Полковник Никто

- Усвоил, - кивнул Игорь. – А как мне быть с переводчиками?
- А что с ними не так?
- Я им вчера принёс китайскую газету для перевода, а они её у меня отработали… сказали, что сами содержимое доложат начальнику. В итоге мне не из чего было писать сообщение.
- Так ты им не просто приноси газеты, а прямо настаивай, чтобы через двадцать минут предоставили тебе перевод. Мол, с тебя начальник требует, нет времени на раскачку. И по жестче. Они это любят.
- Ага, понял.
- А что там за газета была?
- Ну, мне её китаец передал. Завербованный.
- Какой? – улыбнулся майор.
- Завербованный, - повторил Игорь. – А что?
- Китаец? – уточнил собеседник.
- Да.
- Его случайно не Рома зовут?
Игорь почувствовал, как снова начинает краснеть, как вчера, под криками начальника.
- Рома…
- Просил окно на границе, чтобы женьшень вывозить? – усмехнулся майор.
- Да, - ответил Котлов и покраснел ещё гуще.
- Стандартная схема, - майор уже улыбался во все свои ровные зубы. – Я не знаю, как это происходит, но все молодые офицеры, которые приходят в наш отдел, идут вербовать китайцев на китайский рынок, а там, в итоге, все выходят на этого Рому, который в обмен на информацию просит окно на границе. Из года в год – одно и то же.
- Вот это я попал… - смог проговорить Игорь.
- Куда ты попал? – поинтересовался офицер.
- Да вообще… вся эта ситуация… позор то какой.
- Да ладно тебе. Какой позор? Особенно, если все через это проходят…
- Я же думал, что завербовал его! Думал, что источник появился. Он обещал газеты привозить…
- Ты этих газет китайских можешь вагон насобирать. Можешь наших переводчиков завалить ими. Просто на овощной китайский рынок зайди, они там свежими газетами свежие апельсины прокладывают. И свежие яблоки. Вот тебе и источник. И никакой Рома не нужен.
- Начальник поставил передо мной задачу завербовать китайца, обладающего возможностью освещать обстановку на той стороне. Я думал, что Рома…
- А что Рома? Оформляй его как агента, только не Рома его зови, а, например, Рамон. Агентурный псевдоним «Рамон». Очень красиво, и кстати, даже исторически патриотично.
- Это же… - Игорь пытался подобрать синоним слову «очковтирательство», но собеседник опередил его.
- Забей. Ты что, думаешь, кто-то будет реальное существование твоего агента проверять? Контрольные встречи с ним проводить? Поверь, это никому не надо. Особенно, если ты сможешь наладить поток информации от этого «агента».
- А как? – тихо спросил Игорь, выждав небольшую паузу.
- Свежие апельсины, - усмехнулся майор. – И свежие яблоки. Понял?
- Понял, - улыбнулся Игорь.
- Только эти апельсины и яблоки не носи больше к нашим переводчикам. Найди какую-нибудь студентку, изучающую китайский язык, и носи к ней на перевод – вместе с яблоками и апельсинами. И ей хорошо, и тебе… информация.
- Яблок мало. Платить деньгами за это надо…
- Так плати, - майор внимательно посмотрел Котлову в глаза: - Или включай в себе разведчика и вербуй эту девочку. Чтобы она на тебя работала на идейных основаниях. Или по любви. Ты вон, мордой лица вполне даже вышел. Даже похож на кого-то…
- На Ди Каприо, - подсказал Игорь.
- Точно. Вылитый он. В общем, шерше ля фам. В сущности, это и будет настоящей вербовкой.
- Я всё понял, товарищ майор, - Игорь с огромной благодарностью теперь смотрел на своего собеседника, не зная, как эту благодарность выразить. – Я вам очень признателен за совет.
- Не булькает, - рассмеялся старый майор. – Ты, кстати, когда намерен проставляться в коллективе?
- С первой зарплаты, - повеселел Котлов. – Как положено.
- Вот это правильно, товарищ старший лейтенант!
***
Овощной рынок располагался на северной окраине города, куда из центра пешком топать нужно было несколько километров – у молодого офицера военной разведки не было денег даже на автобус, так как все свои «карманные сбережения» он потратил на «приобретение агента». Переодевшись в старый камуфляж, предварительно сняв с него знаки различия, Игорь направился в сторону рынка, щёлкая на ходу семечки.
  
Осень уже давала о себе знать – холодный ветер проникал под куртку, заставляя ежиться. Ускорившись, Игорь стал согреваться, и ему, чтобы не околеть, пришлось весь путь идти ускоренным шагом.
Рынок занимал огромную территорию, на которой кипела своя жизнь. Приходящие из Китая длинномеры выгружали здесь свой товар и тут же уходили обратно к границе, городские грузовички подхватывали мешки с картошкой, луком, морковью и другими продуктами и разъезжались по всему Приморскому краю. Китайское сельское хозяйство в полном объёме закрывало потребности дальневосточной России в продуктах питания. Продуктовая безопасность государства? Нет, не слышали…
Игорь потолкался по рынку, присматриваясь, где можно достать китайские газеты, в какой-то момент его окликнул незнакомый мужик, лет шестидесяти:
- Парень, плачу сотку, загрузи мешки в машину…
Здесь же стоял двухтонный грузовичок с откинутым бортом, а возле него приличная куча мешков с картошкой. Предложение было сказано таким тоном, что Игорь даже не нашёл, чем возразить. Тем более, что обещанные сто рублей были для него более чем кстати, при том, что финслужба штаба недавно оповестила о задержке в выплате причитающегося довольствия.
Присмотревшись, Котлов увидел, что мужчина хромал, и, видимо, сам уже физически не мог выполнять такую работу – при том, что он явно был предпринимателем, или хотя бы обычным водителем грузовика. Расспрашивать такие подробности Игорь не стал, а без промедления включился в работу.
Когда картошка оказалась в кузове, водитель, не говоря ни слова, сел в кабину, запустил двигатель и начал движение. Котлов встал перед кабиной:
- Дядя, а деньги?
- Ах, деньги…
Игорь подошел к боковому стеклу. Водитель достал из кармана помятую купюру в пятьдесят рублей.
- На, держи, больше нету.
- Ты обещал сто, - твердо сказал Игорь, забирая купюру. – Давай ещё полтос и мы в расчёте.
- Ты медленно работал, - ответил мужик. – Хватит тебе и полтинника.
Водитель демонстративно включил первую передачу и начал медленное движение, следя за реакцией собеседника. Игорь быстро поднял с земли увесистый булыжник и замахнулся:
- Сколько стоит лобовое стекло?
Водитель предпочёл рассчитаться и уехать от греха подальше. Со смешанными чувствами Котлов снова пустился бродить по рынку. Сейчас делать это было для него значительно веселее, так как деньги обещали сытный ужин, и вообще, перспективу на будущее – теперь он знал, где можно подработать, если выплата денежного довольствия затянется на неопределенный срок.
Свежие апельсины он нашёл тогда, когда уже забыл про них, так как после подработки бродил по рынку скорее больше в поисках другого заработка, чем в поисках источника разведывательной информации. Неподалёку от ангара, в котором складировались цитрусовые, находилась огромная куча упаковочной макулатуры, среди которой было много разных газет. Уже темнело, что-то разглядеть было сложно, и поэтому Игорь просто набрал несколько десятков газет, которые в сумерках показались ему разными. Связав газеты попавшей под руку бечёвкой, он поспешил покинуть овощной рай.
Дорога домой, на съёмную квартиру, где его ждали ужасающая сырость, мыши и огромные тараканы, ещё никогда не была такой радостной, как в этот вечер. Бросив тюк газет в кустах, Игорь зашёл в придомовой магазин, где купил на заработанные деньги еды и бутылку водки. Дома он быстро нагрел кипятка, запарил Доширак, нарезал колбасы и хлеба, открыл банку сайры, справил лапшу корейским майонезом, налил в стакан водки и под светом лампы принялся рассматривать добычу.
В течение часа он сортировал газеты: получилось двадцать три разные, в том числе три со свежестью не более недели. Наверное, остальные тоже представляли интерес, но в первую очередь Игорь решил перевести самые свежие. Среди старых газет, с датой на два месяца назад, он нашел такую газету, в которой были две военные фотографии – выходящая с реки на берег амфибия типа советского ПТС и фото какого-то генерала с лицом, в котором читалось наделение его огромной властью. Эту газету Игорь тоже отложил.