Почетное гражданство (СИ)

— Да что вы вообще творите?! — Лау отошла в сторону и скрестила руки на груди, с негодованием бормоча что-то про себя.
Лим стояла напротив Ву. Их взгляды были прикованы друг к другу. Оба смотрели с надеждой и ожиданием.
— Что тут происходит? — шепотом спросила я, подобравшись к Ирэму.
Маг взял меня под локоть и отвел к каменным перилам.
— Там!
Он указал на место чуть дальше от моста, туда, где начиналось открытое море. Я смотрела, но ничего не видела. Тогда он провел ладонью у меня перед лицом. Благодаря какой-то магии, далекое приблизилось, словно в бинокле:
— Мамочки! — вскрикнула я. — Что за тварь?!
От моего вопля все обернулись, а Серпента тревожно шевельнулась на груди. Ву посмотрел на меня осуждающе. Ирэм виновато улыбнулся присутствующим и слегка прикрыл мне рот ладонью. От рук мага пахло дымом. Я возмущенно замычала, а маг, вздрогнув и словно опомнившись, быстро убрал ладонь.
— Увидела?
— Угу. Что это?! Ужас просто!
— Морской дракон. Страж. Покровитель и вечный кошмар мелюзин. Вопли сородича и черная магия, способная причинить вред Лим, разбудили его и призвали. Он чувствует тьму, но, как и обычный дракон, не станет разбираться, откуда она исходит.
— Господи, какой огромный!
— Морские драконы живут на глубине. Они слепы. Магия и жалобы сородича притягивают его неимоверно. Учитывая, что в Самухун все усиливается в стократ... Дракон уже подходил к мосту, нагнав на всех страх. Надеюсь, никто из гостей не решится в панике отплыть от острова сегодня ночью.
— Что же делать? — пробормотала я, с ужасом вглядываясь вдаль сквозь магическое «стекло».
Морской дракон был белым, по крайней мере, казался таким в ярком свете вечно полной луны. Он свивался в петли, уходил в глубину рывками, потом снова поднимался над поверхностью, показывая из воды длинную зубастую пасть, в которую легко поместился бы небольшой торговый корабль. Я видела, как изгибы и извивы огромного змеиного тела приближают дракона к Грозовому. Молнии и гром не действовали на него, крики небесного сородича заставляли вздрагивать.
— Что Ву требует у Лим? — спросила я.
— Поговорить со Стражем. Успокоить его.
— В одиночку?! Да что же это за магия тут у вас такая?!
Ирэм подвигал губами и неохотно изрек:
— Лим – супруга морского бога. Не в буквальном смысле, разумеется. «Супруга» - перевод с языка Первых. Насколько я знаком с речью древних, перевод весьма вольный. Скорее, это «та, кого он опекает», — маг вздохнул. — Но не в этом суть. Если Лим не договорится со Стражем, жизнь всех сейчас присутствующих на Грозовом сильно усложнится. Мне следовало предусмотреть его появление, поскольку Лим здесь, но я не думал, что столько обстоятельств сложатся в одно…
— Импы зеленые! — выдохнула я, поворачиваясь к подруге.
Глядя на лицо Лим, было понятно, что девушка приняла решение. Глядя на лицо Лау, легко было предположить, что кое-кто в эту ночь может запросто лишиться венценосной головы.
— Уберите тролля! — коротко приказал король.
Ниш не успел опомниться – мелизанды из охраны вчетвером выволокли его с балкона и, судя по реву и рывкам створок, удерживали нашего громилу у входа.
— Я пойду на берег и поговорю со Стражем, — твердо сказала Лим, глядя исподлобья в глаза короля. — При одном условии: никто, ни вы, Правитель, ни ваша жена, не станете выдавать меня замуж против воли. Я сама выберу себе мужа. Если захочу уйти – уйду, захочу остаться – останусь. Никаких женихов, случайных знакомств, принудительных свиданий… ну, вы поняли. И все права на ребенка – только мои!
— Понял, — Ву кивнул. — Никто и не пытался требовать от тебя обратного.
— Карисса? — Лим требовательно посмотрела на королеву.
Королева возмущенно цокнула языком и обиженно отвернулась, пробормотав что-то вроде «и в мыслях не было».
— Не бойся, для Стража ты неприкосновенна, — сказал Ву.
— Очень хочется вам верить, — вздрогнув, произнесла Лим.
Король протянул девушке руку. Она оперлась на нее с благодарным кивком. Ву и Лим направились к спуску на берег.
 
Я подбежала к подруге и схватила ее за руку, попытавшись оттащить от Правителя.
— Даша! — гневно воскликнула Лим, вырывая ладонь.
Мне показалось, или в ее голосе и вправду прозвучал металл? Куда только делась боязливая девчушка, безоговорочно подчиняющаяся окружающим и с романтическим блеском в глазах? Передо мной стояла повзрослевшая не по годам принцесса, принявшая свое предназначение без лишних жалоб и слез.
— Что Даша?! — возмутилась я. — Себя не жалко, ребенка пожалей!
— Она жалеет, — голос мага раздался у меня за спиной.
— А?
— Она очень жалеет своего ребенка, — повторил Ирэм. — Именно поэтому идет туда. Еще немного, и морской дракон начнет разрушать докучающую ему магию. Если повезет, он обрушит свой гнев на некроманта. Если нет – на нас. Морские драконы умеют петь. Их голоса подобны смертоносному лучу, проникающему сквозь любые препятствия: толщу воды, камень, землю. В живых обычно не остается никто. Именно по этой причине уже многие столетия на судах, передвигающихся во внешних и внутренних морях, запрещено творить магию, любую – белую, черную, серую. Многие эльфийские властители разрешают мелюзинам селиться на своей земле, потому что только двухвостые способны договориться с драконом. Еще раз повторюсь: моя ошибка в том, что я не предусмотрел данного стечения обстоятельств. Мне жаль.
— Это я виноват, — сказал Ву. — Я не проверил, какое послание распорядители направили охотникам вместе с шебо.
— Довольно причитаний! – жестко произнесла Лим. — Мы теряем время. Ваше величество, проводите меня.
Прошло много месяцев с тех пор, как я начала приводить в порядок записи в своем дневнике. Что-то я еще помню хорошо, другое почти полностью стерлось из памяти. Но я никогда не забуду, как Лим с развевающимися на ветру волосами стояла на скале над бушующим морем, а белый змей, изгиб за изгибом, подходил ближе. Вот он ткнулся головой в мраморный перешеек и одним раздраженным движением снес препятствие. «Капец мосту», - глупо, отстраненно подумала я.
Мне не было страшно, наверное, потому, что ограниченный человеческий мозг в какой-то момент перестал воспринимать реальность. Что говорила Лим Покровителю, и как она это делала, мне не ведомо. Я видела золотые искры и голову морского змея почти у самого берега. Дракон охотников прекратил носиться над волнами и опустился на одну из каменных площадок. Он сидел там, топорща чешуйчатые надбровья, словно внимательно прислушивался к «разговору» мелюзины и своего морского сородича.
Страж ушел в глубину почти бесшумно и больше не показывался. Из дворца выпустили Ниша, и тот, помятый, с огромным синяком, расплывающимся на грубой физиономии, бросился к мелюзине, сбивая ноги о скалы. Лим была лишь чуточку бледнее, чем обычно. Но никогда больше она не вспоминала об этом событии, и все мои попытки разговорить ее разбивались об упрямое молчание. Еще не скоро к моей подруге вернулись прежние оптимизм и беззаботность. А то, что последовало вскоре, дало нам еще один повод проверить на прочность дружбу.
Глава 10. В которой после праздников неизбежно наступают будни
— Поклонение так утомительно, — задумчиво произнес Ву.
— М-м-м, — лениво протянул Ирэм. — Такова судьба избранных. Пусть привыкает.
— Пусть, — согласился король. — Лим – храбрая девочка. И с ней рядом хороший человек… тролль…
Они помолчали, глядя на то, как поднимается над далеким берегом солнце, а луна бледнеет.
— Все испугались морского дракона, — продолжил Ирэм. — Я тоже испугался. А ты? Небось, все знал заранее?
 
— Не знал, — неохотно сообщил Правитель. – Кто я тебе, бог?
Маг немного поперхнулся элем и сказал:
— Да кто ж тебя знает?! Кстати, кто ты?
— Бог, — сказал Ву. — Шучу. И вопрос этот больше мне не задавай. Если расскажу, наши отношения уже не будут такими, как сейчас. Мне по душе наши беседы. И с кем еще я буду пулять искрами, как выражается Лау?