И все-таки мы вместе! (СИ)
«Мне вот интересно, – начал рассуждать про себя Мири, – рэрды сильно друг от друга отличаются? Или все-таки они почти одинаковые? Как бы это проверить? Даже если я спрошу кого-нибудь из рэрди, разве мне скажут правду? Наверное, они все же разные, мы ведь, рэрди, разные... но интересно...»
Миризе всегда пользовался популярностью среди рэрдов, но никогда себе ничего не позволял, считая подобное поведение неприличным. Но внутри у него все зудело и зудело, словно подначивая – ну попробуй, попробуй!
Мири опять припомнил «тех» рэрди и стиснул зубы от злости на них, на Фе и на себя...
После работы Мири решил сразу идти к Ано. Тот ему обрадовался и усадил за стол. Они зацепились языками, постепенно дойдя до своих мужей. Слово за слово, и Мири прорвало… он пожаловался на свою «ущербность». Ано чуть улыбнулся.
- Каждому свое, значит, это не твое. Будешь брать другим. Майр любил такие игры, все говорил, должен же он, мол, компенсировать себе затраты хоть таким образом. Я тогда не понимал, о чем он болтает. Да и Фе такие игры любит, подтверждаю, но с Фе все было так… изысканно, словно я плавился под его руками и телом, словно растворялся в нем… мрмрр… А Влард другой, для меня каждая близость с ним маленький праздник, будто мы две части единого целого.
- Ты счастлив с ним, Ано?
- Да, – уверенно ответил ему рэрди, – не переживай, мы скоро переедем на Визуу и будем совсем редко видеться. Я что, думаешь, не понимаю, что ты испытываешь, глядя на меня?
- Прости меня, наверное, я с твоей точки зрения такой глупый.
- Ничего не глупый, ты абсолютно прав, и на твоем месте так бы вел себя каждый! Я, например, тоже всякий раз обнюхиваю Вларда, когда он возвращается с работы домой. Ему это ужасно нравится, хоть он и подсмеивается надо мной. Каждый рэрди собственник, сколько бы их не было у рэрда. Знаешь, мой тебе совет, не противься второму младшему мужу, все Фе больше дома находиться будет, а не шляться по свободным рэрди. Вдвоем вы его крепче держать в руках будете, даже если захочет, не вывернется. Слышал я про тех рэрди, даже на Визуу о вашей стычке болтают, специально поближе сходил посмотреть, кто такие. Они на Визуу большой вес имеют, старшие рэрди, свободные. Фе с ними давно крутит, а они этим бравируют, мол, смотрите, какой у нас рэрд! Правда, к нему никого и не подпускают. Рии этот даже в Совет рэрди на Визуу вошел. Они как моих малипусечек увидели, аж стойку сделали. И если бы была такая возможность, нас обнюхали бы с ног до головы! Успокоились только, когда Вларда моего увидели. А этот Рии известный драчун и скандалист, его многие побаиваются, даже рэрды. Теперь они ходят и с таким нехорошим интересом меня рассматривают. Пусть только сунутся, я не хуже них драться умею. Ты ведь меня знаешь.
- Ну и что мне делать? Заставить Фе ревновать меня?
- Если честно, это очень-очень рискованный вариант, советую тебе его не дразнить. У твоего скрада тяжелая рука, и он быстр на расправу. Особо и разбираться не будет, только испортишь с ним отношения, потом замучаешься их восстанавливать. Я тебя предупредил. Слушай, а у исинэ кожица помягчела? Хвосты у них колючие? Какого цвета?
- Не столько помягчела, сколько стала гладенькой, а хвосты до сих пор колючие, раньше отличались по цвету, теперь потемнели и сравнялись. У Ская там, ну, под хвостом…
- Хи-хи, он тоже будет любить пожестче, как и я, когда вырастет. А еще, Мири, их надо как можно раньше научить владеть хвостом, помнишь, я тебе показывал? На Аэре в Храме хвостатый рэрд есть, пусть Фе вас к нему свозит, тебе, конечно, уже поздно, а детям в самый раз, чтобы начать обучаться хвостовому бою.
Весь в мыслях, Мири вернулся домой. Снова зацепился ногой за тюк, подумал и решительно поволок его в гостиную. Там были папины наряды, Мири их хорошо помнил, они до сих пор почти неуловимо пахли Фредиром.
«Опять мой Фе прав, не надо было одному в этом возиться… столько воспоминаний…»
Мири аккуратно перебирал рубахи и штаны, пояски, шарфики… «Папа тоже был неравнодушен к ним…» Потом достал свернутый комом легкий плащ, хорошо, над полом не встряхнул, а над диваном. Папины украшения… так много… разные… Большинство из них Мири никогда и не видел. Именно теперь он слишком отчетливо понял, что все это стоит сумасшедших денег, которых у его папы не могло быть и никогда не было, поскольку Фредир считал каждый сени.
«Откуда они взялись? Может, Ано что-то знает? Потом покажу Фе».
Мири достал новую, недавно купленную им шкатулку, аккуратно переложил в нее свое наследство и поставил в специально установленный Фе в гардеробной сейф… а одежду отнес на чердак и положил в большую коробку, будучи не в состоянии ее выбросить.
Притащил второй тюк. Тоже распаковал.
«Фигня какая-то. Бутылочки, мисочки, блюдечки… Зачем это было тащить за один Зган знает сколько световых лет… тряпочки, которые и в руки противно взять… может, это какие-то реликвии, о которых я ничего не знаю? Сдам-ка я все это в наш музей, пусть все «любуются». Но сначала покажу Фе мои «наследные реликвии». Боги, сколько лет этой кастрюле?!! Да еще туда что-то запихали, несметные богатства, Зган бы их забрал..»
Мири вытряхнул на пол содержимое кастрюли. Тряпье рассыпалось и открыло что-то, упакованное в крепкий дорожный рюкзак.
«Ого! И что там лежит?»
Мири раскрыл рюкзак и вытряхнул все оттуда себе под ноги. По всей поверхности пола разлетелись… письма и несколько книг небольшого формата… рэрди поднял сначала одно из писем – отправитель неизвестен, адресат – Фредир Лиуз. Открыл одну из книг – «Привет, мой замечательный дневничок! Это опять я…»
«Это же папины дневники!» – ахнул про себя Мири и стал сортировать все письма по времени, а дневники пронумеровал сам Фредир.
«Папа, папочка!» – расплакался Мири, прижимая к себе дневники.
Теперь он стал гораздо тщательнее просматривать содержимое тюка, но больше ничего ценного там так не обнаружил. Он провозился полночи, энергично распаковывая тюки. Нашел даже свадебный наряд папы. А ещё кипу каких-то анализов и распечаток, аккуратно разложенных, их Мири отложил в сторону для Фе, поскольку в этом совершенно не разбирался. Наткнулся на странные одеяния небольшого размера и не менее странную обувь.
Он откладывал в сторону все странное и необычное, и с каждой находкой ему становилось все неуютнее и неуютнее. Что-то сжималось внутри него все сильнее и сильнее, до Мири наконец стало доходить, что он совсем не знал своего папу. Внутри него нарастал какой-то иррациональный страх.
Утром он впервые в жизни с трудом встал на работу. Идя в космопорт, Мири решил ничего не выбрасывать, не посоветовавшись с Фе. Промучившись часа три, Миризе не выдержал и впервые отпросился с работы. Гиал, увидев его состояние, отпустил рэрди.
Поспав три часа, Мири встал и взялся за дневники…
...«Мири, что случилось?! Что с тобой, малыш?!»
«Фе, за чтооо?!! Боги, за что?!! За что он так со мнооой?!!!»
«Мири, ты где?! ГДЕ ТЫ?!!»
«Доомаа».
«Не плачь, хвостюня, я лечу к тебе!»
Вбежав в дом и не найдя тюков, скрад испугался так, что у него захолонуло сердце. Он влетел в гостиную и обнаружил сжавшегося в клубок Мири, в оцепенении сидящего на полу. Скрад бросился к нему и подхватил на руки. Он гладил, целовал его, покачивая, словно маленького ребенка. Минут через пятнадцать Мири открыл заплаканные глаза. Их глаза встретились, и Фе затянуло внутрь кошмара рэрди…
«Боги все видят, малыш. Фредир перехитрил сам себя и получил все сполна. Главное, ты жив и здоров, ты мой и ничей больше, я уничтожу любого, кто попытается сделать тебе больно. Я всегда чувствовал, что Майр как-то замешан в истории взаимоотношений твоих настоящих родителей. Мы отдадим эти дневники и бумаги Сианэ, пусть в этой грязи разбираются соответствующие специалисты. Не плачь, не смей, ты у меня сильный рэрди!»
«Я ему был не нужен, Фе. Совсем не нужен. Ему нужны были лишь деньги. Там анализы, какое-то одеяние странное, посуда… посмотри».