Война Джимми Фишера (СИ)

Каждая курица, гусыня или утка вполне способна воспроизводить от 10 птенцов, а за сезон от 20 до 50. Но опять же нужно ждать осени и зимы. Питание же исключительно пшеницей и прочими злаками, ну то еще испытание. Не даром в древности людей сажали на хлеб и воду и это считалось пыткой. Выручала рыбалка, причем в промышленных масштабах. Причем помог геноцид русских крестьян. Дело в том, что немцы в своей лютости и ненависти к русскому народу не давали крестьянам промышлять рыбалкой. Так больше русских вымрет! Потому в реках было огромное количество рыбы. Встречались сомы размером с теленка. Сергей помнил свое детство, когда они боялись купаться в реке, ибо сом может утащить на дно и сожрать. Теперь, как ученый он понимал глупость таких страхов, но сомы действительно были огромными.
Начался массовый вылов рыбы, заготовка. Тогда он себя ощутил японцем, говорят они постоянно сидят на рыбе. Опробовал пельмени на мясе рыбы, котлеты, опять же рыбные и многое, многое другое. Они хоть и управляли страной, как комиссары, но питались наравне с простым народом, разделяя все тяготы русских крестьян. Селяне так же терпели. Они понимали важность увеличения поголовья скота. Для любого жителя села, было абсолютно очевидным, чем больше скота, тем больше удобрений, тем больше мяса и яиц, не будет голода. Нужно потерпеть.
Вот разговоры крестьянина с которым сдружился сержант веселили и ставили мозги в правильное место. Даже он ученый с достижениями мирового уровня, не мог порой так четко и правильно сформулировать мысли, как простой солдафон. Из обрывков разговоров…
— Вот чего вы нам помогаете? — спросил Клим
— Так вы вроде и не против помощи, вон какие дома вам построили, а в каком ты раньше жил помнишь? — ответил Шон.
— Дома это хорошо, но вон детишек в дворяне готовите? Зачем их в школе учить?
— Так в Беловодье все дети и читать и писать умеют, да и потом профессии учат. Ответил сержант.
— Вот прямо все, а не дети дворян, ничего не путаешь Шон? Клим смотрел с подозрением на своего друга.
— Больше скажу, нет у нас дворян, да не просто учат у нас дети на двух языках говорят и пишут на русском и английском.
— Как это нет дворян, а Белый Царь, ты говорил он есть.
— Есть, как не быть, но называет себя Первый Консул, а люди у нас по достижениям, кто значит пользу приносит, того в комиссары избирают, ну вот на вроде Озерцова.
— Ты чего буробишь? Вдруг кто услышит? перешел на тревожный шепот Клим.
— Да пусть слышат! Я сам могу нашему комиссару сказать, он не дворянин, да он и сам знает. Начальник наш и командир — это правда, но не дворянин, нет у нас дворян. Нарочно громко сказал Шон, показывая голосом он совершенно не боится.
— Хочешь сказать и богатых у вас нет? Первый Консул он тоже бедный? — спросил битый жизнью мужик Клим.
— А нет у нас бедных брат, жизнь, ну как тебе описать наши дома, такого даже у ваших дворян в домах нет.
— И денег у тебя значит, как у Белого Царя или как пусть даже у комиссара Сергея Одинцова?
— Не… засмеялся Шон, зачем врать-то много меньше у меня денег.
— Ну вот видишь! Торжествующе заявил Клим, значит и у вас справедливости совсем нет.
— Да как же нет? Возмутился Шон, да Озерцов он антибиотики придумал, лекарь от Бога, которому цены нет! Что же ему раз столько пользы приносит бедным быть? Ты не прав брат.
— Это сейчас приносит, а как сделает капиталы, станет зерно скупать, да кулаком-мироедом заделается, кто супротив капиталов-то будет? Возразил Клим.
— У нас таких психов лечат.
— Это как? Не понял Клим.
— Да просто брат. Вот есть скажем бабка какая одинокая, а у нас баб-то больше чем мужиков в свое время привезли. Одна она, скучно ей и заведет 100 котов, а бывает и больше, ну ей голову и проверяют.
— Гм… удивился Клим, сто котов, да зачем?
— Вот и я говорю умом тронулась. Бывает значит, что у баб, что у мужиков, прет все в свою квартиру, уже и хлам разный с помойки.
— Как хлам, зачем хлам? — не понял Клим.
— Ну Беловодье намного богаче живет, вы еще лет через 5–10 так заживете. Выбрасываем мебель, она для нас уже плохая, а тут бы показалась, как у барина. Одежду выбрасываем, обувь. Для Беловодья она уже совсем и не нужная, но вот и собирают такое в квартиры тащат.
  
— Зачем если вы богато живете?
— Многие приехали и были бедными, голодали. Вот те старики и прут бывает домой весь хлам. Их тоже в дурдоме лечат.
— Странное говоришь, но ладно пусть так, а деньги причем?
— Вот представь есть какой дурачок он стал деньги собирать, ему уже и за жизнь не потратить, а он собирает и собирает, что с таким делать?
— Так уважаемый купец будет, все будут в ножки кланяться. Без размышления ответил Клим.
— Это у дикарей в Европе, как вы говорите немцев, а у нас сразу видно психически больной человек. Такого лечить надо, а лишние деньги изъять, вред они ему несут.
— Как изъять?
— Ну сидит какой алкаш и водки у него много, пьет и пьет, вот-вот помрет, ты водки не отнимешь брат?
— Отниму конечно! — согласился Клим.
— Так и с деньгами брат, как с водкой. Когда вдосталь оно хорошо, а когда перебор убивает все человеческое. Уже алкаш или твой купец на человека не похож, так скотина какая-то.
Услышав такое комиссар Озерцов, записал в блокнот и приказал доставить в пункт пропаганды, как знать может сам Петроград возьмет на вооружение. Идея-то удивительно простая. Богач, как алкаш и не остается в нем ничего человеческого. Зачем тебе денег больше, чем ты можешь за жизнь потратить? Ведь казалось бы все логично, но ведь есть дикари в Европе, рядом люди от голода умирают, а он деньгами комнаты в особняке набивает. Причем могут умирать от голода твои соплеменники из одного народа, но такому наплевать, ему еще одну комнату деньгами набить. Это разве здоровый, адекватный человек? Да и человек ли он или уже скотиной стал?
Через год случилось настоящее чудо в село Голодное к Первому Лекарю Республики прилетел сам Первый Консул. Оказывается весь этот год шло строительство аэродромов на расстоянии друг от друга в 100 и 200 км от Аляски, Дальний Восток, через всю Сибирь. Сергей, как комиссар знал, что прибудет дирижабль, потому и возводили аэродром, но такого величественного воздушного корабля не мог представить даже во сне. По комфорту он превосходил курортные поезда. Для экономии дирижабль «Беловодье» заправлялся водородом. Благо в Европе пока еще зениток не было…
Дирижабль «Беловодье»
На борт корабля можно было попасть только после того, как сдаешь спички, зажигалки и даже сигареты с сигарами. Однако имелась целая курительная комната на 20 человек полностью из асбеста. Там как раз был дежурный офицер, зажигалки и сигары с сигаретами.
Сам корпус гондолы для пассажиров был собран из легкого и прочного бамбука. Как и вся мебель внутри. Даже кровати и те были из бамбука, а матрасы были из каучука наполненные воздухом. Для экономии веса, вместо привычных ванных комнат были душевые. Имелась кухня из асбеста, потому подавались свежеприготовленные блюда, на открытом огне. Имелся ресторан. Понятное дело на нижней палубе находились душевые и туалеты. Там же располагалась команда управление «Беловодьем». Это был поистине величественный корабль! Был салон-ресторан, где можно откушать и весело провести время. Из-за экономии веса, не было пианино или рояля, но стоял граммофон и был запас пластинок.
Совсем Сергей Озерцов одичал в России, когда он уезжал, никаких граммофонов еще не было, да и пластинок тоже. Хотя совсем не удивился новому изобретению, привык, что практически каждый год, какое-то новое, прорывное в науке и технике появляется. А через 5–10 лет, так точно появляется. Кроме очень высоких гостей прилетела простая девочка Сьюзи, та самая, что искала своего братика. В итоге «Беловодье» задержалось в селе Голодное на неделю. Нужно было подписывать мирные договора, но монархи Европы подождут, если простой девочки из Беловодья хочется поиграть и поболтать со сверстниками. Тем более была шикарная рыбалка и Джимми Фишер не вылезал с местного озера и очень задолбал свою «девочку из Изумрудного города», требуя чистить рыбу, ибо чего он зря старался, ловил?