Покойники всегда безопасней. Дело тяжеловеса

Быстро-быстро перебирая локтями и коленями, я пополз в сторону. Сержант не двигался, пытаясь по звукам определить мое местонахождение. Потом до меня донеслись его мягкие шаги. Он шел к двери.
Тогда, вытянув вперед руки, чтобы в темноте не налететь на посторонний предмет, я пополз к окну.
Вдали послышалось негромкое завывание полицейской сирены — к Ласситеру спешило подкрепление.
Мое колено наткнулось на журнальный столик, и он с грохотом полетел на ковер. Я в ужасе отпрянул назад, опрокинув стул. Не мешкая, Ласситер выстрелил снова, потом, грязно ругаясь, бросился вперед. Мне не удалось увернуться, и он подмял меня под себя; левой рукой он ухватил рукав моего пиджака, а правой нажал на спусковой крючок. Так близко от смерти я не был еще никогда. Вспышка пламени опалила мое лицо, ослепив нас обоих. Я ударил его ногой и резко поднялся. Пока он выбирался из-под обломков разбитой мебели, я в несколько прыжков оказался у окна и нырнул за штору.
Фары стремительно мчавшейся машины заливали дорогу ярким светом. Пронзительно завывала сирена, тревожно мигал на крыше автомобиля красно-синий сигнальный маячок.
Ударом ноги я вышиб стекло.
С оглушительным визгом тормозов машина остановилась у подъезда. Из нее выскочили двое полицейских и с пистолетами в руках бросились к дому.
Еще полминуты назад я рассчитывал, что сумею выпрыгнуть из окна и укрыться в саду. Появление фараонов спутало мои планы. Завернувшись в складки штор, я стоял неподвижно, прислушиваясь к доносившимся из гостиной звукам. Осторожно передвигая в темноте ногами, Ласситер приближался к окну. Он подошел ко мне почти вплотную, и в ноздри мне ударил застарелый запах табака, исходивший от его одежды.
— Он там! — крикнул сержант, высовываясь наружу. — Не упустите преступника! — Потом, перебросив через подоконник грузное тело, спрыгнул вниз.
Я облегченно перевел дыхание.
— Где он? Здесь никого нет! — крикнул один из полицейских.
Я не стал дожидаться, пока Ласситер истощит запас ругательств. Быстро миновав холл, я прошел в гостиную и оттуда поднялся на площадку второго этажа.
Еще несколько патрульных машин подкатили к особняку. До меня донесся скрежет шин об асфальт и громкое хлопание дверец. Надрывая луженую глотку, Ласситер выкрикивал приказания.
Я щелкнул зажигалкой. Передо мной была дверь, открыв которую, я очутился в спальне. Когда в следующее мгновение в доме зажегся свет, я стоял в роскошно обставленной комнате.
На белом ковре, застилавшем пол, темнело пятно крови. На покрывало деревянной кровати чья-то рука бросила самозарядный пистолет тридцать восьмого калибра. Здесь был застрелен филиппинец, здесь же находилось орудие убийства. Достав из кармана носовой платок, я накрыл им пистолет. Взяв оружие в руки, я понюхал дульное отверстие. Из пистолета недавно стреляли. Он мог сослужить мне добрую службу, и я сунул его в карман. Выключив свет, я слегка раздвинул шторы и выглянул в сад.
Трое полицейских с пистолетами наизготовку шли по газону, казавшемуся белым при лунном свете. С этой стороны путь к бегству был отрезан.
Входная дверь с шумом распахнулась, и в холле застучали шаги. Я на цыпочках подошел к двери и, приоткрыв ее, посмотрел в щель. Широкоплечий мужчина среднего роста склонился над убитым филиппинцем. У него было веснушчатое обветренное лицо, наполовину скрытое полями мягкой велюровой шляпы.
— Ты уверен, что он выпрыгнул в сад? — не глядя на Ласситера, спросил он.
— Я видел, как преступник удирал через окно. Он должен прятаться где-то неподалеку, лейтенант, — хриплым голосом ответил тот, стирая пот с лица. — Он вырвал из стены розетку и пережег пробки.
Веснушчатый мужчина был, по всей видимости, лейтенантом Джо Карсоном, о котором упоминал старина Брэдли.
— Капитан голову с тебя снимет за эту оплошность, — зло сказал он. — Если его не поймают, ты будешь разжалован в рядовые.
Ласситер беспокойно задвигался:
— Он не уйдет от нас!
— Почему ты не взял с собой полицейских? — спросил Карсон, отходя от филиппинца.
 
— Кто знал, что он такой прыткий? Я ехал домой, когда мне сообщили о нем по радио. Я сразу повернул к этому алкоголику — хотел послушать, о чем они будут договариваться. Мне удалось застать его, когда он выгребал деньги из сейфа…
— Ты упустил важного преступника, болван! — перебил его Карсон, проходя в гостиную.
Вновь раздался душераздирающий вой сирены. Еще одна патрульная машина остановилась около особняка. В холл вошли трое, и полицейские замерли по стойке «смирно», отдавая честь высокому худощавому человеку в сером костюме. Я решил, что вновь прибывший и есть капитан полиции Матис.
Из гостиной появился Джо Карсон.
— Преступник пока не найден, — доложил он человеку в сером. — Он бросил здесь свою машину. — Потом, отведя капитана в сторону, негромко добавил: — Это Чет Слейден, журналист из «Мира преступлений».
Матис, лошадиное лицо и черные усы которого находились в странном контрасте с копной белых как мел волос, достал из кармана пачку сигарет и не спеша закурил.
— «Мир преступлений»? — переспросил он. — Ты не ошибаешься?
— Нет. Мне доводилось читать некоторые из его рассказиков.
— Надо соблюдать осторожность, Карсон. У этого журнала хорошая репутация. Зачем ему понадобилось убивать Хартли?
Карсон пожал плечами:
— Не знаю. Ласситер поймал его, когда он грабил сейф.
— Не слишком в это верится.
В холл вошел Ласситер:
— Я видел собственными глазами, капитан. Наверное, он пожаловал к нам в связи с убийством ван Блейка. Решил покопаться в прошлом. Художник, я думаю, застал его, когда он ворошил бумаги в сейфе. Слейден потерял голову и застрелил Хартли.
— При чем тут ван Блейк? — спросил Матис, в его голосе звучала тревога.
— Слейден заезжал к миссис ван Блейк. Мне сообщили также, что он виделся с Брэдли и заглядывал в клуб Ройса.
— Составь подробный отчет обо всем, что тебе известно, — приказал Матис. — Комиссар может потребовать его в любую минуту.
Повернувшись, он пошел к выходу.
— Если вам дорога собственная шкура, найдите Слейдена, — сказал он. — И сделайте это побыстрее.
Он еще раз окинул глазами холл и исчез в темноте.
— Пока не пришел док, — сказал Ласситер, — мы обыщем второй этаж. Там должен быть пистолет — внизу его не нашли.
Карсон, не ответив, прошел в гостиную.
Когда на лестнице послышались тяжелые шаги Ласситера, я закрыл дверь и спрятался за штору.
II
Сержант поднялся на лестничную площадку и вошел в соседнюю комнату. Несколько минут его не было слышно, потом вновь раздался топот шагов.
Мои нервы были напряжены до предела. Из окна, возле которого я стоял, был виден сад, в нем, как и прежде, прогуливались трое полицейских.
Моя единственная надежда на спасение заключалась, по-видимому, в твердой уверенности фараонов, что преступник улизнул в окно. Я надеялся, что они не станут переворачивать особняк вверх дном.
Дверь распахнулась, и в спальне появился Ласситер. Пробормотав себе под нос что-то непонятное, он вышел на площадку, и до меня донесся его голос:
— Лейтенант! Вам не трудно подняться?
Когда через минуту в комнату вошел Карсон, сержант сказал:
— Здесь прикончили филиппинца. Взгляните на ковер — из этой обезьяны вытекла целая лужа крови. — Ткнув пальцем в сторону кровати, он добавил: — А тут лежал пистолет — вот вмятина на покрывале.
— Пусть Максуэлл поищет отпечатки пальцев, — приказал Карсон. — Я возвращаюсь в управление. За Слейдена ты отвечаешь головой. Оставайся здесь, пока тебе не позвонят.
 
Оба полицейских скрылись из вида. Когда стих звук шагов, я проскользнул через лестничную площадку и юркнул в другую дверь. Не зажигая света, я ощупью пробрался к незашторенному окну и выглянул на улицу.
Неподалеку от дома стояли скорая помощь и три полицейские машины. Несмотря на ночное время, на тротуаре собралась порядочная толпа зевак. Пятеро полицейских, повернувшись спиной к толпе, наблюдали за особняком Хартли. Удостоверившись, что с этой стороны мне тоже не выбраться, я приготовился к длительному ожиданию.