Так любят гризли (ЛП)

Georgette St. Clair / Джорджетт Сент-Клер
A Grizzly Kind Of Love / Так любят гризли
The Mating Game 3 / Брачные игры — 3
Над переводом работали: Наталья Ульянова, Валерия Плотникова, Настасья Гузанова, Анастасия Иванова
Русифицированная обложка: Арина Журавлева
Материал предназначен только для предварительного ознакомления и не несёт никакой материальной выгоды!
Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.
Любое копирование и размещение перевода без разрешения администрации группы, ссылки на группу и переводчиков — запрещено.
Пожалуйста, уважайте чужой труд!
—— граммар-наци — радикальные борцы за грамотность — это люди, которые, пренебрегая интересами коммуникации, обсуждают не заявленную тему, а ошибки в письменной речи собеседника. Для них характерно прежде всего желание исправлять речь собеседника, а не разговаривать с ним. Именно таких людей и стали называть по-английски grammar nazi — «грамматический нацист». Позднее это название было заимствовано русским языком и записывается либо латиницей, либо русскими буквами как граммар-наци.
Глава 1
Обеденный шум в «Жаждущем верблюде» не заглушил тихий сигнал о входящем текстовом сообщении на телефоне Вайноны Беннетт. Она улыбнулась и вытащила гаджет из сумочки. Теперь все входящие сообщения могли означать лишь одно — детские фотографии.
— В этом году я в одиночку вызвала демографический взрыв оборотней, — проговорила Вайнона, пока официантка ставила тарелки перед ней и офис-менеджером Джиллиан Фрай. Чизбургер с картошкой фри для Вайноны и какая-то странная смесь из тофу с киноа для Джиллиан.
Вайнона взглянула на экран мобильного телефона, куда ей только что отправили сообщение с фотографией пары очаровательных львят-оборотней. Она уже два года владела агентством «Брачные игры» и была ответственна за несколько десятков успешных браков. Сначала ей слали фотографии пар, затем свадебные, а вот теперь детенышей медвежат, дракончиков и котят. В последние дни она была завалена детскими фотографиями, которые вызывали удовлетворение одновременно с острой болью в груди — и Вайнона притворялась, что не замечает эту боль. Она сунула телефон обратно в сумочку и приступила к чизбургеру, игнорируя другой голод, который сидел глубоко в теле: жажда собственной пары и детенышей.
— На самом деле это невозможно, — серьезно заметила Джиллиан. — Никто не может в одиночку создать демографический взрыв оборотней. Для этого нужна пара. Кроме того, ты не родила и не усыновила. — И принялась за свой киноа.
Джиллиан, оборотень-оцелот, строгая женщина в больших круглых очках, с собранными в пучок светло-каштановыми волосами. Она была полной противоположностью подруги и работодателя — миниатюрная, серьезная и неброско одетая, в то время как Вайнона — рыжеволосая оборотень-волк, пышнотелая, жизнерадостная и любила одеваться в яркие цвета и узоры.
— Я в метафорическом смысле. Ну, я ведь свела так много пар, у которых появились детеныши и… ой, забудь, — остановила себя Вайнона, качая головой, и откусила еще чизбургера. Она работала с Джиллиан уже полтора года и до сих пор забывала, что с ней нельзя разговаривать как с нормальным человеком. Джиллиан — девушка уровня Менсы (люди с высоким коэффициентом интеллекта. Mensa — организация для людей с IQ выше, чем у 98 % остального населения. — прим. пер.) и безумно организованная, но воспринимала все болезненно буквально. И стоило кому-то сказать что-то неподдающееся логике, она вгрызалась в это и разрушала доводами.
— Вот будь у тебя пара и роди ты много детенышей, тогда… ну, нет, ты все равно не создала бы демографический взрыв. — Она остановила руку, которой несла вилку с киноа ко рту, на полпути и продолжила, серьезно аргументируя свою точку зрения. — Одна пара оборотней не смогла бы этого сделать. Даже если бы они принадлежали к необычайно плодовитому виду.
  
— Ну, поскольку у меня никогда не будет пары, этого точно не произойдет, — заметила Вайнона и сделала большой глоток чая со льдом. — Детенышей не будет. — Она изо всех сил старалась скрыть тоску в голосе.
На тридцать седьмом году жизни она вдруг начала слышать тиканье своих биологических часов. Однако ее брак закончился унизительным предательством, и в наши дни Вайнона более чем настороженно доверяла мужчинам. Она даже ни с кем не встречалась после развода, и когда мужчины пытались флиртовать, она вежливо отказывала.
«Некоторые женщины не предназначены для брака, Вайнона. Если не можешь следить за фигурой ради мужчины, не стоит ждать, что он будет с тобой». Слова матери, брошенные в тот момент, когда она узнала о разводе Вайноны, все еще ранили.
«Пошла ты, Портия», - подумала Вайнона и запихнула в рот несколько картофелин фри. Вайноне никогда не разрешалось называть мать «мамой», иначе бы она выдала её истинный возраст.
Джиллиан сделала глоток воды со льдом, обдумывая заявление Вайноны.
— Ну, несмотря на современную науку, все еще невозможно предсказать будущее, — напомнила она боссу. — И, кроме того, ты еще в том возрастном диапазоне, когда остается вероятность фертильности.
Вайнона рассмеялась.
— Спасибо за такую оптимистичную оценку. Сегодня ты просто яркий лучик надежды.
— Правда? — Джиллиан, с озадаченным выражением лица, прожевала киноа.
— Да. Однако мой первый брак закончился катастрофой, и я не стремлюсь повторить опыт, — сказала Вайнона. Еще рано начинать пить? Сейчас полдень. Один бокал вина. Разговоры о бывшем всегда вызывали у нее желание выпить бокал. Или три.
Джиллиан отложила вилку и, казалось, мгновение собиралась с мыслями.
— Ты веришь, что некоторые люди просто не созданы стать кому-то парой? — спросила она со странным выражением, которого Вайнона раньше не видела у нее.
— Конечно, — ответила Вайнона, пожимая плечами. — Ну, например, если кто-то, скажем, пережил физическое или эмоциональное насилие, должен сначала разобраться в себе. Или если кто-то настолько закомплексован, что чувствует необходимость быть хронически неверным, ну, знаешь, вот мужчина, который решил заняться сексом с лучшей подругой своей жены на собственной кухне в тот день, когда жена устраивала ему сюрприз на день рождения… — Вайнона посмотрела вниз и поняла, что частично перекинулась и выпустила когти, испортив маникюр.
— Это ужасно. — Джиллиан сморщилась.
— Официант! Очень большой бокал мерло, пожалуйста! — крикнула Вайнона.
Мерло подали быстро, и Вайнона сделала большой глоток. Можно было бы даже назвать это жадным глотком. Джиллиан закончила есть и смотрела, как Вайнона пьет.
— Я заметила, что после упоминания о бывшем муже следует немедленное употребление, по крайней мере, одного бокала алкогольного напитка, что напоминает звонок Павлова, вызывающий слюноотделение у собак.
— Так и есть, — сказала Вайнона. — До дна.
Когда она допила вино, к столику подошла смутно знакомая, но хмурая женщина. На вид ей около сорока, модно костлявая и вся в дизайнерских шмотках — розово-лимонно-зеленое твидовое платье от Шанель; сумочка от Биркин; туфли от Лабутена. На тонкой шее висела нить большого жемчуга.
— Вайнона Беннетт? — произнесла женщина резким, обвиняющим тоном, который Вайноне не понравился.
— Зависит от обстоятельств, — смущенно ответила Вайнона.
Джиллиан озадаченно уставилась на нее.
— Как это может зависеть? Если только ты не страдаешь раздвоением личности.
Вайнона отвернулась от женщины и посмотрела на Джиллиан.
— Тебе повезло, что ты хорошая секретарша.
— О, нет, вовсе нет, — вежливо поправила Джиллиан. — Это не везение, а сочетание превосходных организационных навыков и трудовой этики, привитых мне родителями с раннего возраста.