Полковник Никто

- Полковник! – поторопил генерал-лейтенант. – Отвечайте на вопрос!
- Товарищ генерал… этот вопрос подлежит уточнению,- едва дыша, пролепетал Котлов.
- Он у тебя точно отвечает за агентуру? – первый зам бросил взгляд в сторону Исмаилова.
- Бегом! – крикнул Исмаилов. – Через двадцать минут вернуться, и доложить!
- Есть, - Котлов испуганно посмотрел на старшего начальника. – Разрешите идти?
Генерал-лейтенант смерил полковника свирепым взглядом и отвернулся к своим коллегам, не удосужившись что-либо ответить полковнику. Игорь выскочил из кабинета.
Он бежал по коридору, лихорадочно соображая, что нужно сделать. Сердце выскакивало из груди – до него стал доходить смысл происходящего, но пока ещё это не укладывалось в голове – потому что этого не могло быть!
Ворвавшись в кабинет, он бросил папку на стол и в сердцах выдохнул:
- Всё, трындец!
- Что случилось? - с улыбкой спросил Гончаров, поедая с чаем красивое пироженое.
- Да уж, случилось… - Игорь вырвал из принтера чистый лист бумаги, схватил из органайзера карандаш. – Как он там сказал? Одесса, Киев, Чернигов, Харьков… и ещё какие-то города.
Игорь выписал на листе названия городов и напротив них сделал несколько набросков, потом схватил закрытый телефон. Рудольф, как это уже было несколько раз, не ответил.
- Вот чёрт, - выругался Игорь и схватил обычный телефон и немного раздумав, набрал номер Чмырёва: - Юра, доброе утро! – он старался говорить размеренно, чтобы собеседник не смог распознать его состояние, находящее на грани истерики. – Смотри… нам крайне срочно нужно понимать, есть ли у тебя в Одессе, Бердянске и Запорожье агентурно-боевые группы, способные начать работу, например, через неделю?
- Допустим, - ответил Юра, не горящий желанием обсуждать такие вопросы по открытым каналам связи.
- И там и там?
- Да. Но…
- Остальное потом! Спасибо! – Игорь отключился.
Чмырёв, как бы Котлов его не презирал из личных побуждений, был настоящим профессионалом, и его словам можно было верить безоговорочно. Сделав несколько пометок на листе бумаги, Игорь выбежал из кабинета.
- Разрешите? – он приоткрыл дверь после кивка референта.
- Заходи, - вполголоса разрешил Исмаилов, находящийся ближе всех.
Игорь протиснулся в просторный кабинет и замер в нерешительности.
- Полковник? – первый зам, оторвавшись от огромной таблицы, посмотрел на Котлова: - Вы готовы доложить?
- Так точно, - бодро ответил Игорь, чувствуя, как откуда-то появляется смелость.
- Я вас слушаю, - кивнул генерал-лейтенант.
- Агентурно-боевыми группами, способными приступить к работе по предназначению, мы располагаем практически во всех указанным вами городах. В Одессе, Бердянске и Запорожье они могут начать работу через неделю, остальные группы будут способны начать диверсионную работу через десять-двенадцать дней.
- Полковник, насколько верна эта информация? – спросил генерал-лейтенант. – Вы ручаетесь за её достоверность?
Котлов буквально физически почувствовал, как в его жизни наступил переломный момент, и, пожалуй, самый главный поворотный момент на его жизненном пути. Всё, что было прежде, теперь стремительно уносилось в туман беззаботности и веселья, и так же стремительно накатывалось тяжёлое дыхание суровых испытаний. Дальше жизнь будет течь по принципу «до и после».
- Так точно, - бодро ответил Котлов, чувствуя, как задрожали колени.
- И вы готовы понести уголовную ответственность, если выяснится, что ваша информация – это придуманная для отчётов лажа?
- Так точно, - ответил полковник, стараясь подавить в себе дрожь.
- Хорошо, - кивнул генерал и повернулся к операторам: - Надо будет уточниться по каждой группе, какие им назначить объекты, какое передать вооружение, - ему уже не было никакого дела до полковника, который выступал сейчас в роли одной лишь шестерёнки в огромном механизме военной разведки.
Из всех присутствующих только Котлов и его непосредственный руководитель генерал Исмаилов знали, что шестерёнка эта – беззубая.
- Сделаем, товарищ генерал-лейтенант! – ответил один из полковников.
  
Некоторое время первый заместитель переговаривался с офицерами, нависая над планом, затем снова повернулся к Исмаилову и Котлову, стоящим позади него:
- Полковник, слушайте сейчас меня очень внимательно. Мне нужны проводники, которые хорошо ориентируются в городах Киев, Житомир, Харьков, Конотоп, Сумы, Полтава, Чернигов, Мариуполь, Одесса, Николаев, Херсон, Запорожье. Вам нужно будет подобрать людей из числа сотрудничающих с вами, которые смогли бы выступить в качестве проводников. Ваши проводники должны будут встречать наши подразделения, и обеспечивать их выход к назначенным объектам. На Киев – десять проводников, на Харьков – шесть, на остальные города по три-четыре. Доклад по проводникам – завтра в это же время. Если вопросов нет, идите, работайте.
У Котлова, конечно, вопросы были. Но он не осмелился задать их первому заместителю начальника управления.
Когда он вернулся в свой кабинет, им овладела какая-то апатия. Несколько минут он сидел совершенно неподвижно, уставившись в одну точку. Только сейчас до него стало доходить, что «завтра в это же время» - это в десять часов утра первого января.
А Света еще месяц назад оплатила столик в дорогущем ресторане на окраине Москвы, где соседями по празднованию Нового Года будут заместитель губернатора, помощник военного прокурора и два банкира с супругами, на общение с которыми Света очень сильно рассчитывала.
- Трындец, - снова сказал он.
- Что, война началась? – пошутил Гончаров.
- Угу, - кивнул Котлов. – Мы вас не ждали, а вы приехали…
В этот момент в кабинет стремительно вошел Исмаилов. Офицеры встали.
- Котлов, - генерал-майор смотрел на своего подчинённого с плохо скрываемой злостью. – Садишься сейчас же за работу и делаешь. В восемнадцать ноль-ноль приносишь ко мне, буду проверять. Если будут ошибки – пеняй на себя. Я тебе вспомню все твои залёты, начиная от китайцев и заканчивая твоими дутыми отчётами. Разговаривай со всеми центрами, поднимай всех, кто только у тебя есть. Если будет нужна моя помощь, то ты приходишь только в том случае, если сам исчерпаешь свои полномочия, понял?
- Так точно, - кивнул Котлов.
- Но сделать ты это должен, - сказал Исмаилов. – Я тебя сюда не для того поднимал, чтобы ты тут рожу свою отъедал, да штаны просиживал, а для того, чтобы ты здесь хотя бы иногда работал!
- Так точно, - повторил Игорь.
- Всё, работай!
- Товарищ генерал, - Котлов набрался смелости.
- Что ещё?
- Рудольф не отвечает.
- И что из этого? Из-за одного человека должна рухнуть вся разведка?
Генерал вышел из кабинета. На памяти обоих офицеров это был первый случай, когда начальник управления побывал в их рабочем кабинете.
- Что там такое случилось? – спросил Гончаров. – Ты чего такой взъерошенный? Говори, не томи.
- Паша, это трындец, - Игорь словно зациклился на этом слове, не в силах найти другое, которое могло так же ёмко и понятно обрисовать глубину происходящих событий. – Мы, походу, реально войну начинаем. Весь мир сошёл с ума…
***
Время чувствовалось буквально физически – ибо его катастрофически не хватало. День пролетел, Игорь даже не заметил. На телефоне было триста пропущенных звонков от Светы – хорошо, что её он поставил на беззвучный режим.
К назначенному времени Игорь сделал основную часть работы, распределив по направлениям проводников, членов агентурно-боевых групп, транспорт, определив порядок связи и передачи команд на применение. Чмырёв, которому Игорь звонил несколько раз по служебной связи, уточнил некоторые позиции, уверив, что указанные им люди находятся в готовности выполнить любую задачу. Со всем этим он пришёл к Исмаилову.
- Товарищ генерал, я сделал… - сказал Игорь.
Тот смотрел на вошедшего пустыми глазами, как будто у него что-то случилось, и это что-то он сейчас переживал где-то в глубине своей души.