если Рита познакомилась с его братом на Кипре, то что они оба делают в Москве?
Пока вопросов было больше, чем ответов.
— Тогда почему она не отвечает и Грегу?
— Я откуда знаю? — мне с трудом удалось сохранять ровный тон, хотя кричать очень хотелось.
— И тебе не кажется это странным?
— Нет. Я не вмешиваюсь в дела сестры.
— Даже так?
— Даже так.
— А почему ты, например, не позвонила ей, а поехала со мной?
— Почему…
Продолжить я не успела, потому что в этот самый момент в салоне раздался знакомый рингтон.
Звонила Ритулька.
Я, по-прежнему глядя на профиль грека, который, гад такой, усмехнулся еще, словно понял, кто по мне соскучился, медленно открыла сумочку и взялась за телефон.
Прежде чем его вынуть, помедлила.
Черт, Ритка, я тебя прибью.
Честное слово.
Хотя…
Между нами с самого раннего детства существовала договоренность: если одна вляпалась, конкретно напортачила, мы предупреждаем друг друга.
Всегда.
И с тех пор ничего не изменилось.
Я взяла телефон и ответила:
— Привет.
— Привет, моя хорошая, — голос Риты звучал устало. — Я буду говорить быстро и по делу. Скажи мне, пожалуйста, ты сейчас где? У меня в квартире?
— Нет.
— Слышу, едешь… Отлично. Слушай, а твой попутчик случайно не некий Андрей Адамиди?
Вот тут я напряглась.
Но ответить что-либо не успела, потому что Рита быстро добавила:
— Если да, дай ему трубку. Его шкафообразные амбалы меня не пускают в палату к Грегу.
Я не знала, смеяться или плакать.
Серьезно.
Что за концерт, за представление устроили эти двое? Нет, трое! Один влюбился, вторая пожелала расстаться, третий меня едва ли не за шиворот собрался везти в больницу, так как счел, что брат, увидев возлюбленную, придет в себя. Видите ли, глаза-то он после аварии открыл, а вот реагировать нормально не спешил… Врачи разводили руками и говорили, что это постшоковое состояние.
И между всеми ними я, уставшая, замученная, маленькая и почти хорошенькая.
— Мы с тобой поговорим позже, — не смогла сдержаться от угрозы. — Основательно так.
— Хорошо. Так старший Адамиди рядом?
— Да. И по его словам, жаждем свернуть тебе шею.
Я не смотрела в сторону Адамиди, зато он теперь изучал меня. Интуитивно почувствовала, как напряглось его крупное тело. Как принято говорить в таких случаях? Хищник застыл перед прыжком к жертве.
Только я жертвой не была никогда. И не собиралась начинать.
Рита хмыкнула.
— Пусть в очередь встанет.
— Кстати, я, на правах сестры, пролезу первой.
— Договорились.
Я молча, ничего не говоря, протянула телефон мужчине.
Тот с готовностью его взял.
Он не говорил — слушал. На его лице не дрогнул ни один мускул. Непробиваемый какой-то.
Лишь потом сухо добавил:
— Передай трубку охране, — и следом. — Пропустите её, но будьте рядом.
Я покачала головой. Этот Грег лицо королевских кровей? И что, интересно, может ему сделать моя сестра, раз ему нужна охрана?
— Если во мне отпала надобность, может, тогда отвезете меня домой?