Седьмой (СИ)
– Открою страшную тайну: среди «Конкистадоров» не принято оценивать свои шансы теоретически! – насмешливо фыркнул я. – Поэтому первый поединок с этим бойцом я провел лет в восемь. А последний, дай бог памяти, в этом январе… хм… половину нашего стандартного года тому назад.
– И?
– Что «и»? В восемь, само собой, проиграл. С шестнадцати и до восемнадцати отдавал порядка половины. А потом перестал.
– Что далеко ходить? – хихикнула Лани. – Вот он, вот вы. Переварите обед – попробуйте его на прочность.
– Только не вздумайте выбирать бой без ограничений… – предельно серьезно добавила Рати. – Он вас сломает на первой же секунде…
…Несмотря на взыгравшее самолюбие и впитанную с молоком матери уверенность в том, что тэххерки превосходят нас, людей, чуть ли не на две головы абсолютно по всем параметрам, Ви’Оми все-таки прислушалась к совету моей… хм… второй официальной любовницы. Поэтому часа через полтора после обеда, когда гостья переварила еду, основательно размялась и подготовилась к поединку, мои дамы заказали в ВСД по две шоколадные конфеты, удобно устроились под одним из тренажеров и, не дожидаясь начала действа, развернули по первой обертке.
– Может, стоило взять хотя бы грамм по двести? – язвительно поинтересовалась у них Сойюми.
– Мы взяли с большим запасом! – парировала Рати. – Не верите – начинайте!
«Подавляющее преимущество. Всегда и везде!» – напомнила в ДС Лани. А когда получила подтверждение, с искренним сочувствием посмотрела на соотечественницу.
Та вышла в центр спортивного зала, сообщила, что готова, и ринулась в бой. Показав атаку в голову, затем ударив ногой в колено и явно собираясь чем-то там продолжить. Увы, рекомендованный моими красавицами стиль поведения на территории королевства не оставлял особой свободы для маневра, поэтому я ворвался в ближний бой сразу же после мягкого отвода обеих конечностей в стороны и отправил девушку в полет к ближайшей стене. Правда, вместо сдвоенного удара кулаками в пах и горло изобразил мягкий толчок. Ладонями. В плечо и косую мышцу живота.
Двукратной разницы в весе и не ослабленного никакими блоками движения рук оказалось многовато – Сойюми пролетела четыре с лишним метра, влипла в стену, слава проектировщикам «Миража», покрытую толстым слоем вспененного пластика, потеряла сознание и в стиле мокрой тряпки сползла на пол.
– Да уж, перестарался… – виновато вздохнул я и рванул к терминалу ВСД, чтобы заказать автомед. А минуты через три, когда девушка, получившая в кровь колонию наноботов, пришла в себя, извинился: – Простите, вроде, бил слабенько, не кулаками и не по летальным точкам, а получилось сотрясение средней тяжести!
– Зато полет, наверное, был эпическим! – вымученно улыбнулась Ви’Оми. – Ибо я помню только перенос веса на левую ногу и более ничего…
– Записей навалом. С нескольких ракурсов! – почувствовав, что наша гостья не в претензии, хихикнула Рати. – Надо – дадим посмотреть. Кстати, у нас осталось по одной конфете!
К моему удивлению тэххерка не сочла это заявление издевкой. Наоборот, осторожно повернула голову на голос и жалобно замолотила ресницами:
– Поделитесь? А то мне, как пострадавшей, срочно требуется хоть какая-то компенсация!
– Хоть какую-то, пожалуй, устроим. Что касается конфет…
– Это святое, да? – ужаснулась Сойюми.
– Да нет, все тех же двухсот граммов хватит?
«Дэн, навести Чистюлю. А мы продолжим стращать эту сладкоежку!» – отписалась в ДС Лани и, сорвавшись с пола, вылетела из зала.
Я сказал гостье, что ненадолго отлучусь, и вышел в «солнышко». Разблокировал «одиночку», вошел внутрь и закрыл за собой дверь.
Прикосновение автомеда быстро привело женщину в сознание. Правда, увидев меня сидящим на краю кровати, Доэль смертельно побледнела и попыталась отползти к изголовью:
– Командир, честное слово, я даже не пыталась…
– Я знаю. Вам, наверное, что-то приснилось!
– Я спала? – робко спросила она, потом прислушалась к своим ощущениям и густо покраснела.
– Идите. Я подожду… – холодно сказал я и пересел на соседнюю кровать.
Тэххерка тут же унеслась в санузел. Когда вышла, была отправлена в душевую кабинку. А после того, как закончила и с омовением, кинула взгляд в зеркало, шарахнулась от своего внешнего вида, очень быстро оделась и вернулась на место.
– Итак, сегодня утром мы прибыли на территорию Королевства Тэххер… – дождавшись, пока она сядет напротив, начал я. – Из гипера вышли в Монэрте. Там я пообщался с адмиралом Вайнарой Коллер Ти’Гисс и видел вашу мать.
Чистюля обреченно опустила ресницы и убитым голосом спросила:
– Раз «там», значит, мы уже летим обратно?
– Нет. Адмирал передала мне приглашение на личную аудиенцию у королевы Альери, соответственно, в данный момент мы направляемся в систему Тэххер.
Женщине, определенно, полегчало, но не так уж и сильно:
– А что будет со мной?
– Если опять не начнете чудить, то ничего – после аудиенции я вас отпущу, и вы сможете забыть о моем существовании.
– Не начну! – торопливо затараторила Ти’Вест. – Я дала вам кля-…
– Откровенно говоря, вашим клятвам я уже не верю. И если бы не слезные уговоры Рати, оставил бы вас в гипере.
– Я раскаялась! Раскаялась по-настоящему, а не на словах… – выдохнула она и заплакала. Причем, как мне показалось, не выдавливая из себя слезы, как делала раньше, а изо всех сил пытаясь их удержать.
– Если это действительно так, то, возможно, когда-нибудь я изменю свое мнение. А сейчас хотел бы озвучить кое-какие мысли и пожелания…
Это заявление заставило женщину подобраться – она торопливо вытерла мокрые щечки рукавом комбеза, вытянулась в струнку и превратилась в слух.
– Все, что произошло между мною и вами на борту «Непоседы», тут и останется. Говоря иными словами, для всех непосвященных вы и Рати героически прервали полет рейсового лайнера, реализовали единственную возможность спасения и выбросились из шлюза в гражданских скафах, так как другой альтернативы не было. Потом висели в мертвой системе без какой-либо надежды на спасение сутки с лишним, экономили воздух длительными погружениями в транс и дождались моего прилета на последнем издыхании кислородных картриджей. А так как решение о выходе из лайнера принимали лично вы, груз ответственности, давивший на плечи все эти долгие часы, сказался на внешности, и у вас появились седые пряди. Пока понятно?
– Да, командир.
– Отлично! После столь невероятного спасения Рати согласилась принести мне временную клятву безусловного подчинения, а вы по каким-то очень веским причинам не смогли себе это позволить. Поэтому во время прыжка она пользовалась полной свободой передвижения, а вы коротали время в одиночестве или в общении со мной. Именно поэтому сегодня утром вы не вышли на адмиральскую палубу линкора «Моураните», а по нашей с вами обоюдной договоренности были погружены в медикаментозный сон, как носитель стратегически важной информации о СПП-шках.
– Я должна о них молчать, верно? – на всякий случай уточнила она.
– Я от вас этого не требую. Тем более, что после аудиенции у королевы эта информация перестанет быть тайной.
– Ваше великодушие меня убивает… – после недолгой паузы сказала Чистюля.
– Убивает не мое великодушие, а недовольство… – добавив в голос холода, хмыкнул я, а когда понял, что перестарался, и Рыжая на грани обморока, постарался исправить ситуацию: – Но оно, как я понимаю, уже в прошлом, верно?
– Да!!!
– Что ж, значит, идем дальше. Через некоторое время я покину ваше гостеприимное королевство и заберу с собой своих девочек. Однако здесь, в Тэххере, останутся их семьи. И мне бы очень хотелось, чтобы за ними кто-нибудь присматривал. Неявно, но внимательно и с душой.
– Я сделаю все, что в моих силах, кля-… - начала женщина, потом, видно, вспомнила, что я уже не верю ее клятвам, и густо покраснела: – Я вас не разочарую. Вот увидите…