Гримуар темного лорда VII (СИ)

— Ааррх, — закричал дракон, и вновь включили камеру с Орлеанской. И оператор, подняв камеру, показал, как дракон начинает снижаться рядом с пентаграммой. В этот момент свет от пентаграммы стал ещё ярче. И стоило голове дракона оказаться по ту сторону пентаграммы, как от Мени Сиквела в дракона ударила фиолетовая молния.
Несколько минут ничего не происходило. Дракон не шевелился. Как и сам маг. Только энергетический заряд постоянно шёл от мага к дракону. Чуть в стороне слышалось пение группы поддержки Сиквела. Но вдруг все смолкли, наблюдая за сложнейшим магическим процессом.
Но наконец-то произошло то, чего я подсознательно желал. Маг потерял сознание, а дракон в ту же секунду зарычал.
— Арррх!
Свет от пентаграммы потух, и оператор вместе с Орлеанской почуяв, что что-то пошло не так, быстро понеслись в сторону танковой колонны. В какой-то момент оператор запнулся и выронил камеру. Несколько минут я, как и многие по всему миру, смотрели на то, как дракона «поливают» огнём. На огромной скорости его били ракетами. Танкисты только и успевали перезаряжать снаряды к главному оружию. Автоматные выстрелы будто бы ни на секунду не смолкали.
Но дракон этого словно не замечал.
Через минуту картинка сменилась, и теперь на панораму разгорающегося боя я смотрел с какого-то высокоэтажного здания. Оттуда было видно, что Мени Сиквел стал приходить в себя. Он поднялся на ноги и создал магический щит. Но… это было последнее, что он успел сделать. Дракон тоже заметил поднявшегося мага и незатейливо наступил на него передней лапой. Щит разрушился и во все стороны разлетелись кровавые брызги.
После этого дракон открыл пасть и извергнул фиолетовый огонь. Три секунды растянулись в вечность. И когда он наконец закрыл пасть, я насчитал пять падающих огненных вспышек. Последнее, что я увидел, прежде чем трансляция прервалась, дракон начал крушить дома.
* * *
Открылась дверь, и я услышал.
— Доброе утро! — с улыбкой на лице появилась принцесса. — Как спалось?
— Нормально, — ответил я и тут же спросил. — Как себя чувствуешь?
Кристина прикрыла глаза, словно прислушиваясь к себе.
— Лучше. Во много раз лучше, — она лукаво посмотрела на меня. — Сейчас мои слова прозвучат излишне сентиментально, но ощущение, что ты рядом, — положила она мне руку на колено, — дарит мне спокойствие.
— Издеваешься, да? — спросил я.
— Ага, — улыбнулась принцесса. — Но признай, что всё обстоит так, как я сказала. И тебе сейчас нечего мне возразить.
Романова старалась скрыть за шутками и улыбкой свои истинные чувства, такие как: тревога, обида и жажда мести. Я это знал. Она знала, что я знаю. Но мы словно негласно решили не обсуждать эту тему.
В этот момент в столовую вошла Лиза. Она поздоровалась со всеми. И только я хотел рассказать им о том, что сейчас происходит во Французской столице, как Лиза обратилась ко мне.
— Кость, сегодня тебе будет звонить Иван, — она посмотрела на меня с мольбой. — Ты можешь ему сказать, что Кристина ещё в плохом состоянии. И ей нужен постоянный уход.
Я немного удивился.
— А он в курсе, что произошло с Кристиной?
— На половину. Он знает, что её отравили. Но о последствиях не знает.
— Ага, — с иронией произнёс я. — А Иван такой дурак, что не сможет сопоставить смерть Громова и постриг Марии Федоровны с этим делом? К тому же Баринов…
— Баринов принёс клятву на крови. И он ничего не сможет рассказать. — ответила Лиза. — Ну так что, поможешь?
— Хорошо, — ответил я, и тут же дополнил: — Если он мне позвонит, то так и быть.
— Спасибо, — сказала Лиза.
Потом я рассказал о событиях во Французской империи, и учитывая, что сейчас об этом говорили почти по всем каналам, девушки сами смогли увидеть, что центр Французской столицы почти полностью уничтожен. И сейчас там проводится целая войсковая операция.
  
— Странно, что мне до сих пор не позвонил император, — удивился я. — Мы же вроде как с Францией союзники.
— А если ты погибнешь? — спросила Кристина. — Что тогда?
— Эммм, а что ему до моей жиз… — не договорив предложение я замолчал.
— Вижу сообразил насколько теперь ценна твоя жизнь в глазах моего отца! — ответила принцесса. — Умрёшь ты. И я… — сдерживая слёзы она со всхлипом вздохнула.
— Но-но, — обняла её Лиза. Она посмотрела на меня, и взглядом показала, чтобы я сделал то же самое. — Крис, — продолжила племянница, — тебе уже становится легче. Со временем ты сможешь вернуться к своей работе.
На этих словах принцесса печально вздохнула.
* * *
Обед прошёл спокойно. Чтобы время шло быстрее, я поднялся в свой кабинет и сел за бумаги. И примерно через полчаса без стука вошла Лиза. Подняв на неё взгляд, я стал ждать, когда она скажет зачем явилась.
— Я пришла поговорить. Можно? — спросила она.
— Воспитанные люди вначале стучатся, и спрашивают разрешения…
Елизавета замерла. Она не привыкла и уж тем более никак не ожидала, что я начну её отчитывать. Но длилось это не больше трёх секунд. На её лице появилась улыбка и она прошла в кабинет, села рядом со мной.
— Вообще-то я пришла по твоему делу.
— Да? И по какому же?
Романова протянула руку и положила передо мной на стол жёлтый кристалл.
— Это мой персональный ключ. Без него ты не сможешь незамеченным пройти в библиотеку нашего рода. — И заметив мой вопросительный взгляд. — Сегодня утром со мной связался Егор. Он рассказал, что вы затеяли. И попросил о помощи.
Я отложил папку с отчётами по расходам в этом месяце, и отклонился на спинку стула.
— Ты же понимаешь, что если император об этом узнает, ты можешь попасть в немилость!
— Это ты не понимаешь в каком я положении.
— Чтооо? То есть…?
— А в таком! — чуть громче прежнего ответила Елизавета. — Ты недолго пробыл во дворце, но даже того времени должно было хватить, чтобы разобраться в подковёрных интригах и фракциях силы. И последних, до недавнего времени, было две.
— Михаил и Кристина?
— Верно. Я поставила на Кристину. Иии… по ходу проиграла…
— Но она же не сошла с дистанции.
— Это ты так думаешь. — Романова ненадолго замолчала. — Я люблю Крис. Она хорошая подруга, начальница и стала бы замечательной императрицей. И так считали многие Романовы. Она на деле показала, что может переиграть Михаила на его же поле. Все их стычки, слова, действия, постоянно обсуждались между родственниками. Однако при всех её плюсах… Никто из Романовых в здравом уме не проголосует за Кристину. Это всё ровно что обезьяне дать гранату и ждать, когда она рванет. Но, что ещё хуже, чека этой гранаты самодовольный, наглый, эгоистичный, сильнейший маг на Земле.
— И к чему ты это всё мне сказала?
— Ты сильный. И никто из Романовых не потерпит рядом с императрицей человека, что может оказывать на неё влияние. Но и избавиться от тебя нельзя. Тогда Кристина не сможет править Империей. Ясно объяснила? — Я хищно усмехнулся и кивнул. Тем временем Елизавета продолжила. — У меня есть представление о характере императора. Он… не простит Михаила. А это значит, что наследником станет Егор или Святослав. Егор любит Кристину так, что готов пойти против рода (намёк на предоставление доступа в их библиотеку), а второй обязан ей жизнью. Если я взбрыкну, потеряю вообще все позиции в роду. Поэтому мне приходится идти ва-банк и помогать Егору. ЯСНО?
— Да уж… — только и смог сказать я.
— Вот и славно, — произнесла Елизавета. — Раз мы решили этот вопрос, то перейдём к следующему. — Я кивнул, показывая, что слушаю её. — Скажи мне, в чём твоя проблема!
— Что?
— Я спрашиваю — в чём твоя проблема? Почему ты спишь в отдельной спальне? Только не надо заливать, что она тебя не привлекает как женщина. Знаю… проходили!