Сёрфинг, кости динозавров и фолк (СИ)

— Когда это ты глазел на мою задницу со стороны? — Серж приподнялся на локтях, с прищуром посмотрев в его лукаво блеснувшие глаза. В голове мелькнула неожиданная догадка: — Дверь! Дверь в ванную — это был не сквозняк? — Серый отрицательно помотал головой, закусив губу. — Да ты чертов извращенец!
— Кто бы говорил, — Серый схватил его за плечи и легко, будто тот ничего не весил, опрокинул на спину. С боем оседлал его бедра и притерся пахом, прикрытым полотенцем, к приподнявшемуся члену Сержа. Посмотрел жадно на его открывшуюся головку, и резким рывком сдернул с себя полотенце. — А кого же ты, чистый и невинный, представлял, когда дрочил?
— Серёжа!.. — уже куда более скромно отозвался Серж, невольно опустив взгляд на их тесно соприкасавшиеся и тершиеся друг о друга при каждом неосторожном движении члены.
С губ сам собой сорвался нетерпеливый стон.
— Темнота — друг молодежи, — промурлыкал Серый, смахнув каплю смазки, выступившей на его головке, и растерев по ладони. Обхватил его член у основания и медленно, будто издеваясь, провел неплотно сжатыми пальцами вверх-вниз, заставив Сержа задышать чаще, — в темноте не видно рожи…
— Знаю я, — прошипел Серж, настойчиво вскидывая бедра навстречу его руке, — эту песню…
Гармошка в отдалении заиграла нервно и быстро.
Серж, задыхаясь, посмотрел на растекшийся по потолку свет утреннего солнца. Поерзал, ощутив, что Серый обхватил его член сильнее и задвигал рукой чаще. Уже подкрадывалась, грозясь затопить периферию зрения, темная пелена.
— Погоди. Эй, Серж, тихо…
Удовольствие прервалось до обидного резко.
Но, не успел Серж и слова сказать, как его перевернули на живот и ткнули лицом в подушку, мимолетно погладив по голове. Послышалось характерное шуршание, звук открываемой крышки, и на ягодицы вздрогнувшего от неожиданности Сержа капнуло несколько холодных тугих капель лубриканта.
— Обожаю трахаться при свете, — чуть ли не благоговейным шепотом произнес Серый, вцепившись в его ягодицы, и от души втер в них смазку. Он осторожно скользнул большими пальцами в ложбинку и коснулся краев растянутой за долгую бессонную ночь дырки. — С тобой. Обожаю до мурашек, бля.
Серж вскинулся, когда пальцы Серого настойчиво толкнулись внутрь.
Прижался горящей щекой к подушке, прикрыв глаза.
— Я надеюсь, ты не собираешься компенсировать на мне весь накопившийся недотрах? — с подозрением спросил Серж и уязвимо вздрогнул, застонав, когда Серый проехался подушечкой пальца по простате.
— Собираюсь, — пообещал Серый. Наклонился, обжег смешком шею Сержа и нежно поцеловал под подбородком. — Ты же сам просил.
— Когда это? — Серж поежился от теплого прикосновения его губ к коже и улыбнулся.
— Ночью.
Серж вспомнил, с каким бешеным драйвом скакал на Сером, царапал ногтями его плечи, теперь расчерченные красными полосами ссадин, и, едва переводя дыхание, умолял не вытаскивать член.
А ведь завелся он всего лишь от робкой улыбки Серого за ужином и великолепно-сдержанного: “Ты такой милый, когда дуешься”.
“Уроки не прошли даром, — подумал Серж, от стыда зарывшись носом в подушку, и позволил Серому играть со своей дыркой как вздумается — тот толкал в него уже три пальца, явно ловя кайф от хлюпающих пошлых звуков, с которыми пальцы выскальзывали, чтобы вновь, покружив, забраться внутрь. — Я воспитал монстра”.
— Эй, ты там не заснул? — Серый вновь наклонился, чтобы влажно и долго поцеловать его в уголок губ.
Серж приподнял ягодицы, уперевшись коленями в матрас и ясно намекая, что не прочь продолжить. Пальцы Серого толкнулись так глубоко, что стало невмоготу — захотелось больше, глубже.
— Возьми меня, — попросил Серж сдавленно, почувствовав, как заныли яйца.
— Ничего себе, — пробормотал Серый сбивчиво. Он сам, похоже, чуть не дошел от одного только предвкушения и затянувшейся прелюдии. — Кто-то заговорил прямо?
— У меня был хороший учитель…
Серж охнул, когда в него толкнулась влажная от смазки головка. С удовольствием поластился щекой о протянутую ладонь Серого, позволил ему ухватить себя за волосы и поставить на четвереньки, грубо и резко войти почти на всю длину.
  
Чувство наполненности в первую секунду отозвалось дискомфортом. Но стоило Серому начать двигаться — рывками, удивительно тонко ощущая тело Сержа, как неудобство сменилось нарастающим удовольствием, от которого судорога пробежала по бедрам, и на секунду-другую сбилось дыхание.
Серж застонал низко и протяжно, беспомощно комкая пальцами одеяло.
Почувствовал, как вздрогнул всем телом Серый от этого звука и толкнулся в него сильнее. Тот вцепился в ягодицы Сержа, притянув его ближе, насадив на себя до конца.
Серж запрокинул голову, с упоением поддаваясь толчкам.
Не стесняясь, точно зная, что может открыто показывать желание, что только радует этим, заводит сильнее.
Он вслушивался сквозь оглушительный ток крови в ушах в неразборчивый шепот Серого, сжимал его внутри себя, дразня обоих, изводя до той степени, что стоны мешались с задушенными всхлипами через раз.
— Боже… — Серж содрогнулся от первой жаркой волны, прокатившейся по телу. Бросило в пот, и пересохло в горле на стоне, сорвавшемся на хрип: — Черт подери…
Серж забрыкался под ним, почувствовав дрожь Серого и то, как мгновением спустя внутри разлилась его теплая сперма.
— Тихо, потерпи, сейчас…
Серый вышел из него, бережно перевернул на спину и, спустившись быстрыми поцелуями вниз по его груди и животу, обхватил губами член. Пососал головку, тщательно облизав языком, пропустил глубже, увлекая тело Сержа в объятия приятной тяжести.
Одного только взгляда на лицо Серого, его припухшие чувственные губы, скользившие по стволу, хватило, чтобы кончить.
Серж приподнялся на локтях, пару раз в исступлении оргазма толкнувшись в рот Серого.
Забрызгал его подбородок и грудь спермой и в бессилии рухнул на подушку, тяжело дыша и улыбаясь.
— Если бы я только знал, — сказал задумчиво Серый, когда тщательно вытер себя и Сержа полотенцем и пристроился рядом, — что тот чудик с остановки окажется моим лучшим другом и тем, без кого мне дальше никак…
— Было бы неинтересно, — Серж легонько боднул его лбом в висок. Он точно знал, что теперь им не придется скучать: не с целями, которые они поставили, когда решились озвучить вслух свои мечты. — В жизни должна быть какая-то интрига.
— Из тебя вышла неплохая интрига, — фыркнул Серж и потрепал его по волосам. Наклонился, оставив на его губах долгий ленивый поцелуй. — Охуенная интрига, я бы сказал…
Они целовались до тех пор, пока не смолкла музыка в отдалении.
И не раздался требовательный голос Али:
— Эй, попугайчики-неразлучники! Я все понимаю, но я, вообще-то, не могу одновременно играть и готовить завтрак!