Карты нарративной практики. Введение в нарративную терапию

Именно при насыщенном описании проблем уникальные знания и навыки людей становятся важными, значимыми, центральными, ключевыми для принятия мер, совершения поступков и преодоления проблем. При этом люди начинают лучше осознавать, что у них есть определённое ноу-хау, какие-то умения и знания, которые могут быть в дальнейшем развиты и использованы, чтобы сфокусировать усилия и вырваться из-под власти проблем и сложных жизненных ситуаций.
 Вторая категория вопросов: исследование последствий воздействия проблемы 
Вторая стадия развития экстернализующей беседы — исследование воздействия проблемы, её влияния на разные области жизни человека, в которых выявлены сложности: например, это могут быть дом, работа, школа, общение со сверстниками, отношения в семье, отношения с самим собой, представление о себе, дружба, воздействие проблемы на цели человека, его мечты, ожидания, ценности, возможности в будущем и жизненные горизонты.
Эти вопросы не должны быть чрезмерно подробными, они должны включать лишь рассказ о самых главных последствиях воздействия проблемы, её поступков и функционирования. Например, в моих разговорах с Джеффри, Бет и Эндрю существенное внимание было уделено влиянию поступков СДВГ на отношения в семье и взаимодействие Джеффри с учителями и сверстниками. Также внимание было уделено последствиям проблемы в терминах здоровья Бет и настроения Эндрю. Когда мы работали с Сарой — молодой женщиной, которая в течение длительного времени наносила себе порезы и страдала от депрессии, наши разговоры сосредотачивались на том, как ненависть к себе влияла на её взаимоотношения с собственным телом и с другими людьми.
Вопросы о воздействии проблемы укрепляют позиции экстернализующей беседы; в этот момент становится очевидным отход от более распространённых интернализующих бесед. Например, в начале моих встреч с Сарой она рассказала мне о том, что, помимо всего прочего, «бездарна» и «бесполезна» и «заслуживает того, что с ней в жизни происходит». Она также сообщила о том, что другие люди пытались отговорить её, переубедить, доказать ей, что подобные заключения и выводы о себе неправомерны. Она считала подобное поведение либо неискренностью с их стороны, либо проявлением непонимания. Это приводило к отчуждённости в отношениях с другими людьми, и Сара ожидала, что я буду пытаться «провернуть что-то похожее», о чем она мне открыто говорила. Мне удалось этого избежать, и вскоре Сара начала отвечать на вопросы о том, в чем Ненависть к себе пытается её убедить. Оказалось, что Ненависть к себе пытается убедить Сару в том, что она бездарна, бесполезна и заслуживает того, что с ней в жизни происходит. Эти термины очень явно присутствовали и во внутреннем диалоге Сары, и в её разговорах с другими людьми, но теперь они были выражены в ходе экстернализующей беседы, где создавалось пространство между Сарой и её негативными заключениями о себе. Я не пытался бросить вызов этим негативным выводам, представленным как «истины». Вместо этого в экстернализующей беседе мы лишили эти выводы статуса истинности и прояснили, в каком контексте, с какой позиции эти слова произносятся.
 Третья категория вопросов: оценка последствий воздействия проблемы 
На третьей стадии терапевт поддерживает людей, помогает им оценивать «поступки» проблемы и последствия её воздействия на разные области жизни. Подобная оценка, как правило, запускается следующими вопросами: «Вас устраивает то, что делает проблема? Как вы относитесь к тому, что происходит? Что это для вас? Какова ваша позиция? Это что-то хорошее или что-то плохое? Или и то и другое, или ни то ни другое? Если бы волей судеб в вашей жизни всё навсегда осталось бы так, как сейчас, возникли бы у вас по этому поводу какие-нибудь вопросы?»
Эти и подобные вопросы предлагают людям остановиться и подумать о том, что происходит в их жизни. Для многих из нас это совершенно новый опыт, потому что чаще подобное оценивание осуществляется в отношении нас кем-то другим. Например, среди встречавшихся мне детей и подростков количество тех, у кого никогда не было возможности высказать своё отношение к происходящему в их жизни, просто не поддаётся исчислению. Вместо этого своё мнение, свою оценку высказывали их родители, учителя, психотерапевты, социальные работники, полиция и т. д., и т. п.
  
Поскольку разговор на эту тему может быть для человека совершенно новым опытом, важно, чтобы терапевт предварил его кратким перечислением основных последствий воздействия проблемы, которые были выявлены на второй стадии экстернализующей беседы. Я рассматриваю их как резюме, сжатое изложение содержания рассказа. Для людей, с которыми ведётся работа, подобные краткие обобщения представляют собой что-то вроде «отражающей поверхности», это нечто, от чего можно оттолкнуться в своих размышлениях, когда мы отвечаем на вопросы о собственной позиции. Например, в моей беседе с Вирджинией, шестнадцати лет от роду, и её родителями, Расселом и Верити, было очевидно, что Вирджиния в большей или меньшей степени была «пассажиром», пассивным участником оценки сложностей в своей жизни. Когда я спросил её о том, какова её собственная позиция, я вначале дал краткое обобщение, сказав, как я понял некоторые из основных последствий этих сложностей.
М.: Вирджиния, я понимаю, что, помимо всего прочего, твои родители весьма озабочены существующими проблемами, и в результате они несколько «зациклились» на том, что происходит в твоей жизни, стали гораздо больше вовлекаться в разные сферы твоей жизни, контролировать тебя. И ты сказала, что чувствуешь, словно тебя загнали в угол.
Вирджиния: Да, так оно и есть.
М.: Угу. И каково тебе в этой ситуации?
Вирджиния: Каково мне в этой ситуации?
М.: Да, как ты к этому относишься? Что это для тебя?
Вирджиния: Мне это не нравится. Такое чувство, как будто я всё время нахожусь под надзором. Мне это не нравится и не помогает, это вызывает страшную злость и досаду.
М.: Тебе не нравится? Тебе не нравится находиться под надзором?
Вирджиния: Нет, мне это не нравится. Это не помогает, от этого становится только хуже. Это просто бесит.
М.: Расскажи побольше о том, как ты это переживаешь. Какие другие слова ты могла бы использовать, чтобы описать этот дискомфорт, то, что тебя бесит?
Вирджиния: Ну, это, короче, вот так...
После того как Вирджиния более подробно описала своё видение последствий сложившейся ситуации, я спросил Рассела и Верити, как они переживают свою зацикленность на том, что происходит в жизни Вирджинии. До этого момента членам семьи даже не приходило в голову открыто обсудить или хотя бы попытаться понять, как каждый из них воспринимает эту тяжёлую ситуацию, с которой все они сражались. Вопросы предоставили им возможность узнать мнения друг друга и прийти к определённому взаимопониманию.
В моей беседе с Джеффри, Бет и Эндрю я также предварил вопросы об оценке ситуации резюмированием: «Да, теперь я яснее вижу, что затевает СВГ. СВГ портит отношения Джеффри с его родителями, с другими детьми, с учителями. И ещё СВГ заставляет Джеффри чувствовать «щекотку в животе», он также расстраивает маму и папу Джеффри. У меня появилась более ясная картина того, какие у СВГ есть виды на будущее Джеффри. СВГ хочет стать единственным другом и товарищем по играм для Джеффри, полностью захватить его для себя». Эта «краткая версия» обеспечила «отражающую поверхность», которая помогла всем членам семьи поговорить о том, как они переживают поступки СВГ и какую позицию они занимают по отношению к последствиям этих поступков.
В этот момент следует также уделять внимание тому, чтобы гарантировать людям возможность проговорить всю сложность неоднозначность своего отношения к последствиям проблемы. Терапевты часто попадают в ловушку, предполагая, что люди будут оценивать последствия проблемы как полностью негативные, и в результате слишком рано прекращают задавать вопросы начинают строить терапевтическую беседу на своём предположении. Однако отношение людей к проблеме и её последствиям, как правило, сложно и неоднозначно. Например, одним из основных последствий воздействия Ненависти к себе на жизнь Сары было то, что она наносила себе порезы. Я знал, насколько важно не строить собственных предположений и гипотез о том, как она сама это переживает.