Повелитель механического легиона. Том VII (СИ)

— И после вы победили члена рода Барроу, который погнался за угнанной машиной?
— При помощи арсенала Кувалды, — быстро кивнул я. — Понимаю то, насколько это удивительный подвиг, но противник подпустил меня слишком быстро. Я подробно описал ход нашего боя — бразилец был слишком самонадеян и допустил ошибку, в итоге его оглушило при помощи одновременной звуковой атаки мисс Некрасовой и применения одноразового артефакта Кувалды.
— А зачем вы взяли с собой подданную Бразилии? Хорошо, для закупки необходимого вам в магазине. Но почему оставили потом? Она стала для вас обузой.
— Не хотел оставлять невинную умирать, — я развёл руками, изобразив глупую улыбку. — Тем более, как оказалось, она пусть очень слабая, но всё же одарённая, предпочитавшая скрыть факт наличия дара, дабы избежать призыва. С их точки зрения она преступница, но она делала это не из злого умысла.
Этот момент я узнал от Камилы позже, обсуждая её легенду — одарённые простолюдины в Бразилии военнообязанные. Они должны служить какому-нибудь знатному роду или в государственных структурах. Так сделали в связи с необходимостью защищаться от стигм в условиях бурной природы, а заодно минимизировать число преступных одарённых. Слишком большой соблазн прятаться в джунглях или глухих деревушках, занимаясь разбоем и убийствами. Да и вечно тлеющий конфликт с Аргентиной требовал усиливать оборону. В Колумбии, кстати, такая же ситуация.
— Ладно… я вас понял, давайте поговорим о событиях в Каракасе и после него.
Я кивнул, эта часть истории была искажена сильнее всего.
— Хорошо. Итак, мы проехали по Колумбии в Каракас на двух угнанных машинах, где должны были сесть на самолёт Вяземских. Однако неожиданно раздался грохот, мы едва успели выставить щиты на пути града пуль, посылаемых летающим магистром с двумя летающими пулемётами. Кроме того, вдали началось сражение могущественных одарённых, а в портовой области вспыхнули беспорядки. Там что-то сильно взрывалось. Нас обогнал микроавтобус, который магистр атаковала кинетическими ударами, но их щиты держались. Нам также доставалось, и мы даже ответили всеми силами, но не смогли сбить её несмотря на применение световой винтовки.
— Почему вы вмешались? Могли развернуться.
— Там воевали как минимум грандмагистры. Причём не такие, как убитый нами из Барроу, а действительно сильные. Если бы не поисковые способности мисс Бреннан, я бы счёл, что там сражаются два обвешанных взрывчаткой отряда. А от магистра слегка фонило скверной. А я, как вы знаете, лично знаком с этими преступниками. Не представляю, сколько гражданских там погибло. Жаль заснять не догадались. Впрочем, она просто сбежала, когда мы приблизились к портовой области. Поняли, что эвакуироваться не выйдет, потому свернули на дорогу вдоль хребта и неслись прочь оттуда. Через несколько часов вышли на связь и приняли новый план эвакуации. Машины бросили на старой свалке, примяв их около дробилки утилизатора. У берега нашли несколько небольших лодок и сделали из них катера при помощи лётных модулей и магии. Домчали прямо до Мартиники, где провели остаток времени в ожидании.
Про связь с Леон решили не упоминать: их могут спросить о произошедшем. Пока, исходя из полученных данных, они нас не сдали, а значит я мог гнуть свою линию, что мы вообще не в курсе.
Воронцов медленно кивнул, а потом показал мне планшет с фотографией знакомого пляжа, на что я сразу сморщился.
— Узнаёте?
— Нет, конечно. Выглядит как будто… даже не знаю, с чем сравнить. Это последствия боя с некромантом?
— На острове Сент-Люсия. Вы там не бывали?
— Ваше высочество, это уже оскорбительно, — наконец устал слушать Евгений Некрасов, к тому же остальные тоже пересказывали эту историю несколько раз. — Мы всё вам рассказали, ответы не изменятся. Вы обвиняете нас во лжи?
— Некрасов, попрошу спокойствия, — сухо сказал Воронцов. — Это дело государственной важности, раз из-за присутствия Вяземских подозревают именно Россию.
— Не могли бы вы показать нам фото? — попросила Алиса и остальные также получили телефон. Интересно, раньше ведь не показывал, каждый раз раскрывая новые детали и изучая нашу реакцию.
Сирин старательно сделала так, чтобы менталисты ощутили от всех отвращение разной степени, соответственно возрасту и ожидаемому отношению. Так Яру и Камиллу словно бы едва не вывернуло, а Роберт воспринял более-менее безразлично и с некоторым любопытством.
— И что с того? — резонно заметила княгиня, выгнув бровь. — Как будто Колумбийцы что-то могут сделать из своей дыры, даже если обвинят нас. Я вспомнила аналогичный литой дар. Выглядит мерзко — не спорю. Но я не могу представить, как ваша версия может иметь место. Да, вы её не высказали, но считаете, что группа сначала остановились на Сент-Люсии, сразилась с таким одарённым и потом перебралась на Мартинику. Но какой им резон утаивать произошедшее, и каким образом они избежали обнаружения? Среди них нет ни мастеров скрытности, ни обладателей водного дара.
Воронцов нахмурился, но ничего не ответил, зато слово взяла Вяземская.
— С нашей стороны ситуация выглядит странно только с точки зрения дальнего портала и предательства Зимина. Может, вы раскроете причину подобного интереса и откровенного допроса?
— О-о, это не допрос, — качнул головой Воронцов. А потом глянул на менталиста и коснулся рукой подбородка. Тот понял жест, и я ощутил мощное вторжение в собственное сознание, тут же перехваченное Сирин. Однако сам я симулировал мелкую дрожь. Воронцов же, наследник династии тех, кто предал Романовых, отдал мне приказ. — Выложи всё из своего хранилища, начиная с самого ценного на твой взгляд.
Я дрогнул, из хранилища сначала появилась пушка Барроу, а сразу за ней световая и ледяная, мифриловый слиток…
— Что вы себе позволяете⁈ — повысила голос Вяземская.
— Это нарушение ваших же законов! — воскликнула Алиса. — Ментальное подчинение!
Несколько телохранителей великого князя шагнули вперёд. Кстати он не должен иметь такой титул по родству, но ему его пожаловал лично император. Я же выкинул из хранилища ещё парочку предметов от Кувалды или Барроу, а после изобразил отчаянное сопротивление.
«А теперь сдача», — хихикнула дэв, и сбоку раздался болезненный вскрик. Менталистка согнулась пополам, отчего со слегка охреневшим лицом вскочил уже Воронцов. Я изобразил самую яростную гримасу, на какую был способен, и повернулся к источнику звука, встретив взгляд, полный ужаса и боли. Сосуды в глазах девушки полопались, почти целиком окрасив белки в красный, из носа обильно текла кровь.
— Назовите причину не сжигать её разум за прямое ментальное подчинение.
  
Глава 5
 
Для подтверждения моих слов мы с Сирин ещё разок врезали по сформированному каналу, заставив металлистку рухнуть на колени. Вариант скрываться был недоступен — мне пытались залезть в голову на приёме Морозовых и хотя тогда я не выказывал признаков, что заметил вторжение и отразил его, все понимали, что это именно я, фигурально, схватил менталиста за горло. То есть им известно, что мой разум — моя крепость с шипами на стенах.
— Граф, немедленно остановитесь, — приказал Воронцов.
— С какой стати? — поинтересовался я.
— Она действовала по моему приказу. Немедленно прекратите или станете врагом моего рода.
Я зло выдохнул сквозь зубы, но подчинился, продолжая сверлить несчастную мрачным взглядом. Я не собирался убивать её, но нельзя было выходить из роли разгневанного молодого аристократа. Потому я злорадно улыбался, глядя на стоявшую на четвереньках женщину, пока хлещущая из носа кровь пачкала дорогой ковёр. Слабые сосуды — дело неприятное.
— Ваше высочество, сделанное недопустимо, — сказала Вяземская, пока я собирал своё «самое ценное на мой взгляд» имущество, которое Воронцов успел рассмотреть. Именно поэтому сначала сыграл так, как будто на какое-то время подчинился.
— Граф Соколов получит достойную компенсацию, — сухо сказал Воронцов. — Ваши ментальные способности… высоки.