Дневники Стефана<br/>Потрошитель

«Я в эти игры не играю. И мне плевать, если ты не хочешь помочь мне, но я точно знаю, что убийца — вампир, — проговорил я себе под нос, так что только Дамон мог меня слышать. Вместо ответа я лишь заметил слабую тень удивления, мелькнувшую в его глазах. — Мне не удалось его поймать».
«И что же? — так же тихонько, сквозь зубы произнес брат после минутной паузы. — Разве за все годы твоих блужданий по свету ты никогда не сталкивался ни с одним вампиром, кроме тех выродков вампирского рода, в доме которых вы с Лекси жили в Новом Орлеане? И каждый раз ты удивляешься, словно новичок. Да, братец, мы, вампиры, убиваем людей. Ничего нового, ничего интересного, ничего поразительного. Поражает только то, как ты снова и снова пытаешься усвоить этот урок. Но все напрасно. Неужели ты так и не научился не совать свой нос в чужие дела? Вряд ли это кому-то понравится, будь то вампир или человек», — заключил Дамон, продолжая улыбаться.
Дрожь пробежала у меня по спине. Неужели брат собирается подставить меня и объявить убийцей? Не в этом ли заключается его грандиозный план? Ведь он знает, что я постараюсь помочь этим девушкам. Что я не могу заставить себя не вмешиваться в дела людей.
«Я не ищу проблем на свою голову, — просто ответил я. — Но и не создаю их сам».
«А может быть, тебе следовало бы. Забавно бы получилось. Хотя, конечно, нынешняя проблема — дурацкая и бессмысленная. И очень уж кровавая. Одним словом, грязная работа. Этот парень изрядно наследил, а нам остается только прибрать за ним», — задумчиво пробурчал себе под нос Дамон. — Ну так за чем же дело стало? — продолжил он уже обычным голосом.
— Что ты имеешь в виду?
— Итак, ты нашел его. А потом? — Дамон поставил локти на стол, сплел пальцы в замок и, водрузив голову на эту «подставку», приготовился слушать.
— Потом… — Я замешкался, не зная что ответить. Действительно, что я должен был сделать? Убить его? Сдать в полицию?
Дамон с досадой посмотрел на меня:
— Вот видишь! Ты всегда слишком много размышлял. А сейчас ты вообще ни о чем не думаешь. Я-то считал, что капелька спонтанности тебе не повредит, но, когда ты попробовал, твоя импровизация ни к чему не привела. И знаешь, в чем причина? — Он склонился ко мне так близко, что я ощутил его дыхание. До меня донесся сладкий запах густой человеческой крови. Быть может, это была кровь Шарлотты? Или Марты? Или какого-то другого, совершенно не известного мне человека?
— В чем? — с трудом переспросил я. Запах крови заглушал все вокруг.
— А в том, что ты ничего не делаешь ради себя самого. Ты совершаешь поступки ради всего человечества. Ради высоких идеалов, — Дамон не скрывал сарказма. — Но вспомни: ты больше не человек и человечество — больше не твоя компания.
— Почему же тогда ты постоянно протискиваешься в высшее общество? Зачем ищешь общения с людьми? Зачем обманываешь, меняя дурацкие маски? То ты изображаешь герцога Дамона, то виконта Дамона, то еще кого-нибудь? Если люди нам больше не компания, так почему же ты не покидаешь их общество? — Я забрасывал брата резкими вопросами, но на самом деле не сердился на него. Напротив, я хотел понять, что ему нужно и зачем он так себя ведет.
— А куда мне деваться? — произнес Дамон, на лице его неожиданно появилось выражение какой-то растерянности. Но в тот же миг он нацепил свою обычную кривую ухмылку, и я решил, что мне просто померещилось. Что это была лишь игра света и тени. — И я «протискиваюсь», как ты изволил выразиться, в общество людей, потому что могу себе это позволить. Я общаюсь с людьми ради развлечения, ради собственного удовольствия. Только удовольствие имеет для меня смысл. Это и есть моя цель.
— Так ли это? — прошипел я сердито. Я заметил, что на этот раз Дамон не упомянул о другой своей цели. Вопреки обыкновению, он не стал развивать свою любимую тему о том, как мечтает превратить мою жизнь в ад. Но я поостерегся напоминать ему об этом.
— Да, именно так. Ну что ж, братец, — Дамон вдруг залпом допил свой эль, причмокнув губами от удовольствия, — это был занятный вечерок, но, если позволишь, у меня на сегодня есть и другие планы. Я приглашен на ужин.
  
— Отлично, — быстро согласился я, не желая слышать подробностей о его вечерних планах.
Едва Дамон собрался встать и уйти, как к нам робко подошла Вайолет.
— Вы уже уходите? — нахмурившись, обратилась она к Дамону.
— Нижайше прошу меня простить, но, как я уже говорил Стефану, у меня сегодня на вечер назначена встреча за ужином, и я не могу ее пропустить, — с этими словами Дамон поднялся из-за стола и поцеловал Вайолет руку.
— Но уже так поздно, — девушка недовольно надула губы.
— Да, но завтра мы с вами обязательно увидимся. Не правда ли, дорогая?
— Ах, вы о вечеринке в доках? Конечно! — Вайолет радостно улыбнулась.
Вечеринка в доках, на пристани? Возможно, мой беглец с летучей тенью там тоже появится. Если, конечно, в число приглашенных вошли не только смертные.
— Это будет вечеринка века, — со знающим видом пообещал Дамон.
От его многозначительной улыбки у меня мурашки забегали по коже. В этом-то и была наша проблема. Еще в те времена, когда мы были людьми, в душе Дамона уже было немало темных закоулков, но он всегда оставался самим собой. А теперь я никогда не знал, где настоящий Дамон и чему я должен верить.
— Мы там будем, — твердо пообещала Вайолет.
— До встречи, братишка, — попрощался Дамон и, не оглядываясь, выскользнул за дверь.
Я тоже поднялся. Снова закружилась голова.
— Вайолет, пойдем, — позвал я девушку.
Она кивнула. Ей и в голову не пришло предупредить Альфреда. Теперь это уже не имело никакого значения. Таверна была сейчас похожа на полицейское отделение на выезде. Вместо обычных посетителей зал наполнился полицейскими, которые разбирались в своих записях и время от времени ходили наверх проведать Марту. Время от времени кто-нибудь из них бросал взгляды и на меня, а потом что-то черкал в своем блокноте. Я больше не мог здесь оставаться.
Вайолет взяла меня под руку, и мы отправились в отель. Девушка напряженно молчала, погруженная в свои мысли. Я понимал, что события сегодняшнего вечера напомнили ей о Коре, и не мог подобрать слов, чтобы ее успокоить. Уже не мог.
— Как ты себя чувствуешь? — тихонько спросила Вайолет, когда мы наконец ступили на роскошный ковер в холле отеля. Хотя ей и самой сейчас приходилось несладко, Вайолет беспокоилась обо мне. Она была так мила и внимательна, что сердце мое едва не разрывалось от переполнявших меня чувств.
Я заставил себя улыбнуться.
— Все будет хорошо, — пообещал я.
Но она знала, что я обманываю ее. Смерть окружала меня, и мне было не избежать схватки с врагом. Теперь лишь вопрос времени, кто из нас отступит первым, а кто победит — я или Потрошитель. Чем бы это ни кончилось, без кровопролития не обойтись.
  
12
 
«Твоя проблема, Стефан, в том, что ты не понимаешь, что такое смерть».
Я находился в пустой спальне над каретным сараем в Мистик-Фоллз. Катрина сидела рядом. На ней не было ничего, кроме легкой ночной рубашки, прозрачная ткань почти не скрывала ее обнаженное тело. Темные волосы были небрежно заплетены в косы. Я хотел погладить шелковые пряди, но тут же одернул руку, испугавшись, что стоит мне коснуться Катрины, как я тут же потеряю контроль над собой. А этого я как раз не хотел. Не сейчас.
— Ну тогда ты скажи мне, что такое смерть, — предложил я Катрине.
Такие разговоры часто происходили между мной и Катриной вскоре после того, как умерла моя невеста — Розалин. Эти встречи помогали мне справиться с чувством вины. С Катриной я погружался в беззаботную реальность, наполненную ароматами имбиря и лимона, в мир, где нас не могли достать ни мой отец, ни Дамон, ни сама смерть. В этом мире я чувствовал себя в безопасности.
За окном сияла полная луна, и свет ее отражался на гладкой поверхности пруда у дальней границы нашего родового поместья. В главном доме уже погасили свет во всех окнах. Небо было ясным, ни облачка. Таков был мой рай на земле.