Дневники Стефана<br/>Потрошитель

— Генри! — заорал я, ухватившись за трубу, торчавшую на крыше вагона. Я чуть пригнулся, в любой момент готовый броситься в драку.
Но ничего не произошло. Поезд продолжал с громким пыхтением мчаться вперед. На миг я засомневался. Может, мне все только привиделось? Что это было? Галлюцинации? Паранойя?
Яростный крик раздался за моей спиной.
Не успел я обернуться, кто-то тяжелый накинулся на меня и сжал, как тисками, мою шею. Задыхаясь, я попытался высвободиться из этих страшных объятий. Но захват Генри был так силен, что у меня ничего не вышло, и его руки сомкнулись вокруг моего горла. Дико рыча, я пытался одновременно бороться с Генри и удерживать равновесие.
— Ну что, ты готов умереть? — зашептал он мне прямо в ухо, бравируя идеальным британским произношением. Его жаркое дыхание обжигало мою шею. Генри снова сдавил мне горло.
Умри. Страшное слово эхом отзывалось у меня в голове. Я испытал давно забытое ощущение жертвы, преследуемой охотником. В этот раз я попался, и если немедленно что-то не придумаю, то погибну. А Вайолет ждет нечто более страшное, чем смерть. Надо что-то делать. Мне нужно…
Остановись! Чей-то резко прозвучавший голос (Лекси? Мой собственный?) приказал мне не двигаться. И пусть этот призыв противоречил и здравому смыслу, и моей интуиции… Моя рука машинально дернулась, пытаясь ослабить хватку Генри. Остановись! — настойчиво повторил голос.
— Испугался? Ты-то думал, что я просто малыш Генри. Один из тех тупых пижонов, которые вертятся вокруг Дамона. Ничего интересного, ничего стоящего для такого большого и сильного американского вампира, как ты. Ну что, я прав, приятель? — насмешливо переспросил Генри, крепче прижимая меня к себе. Казалось, еще миг — и он сломает мне шею, а потом либо воткнет мне деревянный кол в сердце, либо сожжет меня. Он сможет сделать со мной все, что ему угодно. Например, просто скинуть с поезда. Так или иначе, со мной будет покончено. Сотни сценариев — один хуже другого — вертелись у меня в голове.
— Что? Не хочешь со мной разговаривать? — подзуживал меня Генри.
Я смотрел на стремительно убегающую назад землю, по капелькам собирая воедино все свои силы. Я подумал о Келли, за чью смерть я так и не отомстил. Я думал о Вайолет, которая должна была стать следующей жертвой.
— С меня хватит! — завопил я, пытаясь замахнуться на Генри кулаком. Я был крупнее его, но он — судя по тому, как он сжимал мое горло, — был сильнее. Значит, мне придется стать проворнее и умнее.
— Вот как ты собираешься это сделать? — И Генри с грозным рыком ринулся на меня.
Я чуть отступил, и ноги мои стали соскальзывать с крыши вагона. Я схватился за дымовую трубу, когда Генри замахнулся на меня. Его мощный кулак коснулся моего виска, и у меня из глаз полетели искры. Боль застилала взор, но я был тут же выхвачен из небытия низким мягким хихиканьем своего врага.
Я решил застать Генри врасплох и притворно зашатался, словно теряя опору. А затем внезапно размахнулся и ударил.
Кровь хлынула у него изо рта, а я сделал шаг назад, с удовлетворением разглядывая результат своей работы.
— Все не так просто, как ты ожидал, верно? — произнес я с отвращением.
Дамон, вероятно, разболтал своим лощеным приятелям, что я всегда стараюсь избегать любого конфликта или драки. Иногда даже себе во вред. Возможно, так и было. Но теперь все изменилось. С меня хватит Дамоновых игр.
Генри отступил на пару метров, потирая место ушиба и пытаясь восстановить равновесие. Рана на глазах затягивалась, и я понимал, что мне нужно поторопиться.
Я согнул ноги в коленях, надеясь на то, что меня выручат рефлексы, выработанные десятками лет верховой езды. Главное во время прыжка — смотреть куда прыгаешь, а не откуда. Всего в нескольких метрах от нас я присмотрел небольшую металлическую выемку в центре вагона. Туда я и прыгнул.
Мое тело, как игрушечное, стремительно взлетело в воздух, и я лишь услышал злобное рычание Генри у себя за спиной. Я не стал смотреть на него, полностью сосредоточившись на этой крохотной вмятинке на крыше, пока мои ноги с громким стуком не коснулись ее металлической поверхности. И тут же я развернулся и сделал выпад. Я целил Генри в лицо, стараясь вложить в свой удар все силы, которые мне удалось собрать. Мой кулак врезался в его плоть. На миг он замер, балансируя на одной ноге, затем взлетел в воздух, как танцор, который вот-вот сделает следующее па, и наконец рухнул вниз. Его тело бесформенной кучей осталось лежать на земле, оно делалось все меньше и меньше, а поезд со свистом уносился вперед.
  
— До встречи в аду! — буркнул я напоследок. В чьих-то устах это прозвучало бы как проклятие. В моих — как обещание.
Я спустился вниз по той же шатающейся лесенке и вошел в тамбур, надеясь вопреки всему, что там меня не ожидают ни проводник, ни полицейский. Я ослабел, и меня всего трясло. С ног до головы я был покрыт кровью и сажей.
Никого не встретив, я немного успокоился и направился в наше купе. По дороге меня тоже никто не остановил. Вайолет еще спала, дыхание ее было прерывистым, она то и дело задыхалась — может, от боли, а может, ей снилось что-то ужасное, кто знает.
Мне не сиделось на месте. Как дикий зверь, я метался по купе, в отчаянии пытаясь что-то придумать. Значит, Дамон подрядил Генри закончить его грязную работу. Вопрос только в том, кого еще, кроме Генри. У меня хватит сил справиться с одним, но противостоять в одиночку нескольким вампирам… И как долго мы с Вайолет сумеем прятаться от них? Хватит ли у нас времени, чтобы она смогла спокойно умереть?
Паровоз дал громкий гудок, и Вайолет пошевелилась. Мы подъезжали к маленькой станции в Айвенго.
— Просыпайся. — Я начал осторожно будить девушку. В висках у меня стучало, рана заживала медленно, и это был первый признак того, что я стремительно теряю силы.
— Стефан, — сонно пробормотала Вайолет, не открывая глаз. — Что случилось? — Увидев, как я выгляжу, она задохнулась от ужаса.
— Нас преследуют, — коротко ответил я и отвел взгляд, уставившись на свое отражение в окне. Я выглядел ужасающе. Так, словно шла война, и я только что вернулся из боя. На самом деле так примерно все и было. — Это дело рук Генри, — уточнил я решительно.
— Генри! — Вайолет снова стала задыхаться, лицо ее побледнело. — Что ты имеешь в виду?
— Он тоже вампир. У Дамона много сильных друзей. Но я от него избавился, — объяснил я Вайолет. Прозвучало это так, словно я убил его. Как страстно я желал, чтобы все действительно так и было! Но у меня было ощущение, что я только ранил его, а если так, то скоро он опять нас настигнет. Снова раздался гудок паровоза, и мы въехали на станцию.
— Идем со мной, — резко позвал я Вайолет.
Она с усилием поднялась и последовала за мной по узкому проходу вдоль купе.
— Сэр? — Сзади раздался голос проводника.
Я обернулся, заметив, что ему не понадобилось и секунды, чтобы разглядеть кровь на моих руках, разводы сажи и копоти на моей одежде.
Только еще один раз, сказал я сам себе и встретился глазами с проводником. Хотя за последние несколько дней мне часто приходилось прибегать к помощи внушения, это не значит, что на него требовалось меньше сил, чем обычно. Я заставил себя успокоиться.
— Вы никогда нас не видели, — произнес я в тот самый момент, когда поезд заскрежетал тормозами.
Вайолет крепко вцепилась мне в руку и встала прямо у меня за спиной. Она вела себя как испуганный зверек, ищущий защиты у большого зверя, у более сильного члена стаи.
Я продолжал пристально смотреть в водянистые сонные глаза проводника.
— Мы сейчас уйдем. И когда вы покинете этот вагон, вы забудете о нас, — сказал я и стал спускаться по ступенькам короткой лесенки, которая вела из вагона на платформу.
Проводник последовал за нами, наступая на ступени так, словно никак не мог решить, стоит ли выходить из поезда и задавать нам еще какие-нибудь вопросы. Я продолжал сверлить его взглядом.