Меж двух огней (СИ)

Я выбросил руку вперёд. Протянул тонкие энергетические нити. Сплёл их в небольшой пульсирующий клубок прямо под ногой твари. Накачал и разорвал связь. На всё про всё ушло не больше пары секунд.
Послышался хлопок воздуха. Заражённый внезапно потерял равновесие. Его правая нога подломилась, и монстр кубарем покатился по каменным ступенькам вниз. Булава же так и осталась лежать прямо перед входом в ратушу.
Отряд отпрянул в сторону, пропуская незадачливого мертвяка. И со всех ног рванул вверх по ступенькам, к спасительному дверному проёму. На площадь уже начала выходить первая нежить.
Внезапно на крыше одного из домов появился ещё один крикун. Он открыл было пасть, чтобы завопить, но в следующий миг холодный воздух пещеры вспорола яркая огненная вспышка. Шар сорвавшийся с руки девушки угодил уроду прямиком в голову, отбросив того назад и выиграв нам пару лишних секунд.
— Внутрь, живее! — крикнул я, первым заскакивая в ратушу и судорожно озираясь по сторонам. Вдруг во тьме первого этажа притаились ещё враги?
Следующей влетела девушка. Влетела и рухнула прямо под стеной, хрипло дыша. Потом подтянулись и парни. Только Арвель чуть задержался на входе. Нагнулся, схватил древко булавы и втащил оружие внутрь.
— Чтобы эта сука не вынесла нам дверь, — пояснил он, захлопывая створки.
Разумно. Но времени на похвалу сейчас нет.
— Одрик — держи лестницу! Если вдруг что-нибудь полезет со второго этажа — ори. Остальные — запереть дверь и окна!
Твари уже поднимались по ступенькам, когда Освальду и Арвелю всё-таки удалось кое-как приладить погнутый засов к покорёженной створке двери. Выглядела конструкция не слишком надёжно, но на какое-то время должна была сдержать орду. Алвур же тем временем закрыл ставни на окнах. Помещение ратуши погрузилось в густой, непроглядный сумрак.
— Фонари, — щурясь, скомандовал я. Глаза всё ещё не привыкли к темноте, а узкая полоска света, прорывавшаяся внутрь со стороны покореженной дверной створки никак не помогала сориентироваться в пространстве.
Судя по звукам парни достали устройства, которые отдал нам Родрик, но поджечь их у меня всё равно не получалось — я банально не видел, где фитиль. Пришлось ждать, пока глаза всё-таки хоть немного привыкнут к сумраку и лишь потом щёлкать пальцами. С той стороны двери уже слышались глухие, тяжелые удары. Одна из тварей начала ломиться внутрь.
Яркие лучи света ударили из фонарей, разгоняя сгустившийся мрак. Заскользили по влажным, покрытым плесенью каменным стенам. По ровному ряду ступенек, уходящих на второй этаж дома. Они были покрыты кровью. Свежей кровью.
— Осторожнее, — бросил Освальд, внимательно осматривая её, — Ещё не засохла. Мы тут можем быть не одни.
— Не суйтесь туда пока, — бросил я, подходя к Айлин и помогая ей подняться на ноги, — Ты как? В порядке?
— Да, — слабо улыбнулась девушка, — Просто к спринту в полной боевой выкладке жизнь меня не готовила.
— Этот момент тоже потом придётся исправлять, — покачал головой я, — Хотим мы того или нет, но нам обоим придётся стать хотя-бы неким подобием солдат. Иначе просто не выжить.
— Ага… — кивнула девушка, — Главное самих себя не потерять. В процессе.
Я лишь пожал плечами и направился к парням, столпившимся возле лестницы. Они пристально вглядывались во тьму второго этажа и ждали моих распоряжений.
— Освальд оставь фонарь и бери щит. Пойдёшь первым, — скомандовал я, — Алвур, — страхуешь его. Если что-то где-то шевельнётся, сначала всаживаешь в это стрелу, а потом уже думаешь. Я сразу следом, прикрываю вас обоих. Остальные — ждите команды и присматривайте за дверью. Она пока держится, но не ровен час… Ладно, идём.
Сказал и сформировал над ладонью крохотный сгусток пульсирующей беловато-голубой энергии. Привязал его к руке и отправил вперёд, освещать нам путь. Поднимались медленно. Никуда не торопясь. Ступеньки были скользкими от крови, а кубарем лететь вниз никому не хотелось. На площадке второго этажа оказалось чисто. Дверь в комнату чуть приоткрыта. Кровавый след тянется внутрь.
 
Первым я пустил светляка. Тот легко проскочил между стеной и полуприкрытой створкой, разогнав сумрак, сгустившийся внутри помещения. На первый взгляд там всё было по прежнему. Стол, пустая бутылка на нём. И только кровавый след, тянущийся куда-то в сторону камина красноречиво намекал, что мы тут не одни.
— Заходим. Медленно и осторожно.
Освальд стараясь не скрипеть и не грохотать отпер дверь. Заглянул за угол и только лишь затем прошёл в комнату. Алвур от него не отставал, держа наготове взведённый арбалет. Но воспользоваться им ему было не суждено. Комната оказалась пуста. Почти.
— Генри, — окликнул меня десятник, — Подойди сюда.
Он остановился возле камина и присел на корточки. Напротив ещё одного закованного в латы бойца. Кровавый след оставшийся на полу вёл именно к нему.
— Что у вас там, — поинтересовался я, поднося светляка поближе, чтобы можно было внимательнее рассмотреть находку.
— Да, похоже, что старый знакомый, — Алвур ухмыльнулся в усы, — Вернее то, что от него осталось.
Я присел на корточки и пригляделся к побледневшему, измождённому лицу. Светлые волосы, выбивающиеся из под подшлемника. Острые чётко очерченные скулы и небольшая светлая щетина, обрамляющая подбородок. Это был Дитрих. Вернее, как заметил Алвур, то, что от него осталось.
Внезапно находка пошевелилась. Открыла глаза, посмотрела на нас и глухо застонала. Я отпрянул назад, схватившись за меч. Освальд выставил перед собой щит. Алвур вскинул арбалет, явно намереваясь прикончить только что пробудившуюся тварь. А в следующий миг наши с Дитрихом взгляды пересеклись.
На меня смотрел человек. Живой человек, взгляд которого был затуманен от боли, страха и расползающейся по телу слабости. Смотрел широко открытыми от удивления и непонимания глазами. Пытался что-то сказать. Вот только он был слишком слаб, и из растрескавшихся, пересохших губ вырывался лишь приглушенный, сдавленный хрип.
— Отставить, — бросил я, Алвуру, — Иди зови остальных. Пусть поднимаются. Освальд, — хватай этого живучего за плечи. Надо перенести на стол и понять, где именно рана.
— Нога… — прохрипел Дитрих, — Правая.
— Спасибо, — кивнул я, хватаясь за ноги, — А теперь заткнись нахер и постарайся не сдохнуть.
Сказал и попытался оторвать рыцаря от пола. Получилось не очень. Вместе с доспехами Дитрих был почти неподьёмный. К тому-же я, похоже потревожил рану. Бледное лицо бедолаги скривилось в болезненной гримасе. Послышался глухой, с трудом сдерживаемый стон.
— Дай лучше мне, командир, — ко мне подошёл Алвур, — Я всёж посильнее тебя буду. А ты ему что-нибудь в зубы сунь, чтоб он себе язык от боли, значит, не откусил.
Предложение было более чем разумным. Я достал из сумки моток пеньковой верёвки и аккуратно, сунул несколько колец рыцарю между зубами. Тот посмотрел на меня, кивнул, и зажмурился, готовясь к новой вспышке боли.
В следующий миг парни оторвали его от пола, кое-как доволокли до стола и положили его на плоскую каменную крышку. В этот момент в комнату зашла Айлин. Зашла, окинула её оценивающим взглядом, тяжело вздохнула и коротко, но очень ёмко резюмировала:
— Да ёб вашу мать.
Она быстрым шагом подошла к столу. Внимательно осмотрела рыцаря. Затем принялась командовать.
— Освальд. Займись камином. Кремень и кресало должны лежать возле него. Возможно нам придётся прижигать края раны. Да и тёплая вода тоже бы не помешала. Или вино на крайний случай. Генри, давай сюда своего светляка. Алвур, смотри, чтоб он верёвку из зубов не выронил. Одрик, Арвель. Займитесь доспехами. Мне главное, чтоб вы освободили ногу. Всё, мальчики, не стойте с открытыми ртами. За работу.
На все указания ушло немало времени. Застёжки поножей были перемазаны в крови и скользили в руках, а перчатки снять парни не могли. Был риск заразиться. Я же помочь им не мог. Светляк требовал всё большей концентрации, да и занимал одну руку. А оставшейся орудовать было откровенно неудобно. Лучше всех справился Освальд. Зажёг крохотный огонёк в камине лишь несколько раз ударив кремнём о кресало. Пока мы возились, Айлин сняла с пояса сумку, достала из неё увесистый кожаный футляр и принялась его разворачивать.