Большая книга ужасов. Коллекционер кошмаров
Я протиснулся между косяком и дверью, посветил телефоном сверху, сбоку, снизу. Ничего разглядеть не удалось – мусорный завал, уходящий в черноту, и ничего больше. Тихий звук донесся из дальнего конца коридора.
– Ты это слышал? – говорю.
– Что?
Действительно, что это был за звук?
– Всем тихо! – Я помахал рукой, привлекая внимание. – Нужно прислушаться.
Минуту висело молчание. Потом Илья спросил:
– Что там?
– Тсс!
Все снова затихли, и вскоре звук повторился. Сомнений не оставалось.
– Поезд? – в голосе Ильдара звучало недоумение.
– Метро, – говорю. – Это такая штука, которая у обычных людей вместо «Лексусов» и «Мерседесов».
– Мы сможем выбраться? – Камилла подошла к нам.
– Коридор завален мусором, – ответил я. – Расчистим проход и окажемся на свободе.
– Тогда за работу! Раньше начнем – раньше сбежим из этой западни! – воскликнул Ильдар.
– Хорошо, – говорю. – Я буду доставать мусор, а вы передавайте по цепочке.
Не то чтобы мне слишком хотелось делать всю грязную работу, но кто-то должен был начать! Я протиснулся еще дальше, вытащил и вручил Ильдару стопку книг, потом сломанный стул. Сейчас железную дверцу можно было открыть почти настежь. Освободилось место на входе в коридор, и работать стало удобней. Я подобрал пару кирпичей, положил в руки Ильдару, тот отдал сестре сначала один, потом другой. В общем, работа пошла. С каждой минутой я чувствовал себя всё лучше и лучше. Страх и слабость покидали мое тело вместе с кинетической энергией!
– Часа за два-три управимся, – сказал Ильдар.
– Было бы круто!
В бомбоубежище позади меня раздался звук удара. Через мгновение вырубился свет. Сначала я не понял, что случилось. Камилла вытащила телефон и включила фонарик.
– Что происходит? – спросила девушка. В ее голосе еще не было страха.
Потом до меня дошло – вурдалак вернулся!
– Осторожно! – закричал я.
Стремительная черная тень набросилась на Камиллу. Девушка успела только взвизгнуть. Отчетливо прозвучал крик голодной рыси. Ильдар тут же среагировал. Как будто у него была встроенная программа защиты сестры. Парень бросился в атаку. Я видел, как он замахнулся кулаком, а потом исчез во тьме. Сердце бешено колотилось. Во мне жил и метался страх, ужас, рожденный смертельной неуловимой тварью. Мозг еще продолжал работать. Он говорил:
– Нужно влезть в драку, пока вурдалак не прикончил Ильдара.
Мне под руку попалась старая прогнившая швабра. Сомнительное оружие, но я схватил её, выбрался из коридора и остановился. Телефон Камиллы лежал на полу экраном вверх. Рядом с ним шевелились темные фигуры. Понять, кто есть кто, было невозможно. Я размахнулся и стоял как дурак. Потом противники пошевелились. Вурдалак сидел на груди Ильдара. Бледное лицо парня было забрызгано кровью, руки закрывали шею. Я тут же ударил. Прогнивший черенок швабры легко сломался. Вурдалак высоко подпрыгнул, развернулся в воздухе и бросился на меня. Всё произошло слишком быстро. Я инстинктивно выставил вперед обломок своего оружия. Тварь напоролась на кусок дерева и пронзительно взвизгнула. Крик был человеческий, душераздирающий. В моем сердце проснулась надежда – вурдалак уязвим! В следующую секунду тварь бросилась в атаку, и мощный удар отправил меня в нокаут. Мир вспыхнул яркими искрами. Я понял, что падаю, но удара о пол не почувствовал. Из черноты меня вытащил обжигающий холод. Он гнездился в районе шеи, отдавался болью в голове, сползал вниз по позвоночнику. Я ощущал чье-то присутствие рядом, но не мог пошевелиться. Зато теперь у меня появилось время вспомнить все случившееся. Стычка с вурдалаком длилась несколько секунд. Всё, что произошло почти мгновенно, сейчас прокручивалось в замедленном темпе перед моими закрытыми глазами. Вот черная фигура медленно поднимается в воздух, разворачивается и летит ко мне. Я вижу лицо. Тогда оно промелькнуло за долю секунды, а теперь висело среди холодной тьмы. Его верхнюю часть закрывала черная полумаска. Из-под нее выступали мощные челюсти хищника. Капли багровой крови застыли на длинных острых зубах. Тонкая бледная кожа натянулась на угловатых скулах. Острый подбородок, казалось, вот-вот разорвет её. Где-то я видел эту сильную боксерскую челюсть. Замедленное кино двигалось дальше. Черенок в моих руках полз вверх, навстречу черной фигуре. Из обломанного конца швабры торчат острые щепки. Вот они впиваются в тело вурдалака. Тварь орет и воет от боли. Похоже, упырь не любит дерево. Сразу на ум пришла легенда про вампиров и осиновый кол. Я в ботанике не особенно разбираюсь, но что-то мне подсказывает: старые швабры делают из чего попроще, не из осины. Впрочем, неважно. Пусть хоть из эвкалипта – главное, чтобы действовало. Мысли путались и медленно превращались в холодное забытье.
«Мы все так и умрем здесь в темноте…» – подумал я, и тут загорелся свет. Он был слишком тусклым – кажется, чей-то фонарик. Сильные руки подхватили меня, потащили по полу.
– Он выжат как лимон, не сможет стоять, – сказал кто-то. Чей это был голос?
– Посадим на электрический стул, – ответ прозвучал диким рыком. Так мог говорить вурдалак.
Меня бросили в какое-то жесткое неудобное кресло. Я был в полузабытьи и не до конца понимал, что происходит. Слышал стоны и шум, лязг каких-то железяк. Кажется, кого-то еще притащили и оставили рядом со мной.
Что происходит? С каждой секундой этот вопрос звучал в моем мозгу со все большей тревогой. Силы пусть медленно, но возвращались. Это означало, что очень скоро я смогу впасть в панику. А ведь меня может услышать Аленка… Развязка наступила раньше. Кто-то направил фонарь в глаза и окатил водой. Потом мне ткнули в лицо железной кружкой. Я стал жадно пить. Чашка опустела и исчезла. Ее место заняла оловянная ложка с тушенкой. От ее запаха меня начало тошнить, но уклониться от еды не удалось. Мясо с куском жира запихнули чуть ли не в горло. После этого оставили в покое. Фонарь отодвинули подальше. Он всё еще светил в лицо, но не слепил. Минут через пять глаза адаптировались. Я начал понимать, что нахожусь в том самом углу с кандалами и пыточными инструментами. Кажется, кто-то был прикован к стене справа и слева. Мне повезло больше – кресло подо мной было жесткое, деревянное, но уж точно лучше холодного камня за спиной. Я повернул голову так, что шея хрустнула, и громко прошептал:
– Эй, слышите меня?
– Молчи, или он вернется, – ответил кто-то. Дрожащий голос принадлежал Артему. Парень был на грани истерики.
– Нам конец, братишка, – прошептал Ильдар. – Если меня убьют, обещай позаботиться о моей сестре.
Вот что нужно отвечать в такой ситуации: «Хорошо, позабочусь – умирай спокойно?» Или: «Мы выживем, всё будет замечательно. Розовые единороги спасут нас лучами радуги?»
Я тяжело вздохнул.
– Если с тобой что-то случится, – говорю, – Камилла сама тут всех на лоскуты порвет!
Ильдар рассмеялся, но тут же вскрикнул от боли и закашлялся. Кажется, нас услышали. Фонарь приблизился. Черная фигура появилась из-за него и остановилась в луче света.
– Хорошо, что вы пришли в себя, – прорычал вурдалак. – Мне пригодилась ваша кровь. Пришло время продолжить ритуал. Теперь мне нужно мясо.
На стол перед фонарем лег небольшой ларчик. Вурдалак открыл крышку и показал нам содержимое – скальпели, бинты, бутылочки с перекисью водорода.
– Постараюсь не убить вас. Вы мне еще понадобитесь. – В руках вурдалака появился длинный изогнутый нож.
Жуткие зубастые тени разбежались в разные стороны. Откуда-то справа послышался плач. Девушка всхлипывала, старалась сдерживать слезы. Артем завыл и заскулил. Вурдалак поднял руку с ножом, оттянул и отпустил острие. Лезвие оказалось необычайно гибким – оно долго дрожало, как пружина. Тварь шагнула вперед, нож прижался к моему лицу. Я затаил дыхание. Все мои внутренности сжались от холода. Вурдалак зашипел и отскочил в сторону. Так с острым лезвием он прошелся по всем пленникам. Я слышал, как скрипит зубами Ильдар, заходится воем Артем, охает Илья, хнычут девочки.