Почетное гражданство (СИ)

— Так вот, — продолжила Лим с серьёзным видом. — Когда малыш родится, очень важно познакомить его с папой. Первый контакт, то, сё…
— Боги, о чём ты? — простонала я.
— Ты меня совсем не слушаешь! — не на шутку разозлилась мелюзина. — Во-первых, я чуть с ума не сошла, когда узнала, что Ирэм, Огунд, Ниш и Эгенд пропали. Во-вторых, как мне в таком беспокойстве рожать? В-третьих, да-да, первый контакт очень важен. А отца ребёнку я уже выбрала.
— Рада за вас, — вздохнула я. — Ниш будет в восторге.
— Вот и я так думаю, — сказала Лим, блаженно прикрывая глаза. — Ну, скоро уже?
… Я прошлась по посёлку, вышла к трассе. Светофор мигал жёлтым, в этот ранний час на дороге уже было много машин. Осторожно перешла трассу, натянув на лоб бейсболку. Окна моего дома светились оранжевым. Кто-то передвигался по комнатам, я увидела женский силуэт через полупрозрачные занавески. Она даже не сменила шторы, которые так любила бабушка. Мне стало очень больно. Да, я никогда больше не вернусь сюда жить, но это был бабушкин дом. Вот её любимая яблоня в палисаднике, вот скамейка, сооружённая соседом, который долгое время ухаживал за немолодой, но симпатичной соседкой. Я подняла руку, чтобы постучать, но передумала. Нужно отпустить всё это, как я отпустила все мысли о своём рождении и нитях, соткавших мою нынешнюю судьбу. Некоторое время я боролась с собой, с желанием наказать женщину, захватившую мой дом. Но я пересилила это желание и пошла было прочь. Стукнула дверь, женщина вышла во двор. Да, я узнала ее, она… она совсем не изменилась с нашей последней встречи. Воровато оглянувшись, моя «мать» подошла к яблоне и… прижалась к ней грудью, постояла, я увидела слабое облачко серых искр и то, как тело женщины наполовину входит в дерево. Дриада? Чем расплатилась с ней бабушка? Возможностью прожить заново жизнь? Что ж, мне здесь делать нечего.
Моя подруга Нина была очень рада меня видеть - открыв мне дверь, сразу рухнула в обморок.
Глава 17. В которой союз демона и человека оказывается не столь уж … противоестественным
Нина валялась в прихожей. Я топталась рядом, не зная, что делать. Тоже хороша – ввалилась без предупреждения к подруге, считающей меня мёртвой.
— Нинуль, — я похлопала подругу по щеке. — Нин, это я. Живая.
Нина что-то протестующе замычала. Я выпрямилась, хотела прикрыть дверь, но не успела повернуться, как кто-то схватил меня сзади и зажал рот ладонью.
— Тихо, не пищи, — прозвучало над ухом. — Не будешь?
Фу-у-ух. Я узнала этот голос. И эти горячие руки. Помотала головой. Зашипела, когда демон меня отпустил и прикрыл дверь:
— Какого ты…? О!
На Буушгане была напялена стильненькая розовая рубашка, мужская, метросексуальная. Выглядел он в ней феерично. Особенно с собранными в пучок грязными косичками.
— Спёр?
— А, это… Одолжил.
— Блин, нам только криминала не хватало! Ты чего сбежал? Я волновалась.
— Обо мне?
— О том, что попадёшь в неприятности и… вообще…
— Мне нравится это твоё «вообще», — демон перешагнул через Нину и прошёл в дом. Голос его донёсся из гостиной. — Я голоден. Грязен. Сначала накорми меня, баньку затопи, красна девица, потом разберёмся.
Я подняла глаза к потолку. За что мне это?
… Через час, когда Нина была приведена в чувство и сидела на кровати со стаканом успокоительных капель, растерянно блымкая глазами и переводя взгляд с меня на «гостя», а пахнущий абрикосовым гелем для душа демон с аппетитом поедал разогретую на сковородке консервированную фасоль, я осторожно нарушила тягостное молчание:
— Нин, ну прости. Я не могла сообщить, никак.
— Даша, ты идиотка, — устало констатировала подруга, поднимаясь. — Что за гадость, эти капли! Где-то был коньяк… Я от тебя этого не ожидала! Столько лет выдавать себя за вменяемого члена общества, а потом учудить! Это всё ради него? — она кивнула на Буушгана, опрокидывая стопку в рот.
— Кого? А! Нет. Нет! Я попала.. в плен, если так можно выразиться.
— К нему? — взгляд Нины, обращённый на демона, стал томным.
— Да нет же! Это мой случайный… попутчик. Человек… как бы… который мне помог. П-Просто… обстоятельства…
 
— Обстоятельства? — Нина покачала головой. — Мы тебя похоронили… вся школа плакала.
— В каком смысле?
— В прямом. Твоя псевдомать тебя опознала. Думаешь, почему она уже в твоём доме живёт, так быстро? …Глаза вкати. Наркоманский притон в Выселках помнишь? Вверх по реке. Девчонку одну из воды выловили. Думаю, их клиент. Там узнавать было нечего, волосы только тёмные. Но мать… твоя в морге целый спектакль устроила: Кровиночка! Помню эту родинку! Бедняжка! Её погубила многолетняя депрессия! Так и не оправилась после расставания с любимым и смерти бабушки! Деточка, зачем ты так с собой?! И так далее… Меня слушать никто особо не стал. Суицид, и дело с концом.
Я молча переваривала услышанное. Значит, меня в этом мире больше ничто не держит.
— Нина, мне нужна твоя помощь.
— Кто бы сомневался. Что?
— Буушган, давай, — я перешла на атч. — Монеты давай… Вот, Нинуль, это золото. Здесь много. Нужна одежда, еда на несколько дней, наличные. Обо мне никому ни слова. Я скоро исчезну, но мы обязательно будем видеться. У меня для тебя есть много предложений… по бизнесу.
Когда Нина ушла к ювелиру и в магазин, я посмотрела на демона. Тот ответил мне долгим взглядом, от которого внутри у меня… нет, не бабочки запорхали, но что-то заползало, однозначно.
— Куда ты теперь?
Буушган пожал плечами.
— Почему ты не покинул это тело при переходе? Ты ведь говорил…
— Говорил. Похоже, мёртвая плоть стала живой. Я даже ничего уже не могу в ней поменять, — демон усмехнулся, поправил воротник Олеговой рубашки. — А чему удивляться? Сколько мёртвых бродит по этому миру? Снаружи живые, внутри – гниль. Я ещё ничего по сравнению с ними.
— Это верно, — признала я. — Но твой мир?
— Знаешь, — протянул демон, — мой мир… подождёт. Рано или поздно мы воссоединимся, поверь. Здесь тоже много чего интересного. И потом у меня есть ты. Не кривись, Чернявая. Мы с тобой связаны. Ты умеешь открывать порталы. Неужели откажешь старому приятелю, если захочу повидать Кэльрэдинчика? Хотя… вряд ли я этого скоро захочу.
— Но как ты сможешь поддерживать своё тело?
— Надеюсь, что смогу. Мало здесь чёрных искр? Мало чёрных мыслей у людей, чёрных пожеланий, мысленных проклятий? Люди везде одинаковые, технический прогресс ничего не меняет. Я хочу немного… повеселиться в этом мире. Он такой разнообразный. Мне довелось наблюдать его, будучи эфемерным существом. Но плоть имеет свои преимущества: еда, секс, выпивка, адреналин… — демон перешёл на русский.
— Пустишься во все тяжкие?
— Пойдёшь со мной?
Я чуть не подавилась горячим чаем:
— Зачем я тебе?
— Хочешь услышать комплимент? Я на них не очень горазд, — лицо демона было серьёзным.
— Нууу… Я как бы люблю другого…
— Люби. Я не ревнив. Если останешься со мной, и не вспомнишь… никого другого. Со мной весело. А мне почему-то приятно видеть тебя рядом. Мы столько пережили вместе. Наверное, я к тебе… привык. Привыкать легко, отвыкать трудно. Хотя когда-нибудь, конечно, ты мне надоешь, постареешь и всё такое…
— Смотри сам не постарей, хам. Привык он. Я что тебе, игрушка? — хрипло сказала я, высовывая обожжённый язык..
— Да-а-а-а, — протянул демон, наклонив голову к плечу. — Верно. Забавная игрушка хуми.
— Ладно, — сказала я сердито. — Забудь. Никуда я с тобой не пойду. Я прекрасно помню, как ты… с той лананой…
— Я сделал это специально, чтобы ты поревновала, — сообщил демон с улыбкой.
 
— Я в восторге. И не ревновала я! Неважно. Ты знаешь, что Ниэна прошла через Врата с нами? Хорошо, что я нашла её следы раньше твоих и хоть их успела затоптать. Она здесь однозначно – клиентка психушки. Что будешь делать. а? Ты в ответе за тех, кого приручил.
Демон неопределённо махнул рукой:
— Я не звал её за собой. Но если ты настаиваешь, найду девицу. Она и так стукнутая на голову, но раз пошла за мной, а не вернулась к Кэлю, надежда ещё есть.