Пульс (ЛП)

Сотни миллионов людей по всему миру будут смотреть Игры на своих планшетах или на больших экранах в своих квартирах, но 150 000 человек увидят их вживую. Клара подумала об этих людях, особенно о тех немногих счастливчиках, которые будут сидеть ближе к полю, и задумалась над тем, о чём размышляла уже несколько дней.
— Давай позвоним ему, — предложила Клара. — Я хочу начать тренироваться как можно скорее.
Уэйд был рад, что его сестра хоть немного оправилась от испуга, и сразу же приступил к подключению. Сеть G12 была недоступна за пределами Западного Штата, но Уэйда проинструктировали, как обойти эту маленькую проблему. Несколькими нажатиями клавиш он подключился сразу к нескольким сетям, и спустя считанные секунды они с Кларой, сидя на диване, смотрели на двух человек на экране. Одним из них был мистер Райхерт, второй — мисс Ньюхауз. Однако они больше не использовали эти имена в качестве прикрытия и не руководили школой Олд-Парк-Хилл, закрывшейся накануне.
— Проблем с заселением не возникло? — спросил мужчина. Его звали Андре Квинн, и хотя у него реально была яйцевидная голова и дурацкая стрижка, он производил внушительное впечатление, когда не притворялся замученным школьным директором.
— Никаких, — сказал Уэйд. — Мы даже видим поле из нашего окна. Удивительно!
Отец Уэйда гордо улыбнулся. Ему нравилась детская непосредственность сына. В отличие от сестры, которая временами была трудным подростком, Уэйд хотел только одного — угодить отцу.
— Помните, — предупредил Андре Квинн, — надо быть максимально осторожными. Если будете соревноваться на слишком высоком уровне, нам будет сложнее осуществить наш план. Не привлекайте к себе лишнего внимания.
Клара ненавидела эту часть «плана». Она знала, что может выиграть все соревнования до единого, даже не напрягаясь. Притворяться, что она такая же слабая, как и все остальные спортсмены, было очень тяжело. И этот план уже давно беспокоил её, прежде всего потому, что она не совсем понимала, в чём он заключается.
— Я не понимаю, зачем вообще тогда мы это делаем, — сказала Клара. Прибытие в Западный Штат для участия в соревнованиях только раззадорило её, желающую побеждать всегда и везде. — Какой смысл вообще участвовать, если нам нельзя даже соревноваться по-настоящему?
— У нас другая задача. Привлекать к себе внимание — это последнее, что нам нужно, — сказала жена Андре. Её звали не мисс Ньюхауз, а Гретхен Квинн, и она всегда играла роль злого полицейского для Клары. — Победа не главное, Клара. По крайней мере, пока.
Клара закатила глаза. Она терпеть не могла мачеху и считала её жадной до власти дурой.
— Как скажешь, дорогая мамочка.
— Довольно, Клара. — Андре бы с удовольствием оставил Гретхен саму разбираться с поведением Клары, но есть черта, за которую Кларе нельзя переступать. — Мы ещё в самом начале пути. Это марафон, а не спринт, и он начинается с маленьких шагов. Эти нелепые Полевые Игры уже через год не будут значить ровным счётом ничего. И я обещаю тебе, что к тому времени у тебя в руках будет столько власти, сколько тебе и не снилось. Поверь мне, Клара. Я знаю, что делаю.
Клара действительно доверяла отцу, хотя его вкус на женщин граничил с безумием. Но у Клары был свой план, который крутился у нее в голове с тех пор, как появилась Гретхен. «Осталось недолго, — подумала Клара, глядя на мачеху. — Я доберусь до тебя, и когда я это сделаю, ты пожалеешь, что родилась на свет».
— Когда будете разминаться, ведите себя спокойно, непринуждённо. Покажите средние результаты во время десятиборья и в нужный момент сделайте то, о чём мы говорили. Помните, вы здесь не для того, чтобы побеждать в Играх. Вы здесь для того, чтобы выполнить свою миссию.
Уэйд почувствовал лёгкую боль в груди, когда подумал о том, сколько сил он потратил на подготовку к Играм. Пускай не так много, как настоящие спортсмены, но всё же он провёл бесконечное множество вечеров, прыгая через препятствия или бросая металлическое ядро. Было много крайне скучных моментов, когда он спрашивал себя, зачем вообще люди тратят на это своё время. И всё же в глубине души он хотел победить. Ему потребуется всё его самообладание, чтобы не оказаться на верхней ступеньке пьедестала, когда представится такая возможность.
  
— Не забывайте: мы делаем это не для себя, — сказала Гретхен, её холодный взгляд переходил с брата на сестру и обратно. — У нас есть сила изменить мир, сделать его таким, каким он должен быть. Мы не можем тратить такую силу попусту. Понятно?
Клара и Уэйд послушно кивнули, глядя на отца в ожидании дальнейших указаний.
— Сейчас вы прочно обосновались на вражеской территории. Помните это. И ни на секунду не позволяйте своим эмоциям управлять вами. Сделайте то, что должны, и возвращайтесь домой.
Уэйд уже собирался завершить звонок, но Клара остановила его.
— Есть одна девушка из Олд-Парк-Хилл, моя подруга. Я бы хотела, чтобы она получила билет на Игры. Где-нибудь поближе к полю.
Гретхен увидела в этом способ задобрить свою непредсказуемую падчерицу и немедленно уцепилась за такую возможность.
— У меня есть там свой человек, это не проблема. Как её зовут?
Гретхен переключила своё внимание на планшет, лежащий рядом с ней, где она пролистала несколько страниц со списком мест, к которым она имела доступ через своего помощника в штате.
— Лиз Бринн, — сказала Клара. Уэйд бросил на неё удивлённый взгляд, но Клара проигнорировала его и продолжила: — Она моя близкая подруга, я буду очень признательна, если она сможет прийти. И она хотела бы привести с собой ещё одного друга, если это не слишком нагло с моей стороны.
Гретхен не понравилась мысль о том, что у Клары появилась близкая подруга из Олд-Парк-Хилл, но не стала возражать. Если этот маленький жест поможет хоть немного улучшить отношения с падчерицей, так тому и быть.
— Я пришлю ей два билета, прямо у поля. A213 и А214 — на случай, если захочешь подойти поздороваться. Ты рада?
— Это прекрасно, спасибо, Гретхен! Это действительно очень много для меня значит.
Клара умела быть очаровательной, когда ей это выгодно. На этом звонок завершился, и вроде бы всё прошло удачно.
***
Андре и Гретхен переехали на новое место в десяти милях к северу от Олд-Парк-Хилл, где они могли спокойно наблюдать за Играми.
— Им почти семнадцать. Может, уже хватит с ними сюсюкаться? — сказала Гретхен.
— Ну, это был хороший жест в любом случае, — ответил Андре. — Ты ведь знаешь, какой она бывает непредсказуемой. Лучше пойти ей навстречу, чем разбираться с последствиями.
Гретхен посмотрела на Андре без тени эмоций. «Яблоко от яблони не далеко падает», — подумала она. И она была права. Андре уже много лет был спокоен, но он мог быть таким же непредсказуемым, как и его дочь.
Если дела в Западном Штате пойдут не так, как планировалось, кто знает, что он предпримет.
***
— Да каждый год берут кого-то по квоте, чисто из жалости.
Уэйд услышал, как один из спортсменов произнёс эти самые слова, когда час спустя начал разминку на тренировочной площадке для прыжков в высоту. Там было ещё четверо прыгунов, и все они, казалось, были согласны с первым: Уэйд был из внешников, которых брали в Игры только для того, чтобы несчастные не чувствовали себя такими ущербными. Уэйда бесили эти надменные неудачники, и, чтобы почувствовать себя лучше, он решил выставить их неуклюжими слонами на каждом из их разминочных прыжков. Уэйд смотрел, как они поднимаются, и в тот момент, когда они были прямо над перекладиной, он силой мысли перемещал ноги атлета вниз и сбивал планку со стойки. Он проделал это со всеми спортсменами, сбивая их с толку. Они смотрели на упавшую планку и думали: «Какого черта?» Когда тип, бросивший тот дурацкий комментарий, сделал свой первый прыжок, Уэйд с особым удовольствием заставил его споткнуться на подходе и упасть лицом вниз. Парень даже не приблизился к планке.
— Ребят, вы что, серьёзно разминаетесь на шести и шести?3 — спросил Уэйд. — Ха!