Под жарким солнцем Аризоны (СИ)

Родители его обожали. Шелли разорвал с ним отношения, когда родители, да и сам любовник, начали говорить о помолвке.
Через неделю Шелли переспал с дальнобойщиком, имени которого даже не знал. Но он проверился потом, беременности и болячек он не подцепил.
На следующий день после свадьбы, Шелли вернувшись с пробежки, застал дома за поздним завтраком лишь самых близких родственников. Майкл и его супруг пытались кормить друг друга свежими салатными листьями. Натан, сверкающий идеальными блузками и брюками, ухоженной прической, гладкой, почти шелковой кожей, рассказывал про свой новый проект.
Шелли украл его машину, его чемодан, бумажник, и его личность. Он повторял все фразы, которые говорил старший брат. Шелли притворился им, успешным карьеристом, который уже через год может оказаться и на Уолт — Стрит, омегой, который однажды попал на обложку бизнес — журнала. Омегой, который прекрасен, который весь предан своей работе, который знает, ради чего живет. Которому родители простят отсутствие семьи и детей, от которого и не будут требовать этого.
Шелли собирался лететь в Нью — Йорк. Он не знал зачем.
Но этот альфа, встретившийся ему на пыльной дороге. Шелли полюбил его. Полюбил за один день. И решил, что будет помнить о нем всегда, и наслаждаться воспоминаниями так же, как наслаждается утренними пробежками.
Жаль, что Алекс теперь не запомнит его таким, каким видел всю ту ночь. Не запомнит его идеальным Натаном Миллером.
Он всего лишь Шелли Миллер. И он неудачник.
Шелли встал и, несмотря на привычную боль в ноге, побежал в сторону дома. Ему еще нужно было принять душ и позавтракать, перед тем, как отец отвезет его к психологу. Теперь эти встречи стали чаще. Натан, конечно, не подал заявление, и ничего страшнее поездки в машине шерифа ему не грозило, но родители были обеспокоены. Они не знали, про дальнобойщика и про боли в ноге, но им хватало и последних событий, чтобы увидеть в Шелли психа.
У крыльца двухэтажного викторианского дома Шелли остановился. Он облокотился о перила руками, и поднял больную ногу. С каждой тренировкой, она болела все сильнее. Шелли жмурился от боли и старался сдержать слезы.
Тут же хлопнула входная дверь, и Шелли почуял знакомый, самый лучший на свете запах.
На пороге стоял Алекс. В шортах и футболке, как коренной житель Аризоны. Шелли потряс головой, сгоняя это наваждение. Такого просто не могло быть.
— Шелли. — Сказал Алекс и сделал шаг навстречу.
Шелли отступил. Для травмированной ноги каждый шаг отзывался острой болью, но даже и она не отрезвляла.
— Ты настоящий? — спросил Шелли.
— Да, Шелли. — Алекс взял его за руку, чтобы не убегал. — И у тебя прекрасное имя, Шелли. — Повторил он.
— Я тебе врал.
— И я тебе. Это был не мой джип, я лишь водитель, и костюм мой — это самое дорогое, что у меня есть. Вместо дома на побережье у меня съемная квартира в Финиксе, а ехал я сюда на попутках.
— Но… — Шелли не знал, что сказать. Он думал, что Алекс, богатый и успешный Алекс забудет о нем. Но Алекс оказался не тем Алексом.
— Я люблю тебя Шелли. — Продолжил альфа. — И такой Шелли мне нравится больше, чем Натан. Поверь мне. Мы нашли друг друга, понимаешь, что мы нашли друг друга. Этот спектакль, Шелли, я думал, что на простого парня такой омега как ты даже не посмотрит. Прости меня, я хотел тебе признаться позже, но ты сказал, что наши пути разойдутся навсегда, и… Твои слова про семью…
— Ты не должен был знать. — Прошептал Шелли. — Я не совсем тот, кем ты меня представлял.
— Я помню красивого омегу — гимнаста, которого показывали национальные каналы, я вижу перед собой красивого омегу, я вижу, что ты сильный и добрый, Шелли. Я знаю, кто ты.
И тут альфа сделал невозможное: опустился перед Шелли на колено и достал колечко. Детское, не золотое, а сделанное из проволки и стеклышек.
— Шелли Миллер, я Александр Винсерт, хочу прожить с тобой всю свою оставшуюся жизнь. Я буду всегда любить тебя, и куплю тебе кольцо достойное тебя, как только получу оплату за этот месяц. Но сейчас я хочу, чтобы ты знал, что я хочу быть с тобой. И пусть мы были знакомы один день, но, посмотри на наше знакомство и поверь, что мы идеально подходим друг другу. И я, буду счастлив, Шелли, если когда-нибудь, сегодня, или через десять лет, ты согласишься прожить со мной долгую и счастливую жизнь. И мы продолжим наше путешествие, и я заработаю нам на домик на побережье. И всегда, в горе и радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии…