Повелитель механического легиона. Том VII (СИ)

Мерцающее бело-золотистое лезвие вонзилось в запорный механизм. У артефакта не было питания, но внутренняя структура была грубой. Поэтому уцелела и хранила заряд. Некоторое время ушло на то, чтобы поток энергии уровня магистра, который соответствовал моей ауре, преодолел защиту и разрезал упрочнённую сталь. Прямо скажем, денег на защиту не жалели.
Михаил подсказывал, куда именно ударить, чтобы получилось открыть дверь, после чего самые физически сильные люди, включая грандмагистра, упёрлись в толстенную створку и сдвинули её в сторону.
Легче от этого не стало, в коридоре также были лишь люди со светлячками, а гарью воняло ещё сильнее. Судя по подпалинам, кое-где вспыхнул пожар, но его быстро потушили ледяной магией.
— Так что произошло? — спросил я, когда мы спешили к выходу.
— Электромагнитный импульс! Его же не должно было быть!
— Я вообще-то предупреждал, что у нас сгорели все телефоны! Мы оказались посреди леса. Откуда мне было знать, насколько сильно там долбануло? Вы же исследовали место!
— Да там было в несколько раз слабее! — воскликнул он. — Чёрт, все данные сгорели!
— Повторим эксперимент? — уточнил я ехидным тоном и снова закашлялся, когда очередной раз пахнуло гарью.
— Очень смешно, граф! Тут ущерб на сотни миллионов!
Я думал, у меня будут угрызения совести, но видимо встреча с Потёмкиным была достаточным оправданием. И я ему поверил. Они подчинили его клятвами и держат взаперти? Судя по всему — пользуются услугами на правах раба. Вот только могущественный интриган обманул их. Вариант, что Потёмкин ведёт двойную игру по отношению ко мне, даже не рассматривался.
Мы прибежали к новой переборке, которую также понемногу вскрывали. Пришлось снова поработать открывашкой с пространственными клинками. Затратная магия, мне проще и привычнее сделать обычный меч и не тратить мощь на рассечение ткани пространства. Или применить Стикс и резать души. Но это работает только против живых существ.
Вскоре с минимальными разрушениями поддалась и эта стальная створка, накопители которой успели изрядно просадить до меня. Стало понятно, что в дальних частях комплекса разрушений намного меньше — множественные барьеры сделали своё дело. Во всяком случае, здесь работало освещение. Однако люди вывалили на улицу.
— Никому не покидать территорию! Оставайтесь здесь!
Приказ отдал целый архимаг… и хорошо мне знакомый. Александр Воронцов, тот самый, чей повреждённый дар удерживался неизвестной Сирин энергией. Видимо потерявшего большую часть силы определили заниматься административной деятельностью.
Естественно, он нашёл взглядом нашу группу и тут же оказался рядом. Михаил разом постарел лет на десять и сжался в размерах, смотря на великого князя.
— Это произошло из-за вашего эксперимента, объяснитесь. Нет, Соколов, сначала скажи ты.
Он взглядом метнул в меня разряд молнии, способный испепелить Москву или обратить в щебень Эверест. Я тоже изобразил испуг.
— Ваше величество, откуда мне знать? Сказали телепортироваться по команде в область и защищаться от искажений. Я так и сделал, точно по команде, вокруг как в тот раз замерцало белым, поднялся энергетический шторм. Думал сейчас опять куда-то отправит, глаза резануло ярким светом. А когда проморгался — вокруг темень и воняет гарью.
Александр полыхал яростью, кажется едва удерживаясь от того, чтобы не сломать телефон в руке. Конечно же у него имелось пространственное хранилище, которое выброс энергии не разрушил. Его содержимое осталось в безопасности.
— Ясно, — сухо ответил он и резко повернулся к дёрнувшемуся Михаилу. — Теперь ты. Говори всё, что успел понять.
Учёный стал сыпать техническими терминами и величинами единиц измерений, некоторое из которых я слышал впервые. Должно быть придумали специально под задачу.
Жаль, в этот раз обошлось без плотного выброса энергии дэвов, зато во время разбирательства я рассказал Сирин о произошедшем.
«Хм… то есть он сохранил целостность души после смерти… Думаю, он был столь же близок к становлению небожителем, как Сильви. Скорее всего поглотив много божественной энергии, когда началась война или после того, как расправился с Зенаром. Я уже говорила, что наверняка души некоторых не выдержали переноса. Этот ушлёпок был сильным. Но если его достаточно ослабили и Борису помогли, тот вполне мог разрушить душу небожителя».
  
«Как ты лестно отзываешься о Зенаре», — ехидно сказал я.
«А что поделать? Его подчинённые жили самыми настоящими рабами», — ответила Сирин совершенно серьёзным тоном. — «У него было два типа людей: каста магов-помощников, живущих во дворцах попроще, и гниющие в трущобах рабы. Со стороны иллюзия закрывала всё неприятное взгляду. А стимулирующее магическое поле поддерживало их тела, позволяя им работать почти круглые сутки. За попытку бегства казнили всю семью. Единственный способ выбраться — это попасть в гарем к служащим или лично к нему. Подробностей не знаю, но Вэир казался мне чуть ли не образцом порядочности».
«У вас там хоть один из сильнейших был нормальным?» — не мог я не сменить тему.
«Были. Ярена, если подумать, не так плоха. Ибрис и Мэриниус больше заботились о процветании народа. Хотя у последнего имелись свои закидоны. Ах да, почему я о нём вспомнила. Мэриниус это тот, чей дар достался вашему Друиду. Жаль, видимо он не пережил перенос. Из всех, с ним бы я надеялась на союз больше всего».
Выходит, Кармона умер намного раньше Потёмкина. Правда я его совсем не понимал.
«Как думаешь, зачем Боря тратил время на создание небесного артефакта именно из дара контроля растений? Тогда шла жестокая война, а мощность артефакта сомнительна».
«Думаю, спасал планету».
Сирин не поясняла, всё было вполне понятно. Восемь точек начала вторжения, разрушительные войны по всему миру, заражение океана. А потом ещё и война с дэвами, моими Источниками и посреди зелёного леса стали возникать стигмы.
«Неужели… шестой небесный артефакт работает на восстановление всего мира? Поэтому всюду густые зелёные леса? Я думал всё из-за духовной энергии. Не вижу эффекта стимуляции».
«Вероятно, сейчас его применяют только в самых жарких областях. Зачем тратить энергию, чтобы помочь и так здоровому лесу? А вот тогда, вероятно, всей природе на планете угрожал коллапс. Но вернёмся к тебе! Выходит, Потёмкин смог существовать в виде души и научился создавать проекцию. Интересно, кто его подчинил, но это потом. Мы должны его освободить, как только сможем. И прости, мне очень стыдно! Я не заметила энергетического паразита!»
«Если он скрытный, то не удивительно. Ты же оторвана от своего дара. Однако… если бы мы взболтнули лишнего… было бы опасно. Надо предупредить остальных и внимательно их проверить».
Пока мы разговаривали, вокруг происходила суматоха. Я просто стоял и изображал растерянный вид. Сирин согласилась со мной и перешла к не менее интригующей теме:
«Он ответил на вопрос, откуда взялась энергия при том переносе. Догадаешься?»
То, что говорил Боря я во многом передавал дословно. Тогда времени подумать не было, но сейчас разум зацепился за одно слово.
«Резонанс — копия Ореола и настоящий каким-то образом соединились. Именно по этой причине его так переполнило энергией, что копия не рассеивалась. Видимо оригинал так же находился в высокоактивной фазе. А ещё… пусть он не смог дать ответ, но намекнул, всё складывается. Величайший портальный дар, безумный объём энергии и чего могут желать Воронцовы, не посвящая в это большую часть мира».
Я замолчал, просто не желая произносить вслух. Сирин тяжело вздохнула:
«То же, что сделали выжившие небожители. Они хотят сбежать в новый мир. Но мы сражались до конца и эвакуировались, когда всё было кончено. Ваш народ победил в войне, а затем, видимо, узнал о неотвратимости Тьмы. Что за авангардом последует волна плотной дряни, которая затопит всех. Знаешь… вот в чём отличие наших народов — мы гордецы, видевшие в неспособных сравниться с нами смертных в лучшем случае слуг. Наш мир был жесток. Наша гордость и вражда не позволила нам сплотиться, но и сдаваться мы не желали. Вы построили замечательный мир… и посвящённые легко сдали его врагу».