«Давай полетим к звездам!»
- Преследуем, - приказываю я. - Лучевой удар!
- Отставить, “Галеон”, - вмешивается оператор с орбитальной базы. - Чеслав, возвращайтесь к станции слежения и работайте по программе. А шарик мы попытаемся перехватить своими возможностями. Шестерка перехватчиков только что стартовала.
- Понял, - с некоторым сожалением киваю я. Славная могла бы получиться охота. - Преследование прекращаю, ухожу к станции слежения.
Жаль, что погоню прервали. Я уже всерьез настроился надрать задницу этому спятившему автомату неизвестного происхождения.
Но дел хватит и на Земле. На станции слежения идет настоящий бой. Мы явно недооценили “песчаных”. Они достаточно быстро очухались и, пользуясь численным превосходством, активно контратакуют. Н-да, только кровопролития мне и не хватает...
- Старт “крокодила”-три, программа прежняя, - теперь, когда белый шар удалился куда-то в космос, можно не опасаться лучевых атак и восстановить психополе.
Десантный модуль исторгает из своего чрева веретено очередного “крокодила”, круто разворачивается и ныряет вниз, к станции слежения.
Мартын Луганцев и его собеседники - 6
(записки журналиста)
“НАДЕЖНУЮ РАБОТУ ЛУННОГО
КОРАБЛЯ
ГАРАНТИРУЮ!”
- Ну, и как прикажешь это понимать? - судя по голосу Инги, меня ожидало мрачное будущее. Лет десять без права переписки и с конфискацией всего личного имущества. Как минимум.
- Не знаю, мой зайчик, - единственное, что я мог, так это просто развести руками. - Клянусь, что значок у него был!
- Угу, - хмуро кивнула Инга. - Был да сплыл! Глазами видел, а на фотографии - ничего нет!
Она взмахнула свежеотпечатанной фотографией Бушунина у меня перед носом:
- Вот что, милый мой! Если ты меня пытаешься разыграть, то горько пожалеешь. Я, как последняя дура, еду в Звездный городок, донимаю расспросами самого Гагарова, а все эти истории с чужой подписью - всего лишь глупый розыгрыш!
- Это не розыгрыш! Я действительно видел приколотый на пиджаке Бушунина значок с изображением Гагарова и с этой непонятной подписью. Но на фотографии, которую сделал твоим фотоаппаратом, значка почему-то нет!
- Бушунин - есть, а значка, видите ли, нет! - возмущение Инги беспредельно. - А может, вообще ничего не было? Никаких Гагаровых с непонятной подписью? Ни у Королевина, ни у Михеева - вообще ни у кого?
- Давай рассуждать логически, - примирительным тоном начал я. - Если это был розыгрыш, разве стал бы я приносить тебе фотографию Бушунина без значка? Нет, конечно. Зачем мне самому себя разоблачать? Я бы просто сказал, что не смог его сфотографировать. Или соврал бы, что в зале МИК 1А запрещено фотографировать. Мог я так сделать?
- Ну, мог, - надув губы, нехотя согласилась Инга.
- Вот видишь. А если я так не сделал, то...
- То либо розыгрыш выходит на новый этап, либо тебе это просто привиделось - все эти портреты и значки с подписью неизвестного Гагарина, - сделала вывод Инга. Она “завелась” не на шутку. - Март, а ты случайно не перетрудился? Г олова у тебя часом не болит?
- Голова у меня не болит. И я не псих!
- Тогда как ты объяснишь...
- Никак! - жестко отрубил я. - Никак не объясню! Значок у Бушунина я видел, а на фотографии его почему-то нет! И это факт!
- Не ори на меня! - мгновенно взвинтилась Инга.
- Я не ору, я убеждаю, - чуть-чуть понизил голос. Вот только с Ингой разругаться из-за чепухи мне не хватало!
- Убедить может только доказательство, - рассудительно сказала Инга. - Я не собираюсь тебе верить, пока собственными глазами не увижу изображение Гагарова с этой непонятной подписью!
- Я не против, моя радость, но как это сделать?
- Когда у тебя назначено следующее интервью?
- Завтра, я встречаюсь с конструктором лунного корабля Вячеславом Филовым.
- Ты возьмешь меня с собой, - решительно и безапелляционно заявила Инга. - В качестве фотокорреспондента!
- Хорошо, - незамедлительно согласился я. Даже руки поднял. - С Филовым я еще не условился о месте и времени встречи. Сейчас позвоню и договорюсь, что меня будет сопровождать фотокорреспондент!
- ...Вот он наш корабль во всей красе, - Вячеслав Филов остановился посреди испытательного зала и указал в левый угол. - Скромный труженик будущих лунных экспедиций!
- Он такой же, как и “Лунник-5”? - живо поинтересовалась Инга. После вчерашней “разборки” со мной она серьезна и деловита. Фотокорреспондент, выполняющий ответственное задание очень авторитетной всесоюзной газеты.
- Один к одному. Именно на этом кораблике космонавты Алексей Леонтьев и Владимир Шаталин репетировали выход на Луну.
Я подмигнул Инге и взглядом показал на грудь Филова. Под белым лабораторным халатом к синему пушистому свитеру был приколот квадратный значок с изображением улыбающегося Гагарова. Такой я уже видел у Михеева и Бушунина, у Королевина и Глуховцева. И странная гагаровская или гагаринская подпись - на своем месте! Инга легонько кивнула, давая понять, что значок ею замечен.
Мы подошли почти вплотную к кораблю. “Лунник” возвышался над усеянным камнями и песком полом -имитаторами лунного грунта - метров на пять и внешне более всего походил на заснувшего гигантского паука.
- Вячеслав Михайлович, - сладеньким голоском послушной девочки сказала Инга, - давайте я сделаю несколько ваших фотоснимков на фоне “Лунника”.
- Давайте, давайте, - охотно согласился Филов, достал из кармана джинсов расческу и принялся суетливо подправлять прическу. Волосы у него черные, жесткие, похожие на скрученные пружинки. - Я готов!
Инга несколько раз щелкнула фотокамерой, выбирая разные ракурсы и масштабы съемки. Если значок существует в реальности, а не является плодом наших - теперь уже коллективных - галлюцинаций, он должен очень отчетливо получиться на фотоснимках.
- Вячеслав Михайлович, расскажите об устройстве лунного корабля, - я начал интервью со стандартного вопроса. Расследование - расследованием, а статью о Филове и “Луннике” Аджубееву на стол вынь да положи.
- Э... - Филов почесал пальцем в затылке. - Ну, начнем, пожалуй, с габаритно-весовых параметров...
Филов говорил, а я добросовестно записывал в рабочем блокноте размеры и вес лунного корабля. Когда я почувствовал, что конструктор постепенно погружается в описание деталей, совершенно не нужных для будущей статьи, “глубокомысленно” вставил:
- “Лунник” чем-то напоминает поставленный на четыре опоры космический корабль “Восток”.
- “Восток”? Причем тут “Восток”? - светло-карие глаза Филова удивленно округлились. - “Лунник” и “Восток” - это два принципиально разных по конструкции и назначению космических аппарата!
- С толку сбивает вот этот шарик, - ткнул пальцем в направлении верхней части корабля. - По-моему он очень похож на посадочную капсулу с “Востока”...
- Ну, если и похож, - Филов скептически ухмыльнулся, -то только шарообразной формой. Этот шарик... Это собственно и есть та кабина, в которой космонавт находится при посадке на Луну и при старте с нее...
- Можно заглянуть в кабину космонавта? - хитренько заулыбалась Инга. Миленькая лисичка с фотоаппаратом.
- А почему нет? - Филов пожал плечами. - Вот по этой лесенке поднимайтесь... Только осторожно, не споткнитесь.
- Это та самая лестница? - поинтересовался я. - По которой на Луну сойдет наш космонавт?
- Та самая... Тут выходит и заходит - замечательно выходит! - пошутил Вячеслав Михайлович.
Люк в кабину космонавта имел округлую форму. Я налег на торчащую из его поверхности широкую рукоять, и он медленно открылся внутрь. Рядом легко дышала Инга - тоже сунула голову внутрь лунного корабля.
Она была рядом - теплая, нежная, родная. Моя Инга... Мой светлый лучик...
А вокруг нас притаилась темнота, ледяная стужа и опасность. Синицкий Павел Петрович.