Наномашины, первоклашка! Том 4 (СИ)
* * *
С абсолютно тупой мордой я стоял дома.
Приплыли, блин.
— Учительница отошла в туалет на ДВЕ МИНУТЫ, — порвало маму, — И тебе их хватило, чтобы тебя чуть не выгнали⁈
Да. Когда ты дерёшься, когда ты в моменте, кажется, что драка длится вечность, но по факту ВСЯ потасовка длилась ну минуты две максимум. Что там? Несколько ударов по Максу, несколько по мне, несколько по Морозову. Пах-пах, бу-бух, ты-тыщ, и вот вся драка. Это быстро было.
— Он что, уже с кем-то подрался? — бабушка задрала бровь.
— Да, баб! Ты представляешь⁈ — мать вообще недоумевала, — Ну две минуты. Две! И уже пол сломал и в драку ввязался! Да он даже за парту сесть не успел! Это вообще как так⁈
Василиса на меня глянула.
— Ну ты хоть победил? — спросила бабуля.
— Да! — гордо ответил я.
— Ну тогда в чём проблема? — спрашивает она у внучки, — Не проиграл же.
Мама не находила слов для этой семейки, у неё аж дыхания не хватало, хлопала губами как рыба, глазки свои таращила большие голубые.
Я стоял крайне недовольный. Ну во-первых да, соглашусь, не лучшее начало учёбы. Но! Не надо меня ругать! Чё за фигня⁈ Я вижу избитого друга, вижу чувака, который это сделал, мне чё, садиться за переговоры? Да и вообще, Морозов не догоняет, что нельзя бить аристократских детей⁈ Его родители этому не научили?
Ну и…
— Фигово я победил, на самом деле… — пробубнил я.
Вся семейка на меня повернулась.
Вкус победы оказался с горечью. Удивительно. Хотя казалось бы — месть за друга! Победа! Пробуждение новой силы! У-у-у!
Ага, блин…
Меня чуть не отмудохали, я сильнее просто на грамм. И плевать, что Морозов оказался какого-то фига пробуждённым. Он просто лучше меня. Во всём. В контроле, технике, реакции, опыте. Понятно, ему лет семь, но всё же…
Если бы не допинг, убивающий меня изнутри, и Гнев, заглушивший боль — меня бы просто там уложили.
Победа над Леонидом — это грёбаннное везение. Он нас уделал. Меня и Максима. Мне просто повезло иметь на один козырь больше. Всё.
— Чего ты такой грустный, Миша? — присела бабуля, — Всё же хорошо! Ну ругается Аня, но она одуванчик, она не любит драки. Ты защитил друга, победил в драке и тебя не выгнали! Лучший исход!
— Да лошара я, баб… — пробормотал я, — Отмудохали меня. И ещё раз отмудохают. Вот и всё…
Да, я мог его убить психозным ударом в затылок ещё в начале. Но если не брать этот допинг?
Да всосал я. Капитально. Как лоша…
— Так, а ну! — бабушка шлёпнула меня по губам.
Причём сильно! Я аж глаза раскрыл от такого. И у мамы они на лоб полезли.
Э? Что⁈
— Нет ничего хуже ноющего мужчины! — повысила она голос, — Ты чё⁈ Тебе сколько? Годик⁈ Что нюни развесил⁈ Тот мальчик, наверное, не ныл, когда не справлялся — он сжимал челюсть и дальше тренировался! А если ты продолжишь ныть — то точно проиграешь в следующий раз! Но ты победил, тебя не побили, так что хватит тут принцессу строить! Нечего ныть, когда поводов нет! Будут ещё причины для грусти. Сейчас вообще не они! Понятно?
— Д… д-да! Понятно! — сжимаю кулачки, — Ну да, точно! Ыа-а-а-а, да я всех побью! Ничто меня не остановит! Ыа-а-а-а!
Действительно, чего это я?
Так обидно сталкиваться с ровесником лучше тебя? Стобальник, хорошо дерётся, уже несколько лет как пробуждённый, владеет телекинезом. Уа — уа — уа. Ну давай, поной, хтонь с наномашинами! Развесь сопли, ты ведь такой неудачник. У тебя всего лишь любящая семья, Рой, который сделает из тебя непобедимое сверхсущество, и куча времени впереди.
«Ыа-а-а-а, кровь, качалка, насилие, сме-е-е-ерть!», — я начал бить воздух как полоумный.
— Вот, вот это настрой! — с улыбкой закивала Василиса.
— Баба! Да ты что, смеёшься⁈ — бедную мать сейчас инфаркт хватит, — Ты на него посмотри, он с ума сошёл! Ты в кого превращаешь моего сына⁈ Ты что, хочешь чтобы его выгнали⁈ Как тебя из лицея за агрессию⁈
— Ой, да? А не тебя ли, дорогая, точно так же попёрли из Академии за лень, хотя я платила МИЛЛИОНЫ?
— Ты не понимаешь, это другое!
Погоди, бабушку тоже попёрли с учебы? Мне кажется или недоучиваться у меня в крови?..
Причём по мужской линии у меня все абсолютно адекватные и разумные. Что не так с женщинами в этой семье?..
Ну, будем молиться, чтобы минус на минус дал плюс, а не ускорил моё исключение в два раза.
Тем не менее, пока мать и прабабушка спорили и делали ставки, когда и за что меня исключат, я дрался с воздухом и смещался к прадеду. Он решил, что это не его война, и с безмятежной мордой пил чай. Понимаю.
— Деда… — подошёл я, — Началось. Надо.
Он перевёл на меня взгляд.
— Понятно, — кивнул он и со вздохом поднялся, — Дорогая! Хватит там уже спорить Нам нужно развеяться! Давай, бери Мишку, отдохнём на природе, мяска покушаем…
Короче, дед знает подход к своей жене. Ему удалось и уладить конфликт, и разделить мать с бабушкой, чтобы только мы трое полетели на дачу. Это что… опыт? Тот самый?
В итоге мать с батей остались тут, а мы телепортировались «проветриться» к бабушке.
— Нет, ну где это видано⁈ — Василиса не успокаивалась, — Не драться? Да как это… «не драться»? Ну если надо⁈ Да ведь⁈
— Да-да, дорогая, ты права, конечно, — со вздохом кивал дед, поглаживая бунтующую женщину.
Так понимаю, не всегда им нужно перечить?.. Ох, тяжело…
Дед намекнул мне зайти в дом, пока он рассказывает жене всю ситуацию. Ну да, я же скрыл про Грехи. Но так понимаю, бабушка как-то может с этим помочь. Ладно. Значит подождём.
«Рой, как там Гнев?», — спросил я, заходя в дом.
«Спит. В отличие от Похоти, он не влияет на ваше тело всегда»
«До поры до времени он не влияет…», — вздыхаю, шагая по домику.
Я скинул шапку, снял курточку и поднялся на второй этаж. Проверил тайник, мало ли новая записка. Нет, пусто. Потом прошёлся до бабушкиной комнаты. Барьер на шкафчике всё так же висел.
— Глупость, — хмыкнул я, — Я же уже его вскрыл. Зачем он тут?
Я выдохнул и прикрыл глаза. Вдыхаю. Поры кожи открываются, и я начинаю поглощать энергию вокруг.
Давненько не ощущал силу Ведьмы. Это разрушающее покалывание.
«Рой, что с левой рукой?»
«Мы поглощаем некротику. Ваша рука конвертирует поглощаемую энергию через поры кожи. Как фильтр»
«Что даёт некротика?»
«Пока не могу сказать. Слишком малый объём»
Я ещё не пробовал долго медитировать после операции. И пока дед с бабушкой разговаривают, у меня есть немного времени.
Моя левая рука начала бледнеть и иссыхать, будто мумифицироваться. Я начинал наполняться чужой, инородной мне энергией. Некротика ощущалась… холодно. Воображение сразу рисовало кладбище. Похороны. Утром. Ветренным. Вокруг одни могилы, и ничего уже не вернуть.
— Вху-у-у… — я выдыхаю и открываю глаза.
«Воздействия на вас не обнаружено»
— Но я и не обычное существо… — шепчу я, касаясь цветка на подоконнике.
Аккуратно. Ткнул одним пальчиком. Но некротика в моей руке быстро нашла выход, и тут же начала перетекать в живой объект, словно паразит.
Стебель начал сереть и иссыхать, а листья скручивались. Растение быстро умирало. Этого я и ждал. Поэтому я моментально одёрнул руку, оставляя цветок наполовину мёртвым, наполовину живым.
Смерть. Это касание смерти. Причём больше похоже на заражение, чем на отмирание.
«А что, если Смерть существо? Жизнь — это рана, которую он лечит, а некротика — его кровь?», — почему-то подумалось мне, — «Рой, а если так касаться людей… тоже умирать будут?»
«Полагаю, что их энергосистема сильнее чем, у цветка. Она будет бороться. Но всё же… да, это энергия чистой смерти»
Кто же мне сделал такой подарок? И за что?..
Мутировавшим слухом я понимаю, что сюда идут бабушка с дедушкой. Не буду скрывать, что я здесь делал. Пусть знают.
Они заходят в комнату и сразу же хмурятся. Во-первых, из-за эффекта, который создаёт моя медитация — отсутствие энергии вокруг. Это ощущается неприятно и жутко. «Пусто». Но также они увидели мою руку и цветок.