Книга Крови (СИ)

– Вы можете придержать её до завтра?
Я лихорадочно соображала, дадут ли родители столь крупную сумму.
Мистер Олби пожал плечами.
– Я бы с радостью, Наташа, но этот джентльмен настроен весьма решительно. Если он откажется…
– Ну, нет. ― Пропел незнакомец и ослепительно улыбнулся. ― Я искал эту книгу практически всю жизнь. Вы принимаете наличные?
Я была права. Мужчина из плоти и крови оказался неидеальным. Принц, являвшийся ко мне во сне, с радостью уступил бы заветное издание и даже помог дотащить его до дома. Разочарование рождало злость. О, с каким бы восторгом я вцепилась в эту самодовольную физиономию. Но мама учила меня с детства никогда не терять лица.
– Что ж, тогда мне пора.
Гордо расправив плечи, я поплыла к выходу, величественней английской королевы.
Я брела по улице, печальная и растерянная. Это же надо! Находиться так близко к разгадке и упустить свой шанс!
Но не прошло и пяти минут, как раскоронованный мною принц догнал меня и бесцеремонно схватил за руку.
– Постойте! Думаю, нам есть, о чём поговорить, мисс.
Я вырвалась и попыталась продолжить свой путь, но он не отставал.
– Наташа! Мы могли бы выпить где-нибудь кофе и просто побеседовать. Возможно, моё предложение сможет тебя заинтересовать.
Наташа? Откуда он узнал моё имя? Мистер Олби не называл его. И тут меня осенило!
– Вы хотите перепродать мне книгу! Так? Как Вас там?
– Себастиан. Себастиан Родерик Олмах Дойл.
– Дойл? То есть «тёмный иностранец»?
Мужчина рассмеялся, сверкнув белоснежными зубами.
– А ты знаток ирландских фамилий, детка!
Я всё ещё колебалась. «Детка!» Какая пошлость!
– Возможно, я даже подарю тебе эту книгу, ну, скажем, на твой выпускной. Подумай! Неужто, она не стоит пяти минут разговора?
Некоторое время моя жадность боролась с врождённой осторожностью, но, когда на стороне жадности выступило любопытство, я уже знала, что выпью пять литров кофе, но получу вожделенный приз.
– Ладно. Я знаю тут одно уютное кафе…
Я надеялась, что в эти послеполуденные часы оно будет забито до отказа. Держаться там, где много людей, стало одним из главных принципов жизни. Но, к моему удивлению, небольшой зал оказался пустым. Я замялась в нерешительности. Себастиан почувствовал это и легонько подтолкнул меня внутрь. Осторожно уложив книгу на краю стола, он отодвинул для меня стул, показывая своё хорошее воспитание.
– Итак, моя милая, ― он выждал, когда официантка, составив с подноса заказ, удалится, ― книга ― всего лишь предлог для того, чтобы заставить тебя выслушать меня. Ты сможешь забрать её сразу, как только пожелаешь.
Я решила, что либо ослышалась, либо передо мной сидит чокнутый миллионер, привыкший необдуманно сорить деньгами.
– Тогда я немедленно забираю её и ухожу. ― Я по-хозяйски положила руку на аккуратно упакованный том, внимательно наблюдая за реакцией собеседника.
Мужчина накрыл мою кисть своей широкой ладонью.
– И даже не поинтересуешься, зачем я устроил всё это?
– Устроил? Что ЭТО?
Он откинулся на стуле и посмотрел на меня таким пронзительным взглядом, что моя кровь в венах закипела.
– Я долго репетировал свою речь, желая подготовить тебя к некоторой новой и не совсем понятной реальности. Но теперь осталось слишком мало времени. Так что позволь без предисловий.
Я улыбнулась.
– Заинтригована. Продолжайте!
Себастиан выдохнул.
– Тебе угрожает опасность. Но я могу помочь.
Мне так хотелось крикнуть: «С этого места поподробнее», но я не крикнула. Обхватив тяжёлую книгу обеими руками, я поднялась из-за стола.
– Всего хорошего, мистер Дойл, и спасибо за подарок.
Мужчина искренне расстроился.
– Постой! Твои родители бессильны сделать хоть что-то. Они уже ничего не успеют предпринять. Они и сами серьёзно пострадают, если ты не выслушаешь меня. Палачи Парламента никого не щадят, особенно членов королевских семей. Поверь, в данной ситуации я твоя последняя надежда.
Палачи? Меня передёрнуло. Где-то уже звучало это слово. Я упала на стул. Ноги не слушались. Нет, я ничего не хотела знать. Всё моё естество противилось даже намёку на то, чтобы сложить куски подслушанных разговоров и узнать недостающие фрагменты. Но Мистер Дойл по-своему растолковал мою нерешительность.
– Так-то лучше, детка!
Он медленно отпил кофе и приблизил своё лицо к моему так близко, что я почувствовала лёгкое дыхание на своей щеке. Мужчина бесцеремонно провёл указательным пальцем от моего уха до подбородка и улыбнулся.
– Ты такая красивая, девочка, и так приятно пахнешь.
Я понимала, нужно дёрнуться, скинуть его руку, убежать, оставив вожделенную книгу на столе, но не могла пошевелиться. Я медленно тонула в омуте нереальных голубых глаз, которые с каждой минутой становились более тёмными. Я таяла, не в силах сопротивляться, поддавшись очарованию таинственного незнакомца.
– Приятно пахну? Я не пользуюсь духами.
Себастиан убрал руку и тихо рассмеялся.
– У меня аллергия на духи. Я чувствую запах твоего тела, и он божественен.
Я вновь покраснела.
– Допустим. Но я осталась тут совсем не для того, чтобы всё это услышать. Вы что-то говорили про опасность? Я не ослышалась? Даю две минуты, иначе я уйду.
Я внимательно рассматривала бесстрастное лицо незнакомца, на котором не дрогнул ни один мускул. И только нереальные голубые глаза наполнились тоской и печалью до краёв.
– Ладно, слушай. Тебе известно, что на самом деле представляет собой Новый Орлеан?
Новый Орлеан? Ха! Да во всех справочниках его описывают не иначе, как сборище нечистой силы. Прекрасный трюк для привлечения туристов!
– Конечно, мой господин! Это мистический город, наполненный кровососами и прочей нечистью.
– Зря смеётесь, милая леди! Сарказм тут неуместен. ― Дойл положил в рот микроскопическое пирожное и чуть не замурлыкал от удовольствия. ― В этом милом городе проживает очень сильная диаспора кровососов, как Вы изволили выразиться. Они очень древние и пользуются неприкасаемым авторитетом.
– Здорово! Я в детстве бредила подобными историями. Но вы опоздали лет на двенадцать.
– И всё же ты пытаешься разобраться в книге, написанной самым известным вампиром, в Книге Крови, с помощью которой, как некоторые считают, ведьмы смогли уничтожить его.
– Вампир? Ведьмы? Бред!
– Нет. ― Себастиан усмехнулся. ― Охотники придут за этой книгой и за тобой. И тогда даже два твоих деда, заседавшие в Парламенте всю жизнь, не смогут помочь тебе.
Я кашлянула.
– Наверное, молодой человек, Вы меня с кем-то спутали. Всё из-за того, что я проявила интерес к этому старому изданию? Что ж, заберите его и прекратите пугать меня всякими страшилками. Это бесполезно.
Себастиан метнул быстрый взгляд на стеклянную дверь кафе. Его глаза потемнели и превратились в угольно-чёрные. Он подпрыгнул, опрокинул деревянный столик и буквально упал на меня, придавив к полу всей массой огромного тела. Я услышала тонкий писк над головой, а через долю секунды в стол врезалась небольшая стрела с металлическим оперением.
– Как только скажу, беги к чёрному входу, спрячься во дворе за мусорным баком, и жди меня там. Всё поняла?
Я не поняла, что происходит, но кивнула. Дверь открылась, и я увидела мужчину в ветровке, с опущенным на глаза капюшоном. Он медленно поднял руку с тяжёлым устройством, отдалённо напоминавшим пистолет, решая, в кого из нас прицелиться.
– Беги! ― Завопил Себастиан.
Я вскочила на ноги и помчалась к запасному выходу, переворачивая на своём пути лёгкую мебель. В голове всё перемешалось. Краем глаза я увидела, как очередная стрела попала в плечо мистера Дойла, когда тот в нечеловеческом прыжке почти достиг нападавшего.
Бежать! Бежать, как можно быстрее! Я обогнула двор и кинулась на соседнюю улицу. Тупик. Разбежавшись, оттолкнулась от асфальта и перелетела через каменный забор. Уф! Такого я от себя не ожидала. Какая-то неведомая сила наполнила моё тело, но у меня не было времени над этим поразмыслить. Не обращая внимания на прохожих, я взобралась на крышу дома и помчала, что есть сил, преодолевая расстояния между соседними строениями одним прыжком. Разве такое возможно? Нет! И, тем не менее…