Взрывоопасный гном (СИ)

Я неспешно огляделся и задумался над вариантами. Будь я в городе, просто отправился бы в гильдию алхимиков, но тут спектр доступных развлечений был поменьше. Хотя в трактире при постоялом дворе царило некоторое оживление, на деревенских улицах было шаром покати. Лишь в конце улицы одиноко брёл по своим патрульным делам стражник. Видимо, дело в ночной поре?
Может, редкой травки какой полуночной поискать на эксперименты? Заложив руки за спину, я неторопясь отправился дальше по улице, надеясь на что-нибудь наткнуться. Деревенька была ладная и красивая. Аккуратные заборы, глиняные домики, тёплый и яркий свет из окошек. Лёгкий ветерок шуршал тёмными листьями, усиливая ночную атмосферу. Возле одного из заборов стояла прислонённая лопата, видимо, забытая хозяином. Вдалеке глухо гавкал бобик. Я предался лёгкой ностальгии.
Пройдя ещё несколько несколько метров, я, задумавшись, остановился. Лопата? Что там говорил трактирщик? Закопали бутылку вместе с кузнецом? Да вот же он, квест, Жора! Почему бородой хлопаешь?
Не мешкая ни секунды, я развернулся и подошёл к лопате. Убедившись, что вокруг никого и в окнах не маячат силуэты, я сцапал инструмент и прибавил шагу, подбирая уголок потемнее. Вскоре я уже, с надеждой и горящими глазами, нажимал сапогом на штык, стоя в полумраке переулка, ставя практический эксперимент. Лопата вошла в почву мягко, без какого либо сопротивления.
Отлично! Игра отрабатывает свой условный реализм просто на ять. Легендарный гномий самогон, жди меня! Дядя Жора спасёт тебя из подземного плена! Я радостно потёр руки и выдернул свой новый археологический инструмент из земли.
Глоток на дегустацию. Ну, может два. Не больше трёх. Остальное — в сумку. На эксперименты и выяснение состава. Хотя до навыка анализа смесей ещё надо подкачаться…
Изрядно воспряв духом и сверившись с картой, я чуть ли не вприпрыжку побежал в сторону деревенского кладбища, возложив на плечо прихватизированную лопату. Но представив себя со стороны, вернулся к обычной размеренной скорости. Спешащий гном, это то ещё зрелище. Ещё и с лопатой. Несолидно как-то. Да и подсознание упрямо талдычило, что бег не самое подходящее занятие для шестидесятипятилетнего деда. Отвали, подсознание, я молод душой!
На моё счастье, деревня быстро осталась позади, не подкинув никаких поганых сюрпризов вроде внезапно нарисовавшегося стражника. Как пить дать, заявившего бы, что я лопату спёр и должен её отдать и заплатить штраф, либо отсидеть в местной кутузке. Словно на ней написано, чья это лопата. Моя лопата! Нашёл! Что нашёл, то моё. Надеюсь, эта игра в данном аспекте будет продуманнее её предков.
Дорога быстро привела меня к местному погосту и в серебристом лунном свете показались силуэты надгробных камней. Перехватив лопату поудобнее, я приближался к зоне выполнения задания, насвистывая старый мотивчик песенки про некроманта, слова от которой я давно позабыл.
Коротая время за мотивчиком, вскоре я оказался на погосте, окружённом низенькой, сугубо символической, оградкой.
Надгробий было не слишком много, но и не мало. Штук пятьдесят-шестьдесят, если на глазок. Достаточно, чтобы потратить некоторое время на поиски. Как там, говорил тот мужик, звали кузнеца?.. Тара… кто? По барабану, и так найдём.
Я приступил к поискам, планомерно прочёсывая неровные ряды. Старые замшелые камни, выщербленные дождями и ветром, я даже не пытался опознать. Судя по словам трактирщика, Тара… кто-то там жил в деревне не слишком уж давно. Камни поновее я аккуратно очищал от грязи, если требовалось, и внимательно вглядывался в грубую гравировку.
Спустя минут пятнадцать времени и сорок с лишним надгробий, я увидел имя, напоминающее то, что услышал на постоялом дворе. Тарагар. Оглядевшись, для верности, и убедившись, что кроме ворон и луны вокруг никаких свидетелей не наблюдается, я плюнул на ладони, крякнул и принялся за дело.
Дело шло тяжело. Грунт оказался глинистым и очень плотным. Лопата вгрызалась в него неохотно и разок я даже остановился на перекус, восстанавливая силы. Гора глины постепенно становилась всё выше, а яма всё глубже. Надгробный камень, безжалостно выкорчеванный, чтобы не мешался, сиротливо серел боком в зарослях бурьяна. Когда я уже потерял счёт времени и взмахам лопаты, штык ударился о что-то гулкое и деревянное.
  
Кажись, докопался. Аккуратно расчистив крышку гроба от земли, я поднял лопату повыше, словно копейщик, добивающий врага, и ударил. Лопата с хрустом пробила подгнившее дерево.
— Воо! Давай, давай! Бей ещё! — раздался из гроба оживлённый хриплый голос.
Чего?
— Ну, чего ты замер там? — продолжал говорить гроб. — Ломай уже давай. Знаешь, сколько я тут лежу, пока тебя не дождался?
— Э… Хм. — я посмотрел на щель с торчащей из неё лопатой и задумчиво пригладил бороду. — Это ты Тарагар?
— Конечно я, — ответил покойник. — Кто ж ещё? Там что, имя на камне не написано?
— Написано, — согласился я. — Но знаешь же, как бывает. Пишут одно, а внутри другое.
Я подразумевал состав современных продуктов на этикетках, но не думаю, что он бы понял подобное объяснение.
— Хм… Ну да, ты прав. Мало ли, кого тут закопали. Но я Тарагар, клянусь своей бородой! Хотя погоди, у меня ведь уже нет бороды…
Какой оживлённый мертвец мне попался.
— Ладно, Тарагар, у меня к тебе пара вопросов есть, — сказал я, выдёргивая лопату из крышки. — Сожмись там, что ли, вдруг отрублю чего. Сейчас ломать буду!
В гробу прошебуршало, прогромыхало и Тарагар крикнул:
— Готов!
Стоя на гробу, с кряканьем и уханьем, я принялся дальше всаживать лопату по периметру крышки, прорубая П-образную щель в изголовье. Гнилые доски прошибались, словно картон, и через несколько секунд, подцепив лопатой, я отжал и выломал куски деревяшек.
Из получившегося окошка на меня таращилась гномья черепушка. Рядом с ней показалась костяная рука, показавшая мне большой палец вверх.
— Ты даже не представляешь, как я задолбался столько лет тут лежать! — жизнерадостно прощёлкал он челюстями. — Хорошо хоть, эти пропойцы не зажали бутыль моего «Подгорного тролля», а положили сюда.
— «Подгорный тролль», говоришь? — название было если не многообещающее, то подающее надежды. — А бутылка всё ещё у тебя?
— Конечно у меня. Куда бы я её из гроба дел? — ехидно поинтересовался Тарагар.
— Отдай её мне, а? — попробуем добыть болтологическим путём. — Для великого дела нужна!
— Да не вопрос. Она всё равно теперь мешается только, все кости об неё оббил, — он загремел, сдвигаясь в сторону, потарахтел чем-то под крышкой и вытолкал через окошко пузатую стеклянную бутыль.
Пыльную.
Открытую.
И абсолютно пустую.
И ради этого я подался в мародёры-гробокопатели? Скорее для самоуспокоения, чем с серьёзными намерениями, я перевернул бутылку горлышком вниз и потряс. Но вместо спиритус этиликус из сосуда заструилась лишь пыль.
— Ты мне что дал? — хмуро спросил я, провожая взглядом песчинки. — Где самогон, харя костяная?
— Какой самогон? — удивилась черепушка. — Тебе же бутылка была нужна, вроде? А Тролля я выпил давно, не лежать же с ним в обнимку.
Поняв, что скелет говорит совершенно серьёзно, я молча выкинул бесполезный сосуд, взял лопату и начал нагребать на гроб глину со стен.
— Эй, ты что делаешь! — заорал череп. — Я думал, ты меня освободить пришёл!
— Ага, щас, — флегматично ответил я, накидывая земли. — Какое мне до тебя дело? Я просто хотел твою бормотуху выкопать. Для опытов.
— Ах, ты! Да ты! — ревел скелет, сотрясая могилу и пытаясь пролезть в окошко, в которое я тут же начал сыпать глину. — Да ты же просто мародёр! Расхититель могил! Хватит засыпать меня грязью!
— Цыц, трещотка! — я начал дубасить его лопатой, пытаясь запихнуть обратно в гроб. — Предал старческие надежды! И не стыдно тебе⁈ А ну залазь назад, нехрен шастать, раз уж помер!
— С чего ты вообще взял, что в бутылке, АЙ, что-то будет спустя, АЙ, столько лет⁈ АЙ! Хватит меня бить, зараза! АЙЙ!