Темный Властелин желает драться (СИ)

— Ни за что, — насупилась мать.
Каждый понимал, что идти последним очень опасно. Обычно твари нападали из-за спины, утаскивая в туман замешкавшегося путника, а если учесть, что туман этот не простой…
В последнем я был уверен на сто процентов, только подтверждений данному факту у меня пока не было.
— Тогда пойдём вместе, — пошел на уступку.
— Строимся, — Милюков вышел вперед и обвёл нас недовольным взглядом, — Я первый, за мной Корнеев, за ним Астафьевы, Измайлова, Суворов, в конце Свиристель с Потёмкиным.
— Маша впереди меня, пусть поменяется местами с Серёгой, — обратился к майору.
— Хорошо, — кивнул глава Зорких.
Перевёл взгляд на Анастасию.
— Передала командование отрядом Милюкову?
— На время. Несмотря на мой ранг, опыта у Володьки больше.
— Пусть так, но, если что, я возьму главенство на себя.
Свиристель гневно сверкнула глазами.
— Ты неисправим. Нельзя так, Влас.
— Прости, но в случае опасности для кого-то из вас, я буду действовать соответственно.
Мать печально вздохнула.
— Себя бы поберёг.
— Не переживай, ничего мне не сделается, — произнес уверенно и подмигнул.
— Вперёд, — скомандовал Майор и первым шагнул в туман.
Маша держалась чуть впереди. Для пущей уверенности взял девушку за руку, потому как видел, насколько ей страшно сделать шаг в неизвестность.
Монстры — вот они: реальное зло, видимая угроза, а там… в пелене — неизвестность, от которой бросает в дрожь.
Сердце дало сбой, и я на мгновение замешкался. Резко захотелось повернуть назад, но откинув тревогу подальше, сделал последний шаг, окутываясь плотным маревом.
Резко навалилась тяжесть. Пришлось встряхнуться и качнуть ману по венам. Давящее чувство никуда не ушло, но стало немного менее ощутимо.
Огляделся вокруг.
На расстоянии пары метров не было видно ни зги. Если шагающую рядом Свиристель и идущую впереди Марию, руку которой я пока не отпустил, худо-бедно мог разглядеть, то шедших впереди членов группы — уже нет.
Далеко нам уйти не удалось. Буквально минут через пять в рядах нашего маленького отряда началась паника.
Первой подала голос Маринка Астафьева:
— Что происходит? Почему я ничего не чувствую? Даже движения воздуха не могу уловить на своей коже. Словно меня лишили всех тактильных ощущений.
— У меня тоже самое, — произнес её брат.
— И у меня, — подтвердил Суворов.
Нахмурился, вспоминая, что мне это напоминает, а когда до меня дошло, звучно выругался.
— Стойте! Все стойте! — но отряд продолжал двигаться вперёд.
— Милюков, мать твою, остановись!
  
Глава 32
 
Как же скверно всё обернулось. Никогда бы не подумал. Что «Пелена Ужаса» может оказаться в этом Мире. С другой стороны, чему я удивляюсь? Высокочастотные зоны очень похожи на аномалии, в которых я не однократно бывал в прошлой жизни. Если раньше для меня нахождение в подобной местности, населенной монстрами и являющейся местом стягивания различных мистических явлений, являлось увеселительной прогулкой, то теперь — превратилось в опасное путешествие.
Будь я один, проблем бы не возникло. Моя защита уже могла отвести прочь и что-то пострашнее, а вот остальные…
Им придётся туго.
Пожалуй, только Свиристель смогла бы выдержать, свалившееся на нас испытание. Просто жопа какая-то… И ведь угодили.
А ведь я мог предугадать. Не даром мне этот туман сразу показался очень подозрительным.
Ладно, что уж теперь говорить, нужно действовать, запросто случится так, что я лишусь большей половины нашего отряда.
— Влас, здесь творится какая-то ерунда, — озабоченно произнесла, идущая рядом Свиристель, а шагающая впереди Маша, резко развернулась и мы с матерью чуть не снесли её с ног. Хорошо, что сумел вовремя остановиться и уберечь Измайлову от падения, аккуратно подхватив за тонкую талию.
— Я почти ничего не вижу, — пропищала девушка, — Не пойми неправильно, здесь и так почти ничерта не видно, но сейчас как-то по-другому. Словно кто-то начал гасить моё зрение. Я слепну, — последние слова прозвучали с испугом.
  
— Без паники, так и должно быть. Сраная пелена. Надо как можно добраться до выхода. Бывал я уже в такой. Главное, не паникуйте, но сразу скажу, дальше будет хуже. Полностью защитить всех не смогу, так что придется потерпеть и самим выложиться на полную. «Пелена Ужаса» блокирует органы чувств. Началось всё с осязания, дальше — зрение, потом — обоняние, речь и напоследок — слух.
Измайлова чертыхнулась.
— Надо повернуть назад, — быстро произнесла Свиристель.
— Не получится. Уверен, туман уже переместился. Долго объяснять. У нас одна дорога — вперёд.
— Тогда, что будем делать? Есть предложения? — коротко поинтересовалась Анастасия.
— Прикажи Милюкову, чтобы остановился, а то он меня не слушает.
— Майор, стой! — крикнула Вараева, — Ни шагу вперёд! Замри на месте!
Владимир ни говоря ни слова, выполнил приказ Свиристели. Ребята, шедшие позади, тоже остановились. Я в это время скинул с плеч рюкзак, и расстегнув, запустил внутрь руку.
— Да где же она?
— Что ищешь?
— Верёвку. Да чтоб тебя, как сквозь землю провалилась!
— Влас, подожди, у меня вроде сверху лежала, — Мария последовала моему примеру, скидывая поклажу с плеч, — Сейчас достану, пока еще хоть что-то видеть могу.
Я слышал как переговаривались Маринка, Серега и Андрей. Ребята хоть и не начали паниковать, но в их голосах чувствовалось отчётливое волнение.
— Ничего, прорвемся, не привыкать, — проворчал себе под нос.
— Вот, держи, — протянула мне тяжёлый моток Измайлова.
— Отлично. Я отправлюсь вперед и поведу отряд. Анастасия — ты замыкающая. С твоим рангом защиту удержать проще всего. Должна справиться. Смотри, чтобы никто не отстал. Если надо будет — пинай.
— Чего? — возмутилась Мария, которая должна была идти впереди Свиристели.
— Не переживай, ты всё равно ничего не почувствуешь, — усмехнулся в ответ.
— Ам-м, — Маша набрала полный рот воздуха, чтобы выразить свое негодование, но закашлялась.
— Берегите силы. Меньше суеты. Движения должны быть эргономичными и выверенными. Я сумею на всех вас удержать только осязание и то — не полностью. Во всяком случае, верёвку в руках будете чувствовать. Просто держитесь за неё и идите вперед, сосредоточившись только на движении. И пожалуй, в ногах ощущения тоже оставлю.
— Страшно, — прошептала Мария, и я прекрасно мог её понять.
Ни перед одним монстром Измайлова не спасовала, а здесь испугалась.
— Не бойся, моя хорошая, — быстро обнял девушку и чмокнул в макушку, — Я ведь рядом, а значит, с тобой ничего плохого не случится, да и ни с кем остальным — тоже. Обещаю, а свои обещания я привык выполнять.
— Хорошо, — кивнула Маша и улыбнулась.
Страх в её помутневших на время глазах полностью рассеялся.
— Вот и молодец.
— Эй, вы там! Долго ещё стоять? Свиристель, какого хрена происходит? — долетел до нашего слуха голос Милюкова.
— Минуту! Сейчас Потёмкин подойдёт! — послышался ответный крик Анастасии, — Иди Влас и выведи нас отсюда. Я в тебя верю, — а вот это уже мне.
— Спасибо.
Доверие матери и Марии являлось для меня чем-то новым и… важным.
В прошлой жизни подобное чувство большинству моих соратников было чуждо, да и сам я не доверял никому.
В душе начала разливаться благодарность…
Прочь сентиментальность. Пора браться за дело и выйти наконец из этой поганой пелены.
Всунул конец верёвки Свиристель.
— Держи крепко. Периодически дергай два раза, это будет означать, что всё в порядке. Три — нужно остановиться. Один — беда. Пустите сигнал по цепочке. Я на тебя надеюсь.
— Сделаю, — твердо ответила мать.
— Маша, смотри не отпусти, — протянул девушке витой толстый шнур, и подмигнув, пошагал вперёд, попутно передавая его каждому из друзей и давая короткие инструкции.
Добравшись до Милюкова, натолкнулся на его зверскую физиономию.