Хоккейная сделка (ЛП)

— Я скоро вернусь.
Я направляюсь в туалет и умываюсь холодной водой. Я опираюсь руками на раковину и опускаю голову между плеч, делая глубокий вдох.
Один, два, три, четыре.
Выдох через губы.
Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь.
Я вздрагиваю от нежного прикосновения к спине.
— С тобой все в порядке, здоровяк. Просто продолжай дышать.
Я поднимаю голову и встречаюсь с обеспокоенным взглядом Арии в зеркале.
— Ты зашла в мужской туалет.
Она ухмыляется.
— Ничего такого, чего бы я не видела раньше.
— Извини, я хотел…
— Не извиняйся, — ее ладонь делает небольшие круги между лопатками. — Я знаю, что это странный день, но напомни себе, почему мы это делаем. Мы берем все под свой контроль. Ты держишь в руках власть и ключи от виллы родителей.
Она права.
Я все контролирую. А не мой дед.
Я поворачиваюсь к ней и нежно касаюсь костяшками пальцев ее щеки.
— К слову, выглядишь великолепно.
Она бросает взгляд на свое кремовое трикотажное платье.
— Мне пришлось что-то купить к этому случаю. Я не осознавала, сколько у меня черной одежды, пока не пришлось искать что-то белое.
— Ты потрясающе выглядишь в любом цвете.
Я убираю руку от ее лица, сопротивляясь желанию притянуть для поцелуя.
Это то, с чем у меня возникают трудности с тех пор, как мы вернулись из Греции.
Я знал, что она собирается улизнуть и поискать то видео, которое разместил на сайте Кортни. Но не ожидал, что во время просмотра будет трогать себя. Застать ее с пальцами в трусиках, с жарким румянцем на щеках, с похотливым взглядом в глазах… Моя сдержанность лопнула. В ту ночь мы переступили черту, но я не могу найти в себе силы пожалеть об этом. Образ ее полностью обнаженной передо мной, с лодыжками на плечах, пока она растирает мою сперму по своей киске — как я могу сожалеть об этом? Как будто рациональная часть мозга отключилась, и теперь, когда почувствовал ее вкус, я хочу большего.
Я изгоняю это воспоминание из своей головы, чтобы не встать с бушующим стояком перед тем, как мы предстанем перед судьей.
— Я тут подумал, раз сегодня не так холодно, может, я тебя покатаю, прежде чем придет время забирать Джулиану из школы?
Она кокетливо шевелит бровями.
— А я вот подумала, что мы могли бы уже заняться супружескими обязанностями.
Я фыркаю от смеха и качаю головой.
— Ты невероятна.
— Но ведь это заставило тебя рассмеяться, — улыбается она. — Конечно, я с удовольствием прокачусь на мотоцикле, но, если уж на то пошло, не откажусь прокатиться и на тебе.
Мои плечи трясутся от смеха.
— Давай, юмористка, — я шлепаю ее по попе. — Пойдем сделаем из тебя добропорядочную женщину.
Когда подошла наша очередь в зале суда, мы встаем друг напротив друга, беремся за руки и произносим клятвы, чтобы этот брак обрел законную силу.
Обещаю с этого дня быть вместе в богатстве и бедности
В болезни и здравии
Обещаю любить и лелеять тебя
Пока смерть не разлучит нас
Это стандартная клятва, но когда я произношу ее, глядя в большие карие глаза Арии, они словно обвиваются вокруг сердца. Более того, в том, как искренне она смотрит на меня, когда повторяет слова за судьей… Я знаю, что для нее это игра, способ получить сто тысяч долларов на свой банковский счет. Но в те короткие секунды, когда она встречается со мной взглядом и обещает любить и лелеять меня, я позволяю себе поверить в ее искренность.
Потому что хочу, чтобы ее слова были искренними. Потому что сам говорю от всего сердца.
Потому что, как бы ни старался уберечь свое сердце, я влюбляюсь в женщину, на которой женюсь.
И прекрасно осознаю, что она может никогда не ответить мне взаимностью.
— Ты же не будешь ехать слишком быстро, правда?
Я резко поворачиваюсь к Арии и беру ее волосы в руку.
— Ты будешь в безопасности.
— Забавно, что это не отвечает на мой вопрос.
  
— Я не стану гонять, когда ты сидишь сзади.
— Мне не нравится сама мысль о том, что ты вообще будешь гонять.
— Я больше не гоняю. Не так, как раньше.
Она замолкает.
— Ты что… ты что заплетаешь мне волосы?
— Они запутаются, если я этого не сделаю.
— Полагаю, это один из плюсов отцовства.
Я усмехаюсь.
— Мне пришлось просмотреть кучу видео на «Ютуб», когда Джулиана была младше. Слава богу, что существует интернет.
— Если тебе нужна резинка для волос…
— Есть, — я снимаю с запястья черную резинку и оборачиваю ее вокруг конца косы. Затем беру шлем с сиденья мотоцикла и осторожно надеваю его ей на голову.
В качестве свадебного подарка я купил арии куртку для езды на мотоцикле и перчатки, чтобы ей не приходилось постоянно носить мои, а также подогнал новый шлем по размеру.
Она поднимает глаза на меня, когда я наклоняю ее голову и застегиваю ремешок под подбородком.
— Пообещай, что не дашь мне разбиться.
Я дергаю за нижнюю часть ее шлема и опускаю до тех пор, пока он не стукается о мой.
— Если почувствуешь себя небезопасно или испугаешься, можешь сказать сбавить скорость, и я так и сделаю. Но обещаю, что всегда буду беречь твою жизнь, пока она в моих руках.
Она кивает.
— Хорошо.
Я поворачиваюсь к своему мотоциклу, указывая на электронный экран между рулем.
— Итак, как только повернешь ключ и все загорится, нажмешь на аварийный выключатель здесь. Это то, что включает и выключает мотоцикл. А затем вот этой кнопкой под ним зажигается двигатель.
Она наклоняется, чтобы взглянуть на все, что я ей показал.
— Я могу завести его?
— Давай.
Она тянется и выполняет все действия, которые я только что показал, и вот мотоцикл ревет, оживая. Я сажусь на него, поднимаю подножку и протягиваю ей руку. Ария наступает на подножку и перекидывает ногу на другую сторону, обхватывая меня руками за талию.
— Я собираюсь научить тебя быть отличным рюкзаком.
— Рюкзаком?
— Вот как это называется, когда кто-то едет в качестве пассажира, потому что цепляешься за меня, словно рюкзак. Поэтому не стоит слишком сильно ко мне прижиматься, особенно когда я торможу. Можешь упереться одной рукой в бензобак, — я беру одну из ее рук и кладу перед собой. — Когда я наклоняюсь в поворот, мы не упадем. Просто следуй за движением мотоцикла. А когда я стучу вот так, — я тянусь рукой назад и стучу ее по колену, — Ты крепко держишься.
Я слышу, как через динамики «Пактолк»29 в моем шлеме она говорит:
— Поняла.
Я выезжаю с дорожки на главную дорогу. Я не спешу, лавируя в потоке машин, и слежу за тем, чтобы Ария чувствовала себя комфортно.
— Как ты там? — спрашиваю я спустя несколько минут поездки.
— Хорошо. Ты можешь немного ускориться, если хочешь.
Я усмехаюсь и выкручиваю ручку газа, чтобы набрать скорость.
Езда всегда успокаивает. Мир и все его проблемы исчезают, когда все вокруг расплывается. Езда требует концентрации и контроля, и она успокаивает разум.
Когда Ария держится сзади, это как будто я открыл новый уровень спокойствия. Ее тело прижато ко мне, доверяя защитить ее, когда жизнь находится в моих руках.
Интимно. Это что-то значит.
Когда примерно через двадцать минут достигаю места назначения, я замедляюсь и съезжаю с дороги, чтобы припарковаться. Мы встаем и разминаемся, вешая шлемы на руль.
Ария осматривает местность.
— Итак, где мы?
— Нигде на самом деле. Это не парк и не известное место. Я случайно наткнулся на него сразу после того, как подписал контракт с «Щеглами». Мне нужна была тишина, вдали от всего этого хаоса.
Мы исчезаем среди деревьев, ботинки скрипят по сухой траве под ногами.
— Что это? — Ария прикрывает глаза рукой и щурится от солнечного света.
Я сдерживаю улыбку, когда мы подходим к клетчатому одеялу, расстеленному на земле, с корзиной для пикника сверху.