Большая книга ужасов. Коллекционер кошмаров

– Мы полицию не вызывали, – девушка рассмеялась. Мне стало жутко, но я продолжал смотреть.
Прокопьев обернулся. В этот момент Илья попытался выбить пистолет. Грянул выстрел, и парень упал с простреленным плечом. По лицу Алены стремительно разбежались черные вены.
Вурдалак прыгнул, полицейский выстрелил.
Дальше я смотреть не стал. Выскочил из зала, захлопнув за собой железную дверь. К несчастью, она закрывалась только изнутри, с той стороны. Прозвучали еще выстрелы, потом раздался крик, и наступила тишина. У меня не было сомнений в том, что победил вурдалак.
Сверху из колодца проникал неяркий желтоватый свет. Очевидно, Прокопьев не закрыл в квартире какой-то люк. Я уже хотел рвануть к лифту, но понял – подъемник запускается пультом управления. Один наверняка наверху, а второй под замком в шкафчике.
«Мне нужно взломать дверцу или подняться наверх по железным скобам», – подумал я. Нужно было решиться на что-то, выбрать один из вариантов и действовать. Но смертельный ужас прижал меня спиной к холодному железу, не давал пошевелиться. Что, если она поймает меня? Может, лучше сразу сдаться? Так хоть будет не слишком больно. Ужас окончательно разъел мой мозг. Теперь он готов к употреблению. Прямо как предусматривает ритуал.
Я закрыл глаза и начал считать от девяноста девяти. Едва перевалив за сотню, чуть приоткрыл железную дверь, услышал чавканье и довольное урчание. Значит, вурдалак занят и у меня есть пара минут, чтобы спастись бегством.
 
Глава 17
 
Мозг
 
Я знал, что должен спасаться, бросился к колодцу, схватился за железную скобу и полез вверх. Через пару метров остановился. Неприятная мысль поразила меня в самое сердце:
– Бежать бесполезно. Ритуал еще не закончен. Так что она меня обязательно найдет. Однажды я проснусь от того, что циркулярная пила режет мой череп. Даже если вурдалак отступит или найдет себе другую жертву, я каждый день буду ждать его прихода. Выход один – сражаться.
Всё стало предельно ясно. Я почувствовал невероятный прилив сил. Спрыгнул вниз. Схватил с полки отвертку и вставил её в ручку большой железной двери – не слишком надежно, но задержит тварь на несколько минут. Я задумался. Нужен был план сражения. Вурдалак намного сильней и быстрей. Он вооружен смертоносными когтями и зубами. Убить его практически невозможно. Простая драка с такой тварью равносильна самоубийству. Я зашагал по комнате, инспектируя свою материальную базу. Для начала подобрал обломок бейсбольной биты.
– Вурдалак не любит дерево. Так ведь? Проблема только в том, что не смогу ударить достаточно сильно…
Я посмотрел по сторонам и отметил высокую тумбу на колесах.
– А это ведь идея!
Сильный удар сотряс большую железную дверь. Нужно было торопиться. Я схватил с полки молоток и вбил гвоздь в ручку бейсбольной биты. Еще один удар, и обломок прилепился к деревянной крышке. Столяр из меня никакой, но даже я понимал, что соединение не слишком надежное. Железная дверь грохотала и выгибалась. Еще один гвоздь, и бита кое-как держится на тумбе.
– Уже лучше, – бормотал я. – Но вряд ли она будет стоять на месте и смотреть, как я разгоняюсь. Нужен отвлекающий маневр.
Металл двери заметно прогнулся. Сквозь щель я мог слышать, как шипит и рычит вурдалак.
– Я вырву твои глаза! Выскоблю череп ложкой! – рычала тварь.
Молоток всё еще оставался в моей руке. Я подбежал к подъемнику и принялся колотить по железному шкафчику. Дверь гудела, вурдалак выл и бесновался. Очередной удар сломал замок, створки открылись. Пульт был плохо освещен, пришлось доставать телефон и врубать фонарик. Зарядки, кстати, оставалось девять процентов. С громким хрустом сломалась отвертка. Она и так продержалась дольше, чем можно было рассчитывать.
– Вот она, кнопочка!
Я вдавил красный пластик в пульт. Механизм лифта напрягся, зажужжал и начал медленно подниматься. В это время меня возле него уже не было. Я бросился через комнату и спрятался за тумбой на колесиках. Как раз вовремя – вурдалак распахнул железную дверь и бросился к лифту. Подъемник уже скрылся в колодце. Невозможно было понять: едет он пустой или уносит беглеца. Тварь зло зарычала и потянулась к шкафчику с пультом. Вурдалаку пришлось повозиться. То ли длинные когти мешали, то ли подъемник так просто на полдороге не останавливался. В конце концов механизм заурчал, захрустел. Лифт замер, потом снова поехал – наверное, вниз. Я затаил дыхание и считал про себя. Вот подъемник достиг нижней точки и остановился. Вурдалак заметил кое-что на полу, шагнул вперед и подобрал предмет. В когтистой лапе мерцало и вибрировало пластиковое сердечко, тот самый гаджет, реагирующий на близость пары. Вурдалак начал преображаться, превращаясь в симпатичную девушку. Алена задумчиво смотрела на мигающее красное сердечко.
  
– Сейчас! – понял я и со всех сил налег на тумбу. Мебель отлично разогналась.
Девушка обернулась. Мгновение она пыталась понять, что происходит. Еще два мгновения ушли на обратное превращение в вурдалака. Этого времени хватило! Тумба врезалась в цель, как боевой рыцарский конь. Обломок биты вонзился в грудь подобно копью. Тварь забилась, завыла и зашипела. Я припер ее к стенке и еще два раза хорошенько придавил, для надежности. Рукоятка биты треснула по волокнам, разделившись на две части, и отделилась от деревянной крышки. Вурдалак шагнул вперед и оттолкнул тумбу. Меня отбросило вместе с ней на середину комнаты. Тварь приближалась, но ее шаги сделались неуверенными и медленными. Я лежал на полу и думал: «Успеет вурдалак меня убить или сам раньше сдохнет?»
С остатками бейсбольной биты происходило нечто странное. Сначала я подумал, что это галлюцинация или обман зрения. Но нет – на обломках начали появляться крошечные зеленые листочки. Вурдалак остановился, схватился за треснувшую деревянную рукоять, дернул, но бита так и осталась в теле. Тварь в ужасе закричала, начала скрести когтями грудь, упала на пол и завыла. Я наконец-то смог выбраться из-под тумбы, отступил на три шага и прижался спиной к стене. Вурдалак кашлянул темной кровью и начал превращаться в Алену. Сначала лицо и тело девушки покрывал ворох жутких черных вен, затем они пропали. На обломках бейсбольной биты распускались листочки. Появилось даже несколько молодых веточек.
– Подойди ко мне, пожалуйста, – сказала девушка. После затянувшейся паузы добавила: – Не бойся. Я умираю.
Похоже, она была права. Рукоять биты превращалась в ствол небольшого деревца. Его корни бугрились под черной майкой, на груди и на животе. Я тяжело вздохнул, сделал шаг вперед и сел на пол рядом с Аленой.
– Очень холодно, – прошептала девушка. – Я как будто превратилась в мятную жвачку.
Я взял Алену за руку. Вопреки ожиданиям, ладонь была горячей, как кипяток.
– Проклятое дерево, – продолжала говорить девушка. – Любая сухая щепка в теле вурдалака начинает расти, цвести и пахнуть.
Значит, осиновый кол работает. Надо же – единственная правда во всей вампирской истории.
– Прости, – говорю, – сама понимаешь, я должен был тебя остановить.
Девушка кашлянула и отерла губы от черной крови:
– Знаю. Иначе я бы нашла тебя и закончила ритуал.
Крохотное деревце демонстрировало впечатляющую скорость роста, начало выпускать зеленые стрелки с крохотными цветочками. Корни шевелились в теле девушки. Один пробил кожу и вылез между ребрами. Алена посильней сжала мою руку:
– Знаешь, ты был прав.
– Со мной такое постоянно, – говорю.
Девушка снова закашлялась:
– Ты правильно говорил, что у меня и так всё было. Друзья, семья, деньги, возможности. Даже отличный парень.
Что мне было отвечать? Дошло наконец-то? Или что у нее всё еще будет в следующей жизни. Или через одну, после дерева. К счастью, Алена не ждала ответа, а продолжала сама:
– Понимаешь. Мне казалось, что я всё смогу, со мной все будут считаться, уважать. А потом было уже слишком поздно.
Крохотное деревце продолжало расти. На зеленых стрелках распустились розовые цветочки. Это был каштан. Алена улыбнулась: