Почетное гражданство (СИ)
Я с самого утра развлекалась тем, что подкидывала вверх ремешок и собирала на него золотые искры – тренировалась, на всякий. Время тянулось очень медленно. Гвенд и Букашка ушли на тракт. Там сейчас ходило туда-сюда множество обозов: мелюзины, орки и хуми везли еду и лекарства с востока, запада и севера, и Кэльрэдин собирал всех магов материка, чтобы устранить последствия воздействия черной магии. Больше я ничего не знала, просто ждала вестей. Прошло уже три дня. Ужасно долго тянулось время. Я понимала, как нужны маги там, южнее, где творилась основная черная магия. Мне было тоскливо. Силы возвращались по капле.
— Госпожа, вы не замерзли? Пойдемте поедим.
— Иду, — я неохотно вылезла из дупла, опираясь на руку парня.
Басил меня все еще боялся. А я ему почти доверяла – он сам попросился мне в слуги, то есть на службу, и завязал узлы по собственной инициативе. Парень, в отличие от фанатичного Тогунда, нашедшего для себя новый объект для поклонения, не стал присягать на верность Буушгану, предпочтя остаться со мной, а не уйти за демоном. Я спросила его напрямик, почему, и он ответил:
— Бабушка моя была из Семицветных. Говорила, демонам нельзя доверять. А Буушган Мертворожденный – пакость истинная. Шапку вот отобрал…
— А чего ты сам к ловцам пошел? Тоже ведь пакость.
— Нечисть не люблю, боюсь ее, — признался парень. — Брат мой, когда мальчишками были, однажды в лес пошел, да и пропал. Может, то и не наша нечисть была, а пришлая, все равно. А тут это все началось, а они мне, давай к нам, не обидим. Я магию плохо вижу, больше чувствую, но чувствую хорошо. Лесных жителей только боюсь.
— Тогда тебе со мной рядом тяжко придется, — сказала я. — Мне постоянно с койжг приходится общаться.
— Общайтесь, — вздохнул Басил, хотя по его взгляду было понятно, что он охотнее всего употребил бы слово «якшайтесь». — Я уже меньше боюсь. Мне куда страшней сейчас проклятье схлопотать, как все, кто с Черной Королевой спутался. А та ваша… Ила, сказала, вы магиня, что Буушгана в битве пленила. Так тут и дураку ясно: уж куда выгоднее вам служить, чем Мертворожденному. Тот, почитай, не лучше Гайдэ. Прогадал Тогунд.
— Ну, не знаю, — засомневалась я. — Мне слуги как бы особо не нужны. Самой бы прокормиться. Неизвестно, когда еще мои друзья явятся, а этот … нехороший демон выгреб все съестное из моей сумки. Хорошо хоть специй оставил.
— Такую магиню, как вы, — рассудительно сообщил Басил, — местная нечисть завсегда прокормит, побоится. А я уж как-нибудь… при вас.
И точно, местная нечисть, которой в лесу за последние сутки явно прибавилось, оставляли у домика «дары»: зайчатину, рыбу, орехи и дикий мед. Я понемногу «выдавала» им специи, то палочку корицы, то щепотку имбиря.
Выяснилось, что Басил отменно готовит. За едой я рассказывала ему о наших приключениях с того момента, как попала на Ондиган. Басила особенно интересовала история Михо, бывшего свиновода, а теперь знаменитого охотника. А еще больше, чем мои рассказы о сражении с некромантом, впечатляло его описание наших героических трапез в пути.
— Эх, хоть бы какие рецепты дорожные узнать, — посетовал Басил, когда мы с ним сели есть. — Уж я бы не хуже справился.
— Ум, — одобрительно промычала я, поедая пряную, сочную рыбу. — Уж не претендуешь ли ты на место Михо?
— А что? — смущенно пробормотал Басил. — Я как вас увидел, сразу и подумал, что на месте вы не усидите. Опять в дорогу двинетесь, подвиги совершать. Если вы правда та самая, кто Мертворожденного пленила, и волшебный артефакт подчинила, и да, принцессу мелюзин спасла, и на телеге летала, тогда и не уговаривайте меня вас…. бросить. Мне как раз такой человек и нужен. Я с детства служу, то магам, то по станциям, то у ловцов.
— Ясно. Кто позвал, тому и служишь. Ты профессиональный слуга. А я для тебя – пик карьеры.
— Ага, — парень явно обрадовался тому, что мы пришли к пониманию. — У вас мне хорошо будет, — заявил он, мечтательно подпирая щеку дланью-лопатой. — У вас специи, дружба с нечистью, магами сильными. Вы сами магиня. Вы простите, что я вас тогда… ну, при встрече… застращать пытался. Я бы вам вреда не причинил.
— Долго ты с ловцами пробыл?
— На Самухун к ним прибился. Сам никого поймать не успел.
— Вкусная рыба, — похвалила я.
В словах Басила была правда. На месте мне не усидеть, даже если бы я захотела. Да и место мое сейчас только рядом с Ирэмом, пусть он сколь угодно пытается меня «одомашнить». Да, Ирэм уже сообщил мне о своих мечтах: скромный домик на Ондигане, работа поискового мага. Или, если захочу, жизнь на Земле, рубка дров, русская печка, пол деревянный, котик мурлыка и дальше по обстоятельствам. Ответ я пока не дала. Зная старшего из Митрэдоонов, могу сказать, что спокойная жизнь нам с Ирэмом не грозит – как бы скорый на расправу Кэльрэдин не причинил нам добра, принимая во внимание наши с магом перед ним «заслуги». Наверное, такова жизнь – только решишь одну задачу, тут же перед носом встает еще одна. Недавно мне казалось, что в случае спасения Ирэма и друзей, я ничего больше в жизни не пожелаю, но я желаю… много чего. Любви, счастья… новых впечатлений.
Пообедав, я отправилась обратно в дупло. Принялась опять подкидывать вверх шнурок с узелками, раздумывая над тем, как бы протянуть время. Если бы я могла передвигаться нормально, а не цепляясь за деревья и перебегая от одной опоры к другой на дрожащих ногах, я бы отправилась ко входу в подземелье. Там под присмотром иратхов и других более-менее дружелюбных лесных жителей дожидались обозов выпущенные из плена дети. Но путь туда осилить я пока не могла.
Высоко в небе рявкнул дракон, сердце мое лихорадочно забилось. Томпи? Нет, звук растворился в надвигающихся сумерках короткого зимнего дня. Драконы и прежде тут летали, охотники севера расщедрились и прислали свое «секретное оружие», поголовье которого очень выросло за прошлые годы. Скоро драконы совсем перестанут удивлять людей. Я сидела, прислушиваясь, борясь с разочарованием. И незаметно заснула. Слышала, как меня накрывают плащом. Прошептала:
— Спасибо, Басил.
Стало очень тепло. Я проснулась первая, открыла глаза и закрыла их, наслаждаясь родным запахом и ощущением руки на плече. Потом тихонько перевернулась, вытаскивая из-под плеча руку (затечет ведь), и прижалась к Ирэму, разглядывая его лицо в рассветных лучах, пробивающихся сквозь расщелину в дупле. Я не хотела его будить, но пальцы сами потянулись к волосам, а губы к губам. А рот расплылся в улыбке. Ирэм выглядел осунувшимся, меж бровей пролегла морщина. Я погладила ее и поцеловала. Да, нелегко пришлось тебе, мой храбрый маг. Они все сражались против черной магии, а ты против собственной матери. Но сейчас ты здесь, со мной, мой любимый, и все будет хорошо. Серпента показала голову из-под воротника мага, нетерпеливо пошевелилась. Ирэм вздрогнул, что-то пробормотал.
— Привет. Тише, — прошептала я. — Не сейчас, пусть поспит.
И лежала, подложив ладони под голову, созерцая спящего мага. Немного позже лучик солнца упал на лицо Ирэма, и он поморщился, попытавшись спрятаться. Я уже достаточно налюбовалась красотой любимого и потянулась к нему, заслоняя его от света и целуя в теплые губы. Ирэм проснулся быстро, и мы провели несколько прекрасных минут, наслаждаясь поцелуями и жалея, что не можем позволить себе большего.
— Прекрасное место, это дупло, — прошептал Ирэм, — здесь тепло и мягко. Возьмем на заметку?
— Ты прилетел на Томпи?
— Да, Кендиила достало мое нытье, я убедил его, что нужен на севере. Ты заставила меня поседеть.
Ирэм наклонил голову. Я шутливо запустила пальцы в его волосы.
— Ты сереброволосый, тебе не страшно.
— Я не могу ругать тебя, потому что сейчас подобен впервые влюбленному мальчишке, который все прощает любимой. Но… имп возьми, Даша, лучше бы ты капризничала, требовала от меня покупки нарядов, украшений…
— … книг…
— Почему книг? — сбился Ирэм.
— Книги тут дорогие, особенно рукописные. А я ведь, учительница, если ты помнишь. Глупый маг, ты и вправду думал, что сможешь меня удержать… за закрытой дверью? Даже схитрив и отобрав Серпенту?