Хоккейная сделка (ЛП)

— Я знаю, что ты гордишься своей независимостью, и не пытаюсь лишить ее. Просто хочу облегчить тебе жизнь. Иногда можно принимать помощь — такую, которая не связана ни с какими обязательствами.
Я вздыхаю и провожу пальцами по шелковистым кудрям на его затылке.
— Пожалуйста, скажи, что у тебя есть какое-нибудь странное уродство, например, хвост или третий сосок. Или, может быть, хранишь обрезки ногтей на ногах в банке.
Он моргает.
— Что?
— Ты не можешь быть таким идеальным.
Он запрокидывает голову, смеясь.
— Значит, ты надеешься, что я собираю обрезки ногтей на ногах? Это заставило бы чувствовать себя лучше?
Я морщу нос от отвращения.
— Нет, но я просто хочу выяснить, что с тобой не так.
— Может, со мной все в порядке. Может, я просто нормальный парень.
Я качаю головой.
— Быть такого не может.
Он притягивает меня ближе.
— Думаю, ты пытаешься найти во мне недостатки, чтобы перестать испытывать притяжение.
Я закатываю глаза.
— Я не испытываю притяжение. Просто терплю тебя.
Его грудь сотрясается от смеха, прижавшись к моей.
— Еще как испытываешь..
Мне не нравится, что он видит меня насквозь. Он мне нравится. Как личность. Как кто-то, кого я считала бы другом. Как кто-то, кому могу доверять.
И это чертовски пугает.
Я отступаю и дергаю его за локоть.
— Пошли, Большой Парень. Давай уйдем, пока ты не стал еще более самоуверенным.
Мы выходим из музея и направляемся к выходу. Толпа, еще более многочисленная, чем прежде, ожидает нас.
— Пока идем к машине, я буду отвечать на вопросы, — говорит Александр. — Ты можешь просто улыбаться и здороваться, если будет комфортно. Или держаться за меня и не обращать внимания.
Я засовываю руки в пиджак, который он держит для меня, и оглядываю толпу.
— Я могу поздороваться.
Александр берет меня за руку и машет охраннику.
— Спасибо, Билли.
— Всегда пожалуйста, мистер Крум. Удачи вам.
Как только мы выходим, вспышки камер и крики оглушают.
Александр одаривает папарацци ослепительной улыбкой и машет свободной рукой.
— Хорошего вам вечера.
— Крум Кейк, кто эта девушка? — кричит кто-то.
— Это моя девушка, Ария, — он смотрит на меня и улыбается еще шире. — Разве она не прекрасна?
Вопросы начинают сыпаться на нас еще громче, пока мы спускаемся по лестнице.
Я стараюсь держать голову высоко и улыбаться, но вспышки такие яркие, что ничего не вижу.
— Поцелуетесь для камеры? — кричит еще один мужчина.
Сейчас идеальный момент для поцелуя на публику. Александр смотрит на меня, губы трогает легкая улыбка. Взгляд перебегает с моих глаз на губы. Я сжимаю его руку, готовясь устроить представление, словно мы животные в зоопарке.
Но он не целует меня.
Вместо этого подводит к пикапу и усаживает внутрь.
Досада поглощает, но я подавляю ее. Не хочу целоваться на камеру; дело в том, что у Александра наконец-то появился повод поцеловать меня, но он решил этого не делать. Наверное, по истечение фиктивного брака, он так и не коснется моих губ.
На протяжение всего пути до моего дома мы молчим, и как только Сэм останавливается, я выскакиваю из машины и бросаю быстрое «Спасибо за вечер» через плечо.
— Ария, подожди, — Александр выскакивает следом, пока я быстро иду по тротуару к лестнице.
— Я прекрасно провела время. Давай просто оставим все так…
Он хватает меня за запястье и разворачивает.
— Я не хотел, чтобы наш первый поцелуй был таким.
Таким. Перед папарацци.
— И почему же?
— Потому что хочу, чтобы он принадлежал только мне, — Алекс касается своим носом моего. — Потому что мечтал поцеловать тебя с первой встречи, — он берет мое лицо в свои ладони. — Потому что не хочу, чтобы ты думала, что я делаю это для камер.
Борюсь с бешено колотящимся сердцем.
— Сейчас нет камер.
Его взгляд падает на мои губы.
Я затаиваю дыхание, ожидая, что Алекс сделает первый шаг — мне нужно, чтобы инициатива исходила от него.
  
И тут его губы накрывают мои.
Огромная рука скользит по моей талии, притягивая ближе, в то время как другая опускается на затылок, погружая пальцы в мои волосы и удерживая. Его язык проникает между моих губ, вытесняя весь воздух.
Все, что я могу — сжать рубашку в кулаке и попытаться совладать с ним, туфли едва касаются пола, я полностью во власти его желаний. Все тело оживает — кожа пылает, а между ног пульсирует. Могу честно сказать, меня никогда не целовали с таким пылом, с такой страстью.
Собственнически.
Я беру обе его руки и провожу к своей попке, давая понять, чего хочу, и даруя позволение, в котором, как я знаю, Алекс нуждается. Он стонет мне в рот, сжимая ладони и прижимая меня к стене здания. Я поднимаю ноги и скрещиваю лодыжки вокруг его талии, пока он поднимает меня, не обращая внимания на то, что я в платье или что кто-то может нас увидеть. Единственное, на чем я могу сосредоточиться, это то, что этот огромный, прекрасный мужчина целует меня, словно его жизнь от этого зависит.
Он кружит языком, посылая импульсы прямо к моему клитору. Поцелуй медленный и чувственный, но в то же время страстный и требовательный. Именно таким и является Александр, оксимороном19 мягкого и твердого, нежного и решительного.
Я втягиваю его пухлую нижнюю губу в рот и кусаю ее, вызывая еще один глубокий стон. Я хочу еще и еще этих звуков, хочу, чтобы он уступал мне, пока не потеряет контроль.
Но Алекс отстраняется слишком рано.
Я надуваю губы в знак протеста, еще не готовая к тому, чтобы лишиться его рта.
Он прижимает свой лоб к моему, крепко держа прижатой к стене, пока тяжело дышит.
— Ты станешь моим крахом. И я не знаю, как это остановить.
— Может быть, и не нужно, — я провожу указательным пальцем по его пухлым губам. — Может, стоит просто позволить этому случиться.
Он ставит меня на ноги и умоляюще смотрит в глаза.
После того, чем Алекс поделился, после того, как я узнала, что сделала с ним мать Джулианы, я понимаю, как ему нужно все контролировать. Не могу заставить потащить меня наверх и овладеть, как бы сильно этого ни хотела. Решение должно быть его.
Впервые в жизни я не хочу быть сексуальным импульсом мужчины.
Я хочу быть его выбором.
Я игриво толкаю Александра и разряжаю обстановку.
— Думаю, мне пора. Сегодня, как и каждую последующую ночь, назначено свидание с вибратором. Спасибо, что вынудил меня стать монашкой.
Он закрывает глаза, подавляя стон.
— Не собираешься облегчать мне жизнь?
— Ни за что, красавчик, — я подмигиваю ему и взбегаю по ступенькам дома.
— Эй, Ария.
Я оборачиваюсь.
— Как я справился с нашим первым свиданием?
— Думаю, ты испортил все впечатление о предыдущих, — я качаю головой, все еще не веря, что этот мужчина потратил столько усилий, чтобы арендовать одну из крупнейших художественных галерей в мире. — Никто и никогда не сможет превзойти Метрополитен.
По лицу Алекса расплывается хитроватая ухмылка, словно именно это и было его планом.
Глава 15
Александр
Мое сердце поет от восторга после сегодняшней игры, и я не могу сдержать широкую улыбку, похлопывая Трентона по спине.
— До сих пор не верю, что ты поймал ту шайбу в конце второго периода. Это было нечто невероятное!
— Неужели ты сомневаешься в моих способностях? — вопросительно изгибает он бровь.
— Никогда, — искренне отвечаю я.
Сегодняшняя игра была просто потрясающей, и я не могу отрицать, что во многом это связано с восхитительным свиданием с Арией в прошлые выходные. Единственным моментом, когда я мог перестать думать о ее поцелуе, была игра.
То, как ее губы двигались навстречу моим, как ноги обхватывали мою талию, пока я целовал ее у входа в здание…