Дроу в 1941 г. Я выпотрошу ваши тела во имя Темной госпожи (СИ)
— Как дома…
Риивал с нескрываемым наслаждением втягивал морозный воздух. Насыщенный гнилью, сыростью, он будил уже подзабытые воспоминания о родном мире. Словно на какое-то мгновение вернулся в те времена, когда во главе отряда охотников выслеживал эльфийских разведчиков.
— Хор-рошо.
Расположился у исполинского выворотня, где почти не дул ветер. Здесь же нашлась небольшая щепка, подходящая для дела. Нужно было соскрести с тела толстый слой барсучьего жира, густо замешанного с сажей. По-другому через болото было не пробраться, замерзнешь, и ничего не поможет.
— Хор-рошая охота.
Он все никак не мог успокоиться. На лице кривилась широкая улыбка. От возбуждения потряхивались мышцы, заставляя его пританцовывать на месте.
— Совсем как дома…
Такой охоты у него еще не было. Нападения на замки мелких барончиков в Азароте можно было и не вспоминать. Детская прогулка, мелкая шалость, по-другому и не назовешь. Здесь же все было иначе.
— Охота на настоящего зверя.
Человеку не понять этого чувства. В его духовной традиции никогда не было культа Охоты на Зверя. И чем сильнее, ужаснее зверь, тем почтеннее его добыча. А что может быть славнее, чем охота на великого правителя? Для дроу с этим ни что не сравнится. Это великое наслаждение, неимоверная радость, которую еще нужно было заслужить.
— Я иду…
Разложил полотно с оружием, которое медленно и с особым вниманием перебирал. Предстояло вооружиться перед новым броском к первой линии охраны.
— Он… Только он, — Риивал выбрал небольшой прямой клинок с удобной рукоятью и с наслаждением правил лезвие. Ведь, оружию предстояло очень скоро хорошо поработать. — Скоро Темная госпожа получить новых слуг… Очень много новых слуг.
Когда начало темнеть, дроу был полностью готов к началу Охоты. Все лишнее уже благополучно зарыто на берегу, а само место тщательно пересыпано измельченным табаком, чтобы собаки не взяли след.
— Это тебе, Темная госпожа…
Темно. Для человека сейчас все казалось невнятным, неразличимым, страшным. Дроу же чувствовал себя, как рыба в воде. Гибкое тело легко скользило между деревьями, руки отводило в сторону ветки и кусты. Не раздавалось ни звука, словно это был не человек, а бесплодный дух.
Высокая изгородь, густо перемотанная колючей проволокой, не стала препятствием. Риивал скользнул по дереву, и через мгновение уже оказался на той стороне. Вновь ничего не шелохнулось: ни кусты, ни ветки, ни листва.
Держась в стороне света прожекторов, дроу двигался от укрытия к укрытию. Впереди хватало застывшей строительной техники, штабелей досок, бетонных коробок, заготовок для будущих дотов.
— А теперь можно, — у него сверкнула Жажда в глазах при виде второй изгороди с массивными бревенчатыми вышками. Ведь, до этого он никого из охраны не трогал. Легко обходил патрули, лишь облизываясь на беспечных солдат. — Прими их к себе, Благословенная Ллос…
Его нож уже давно покинул ножны, и подрагивал от нетерпения. И вот пришло время действовать. Щадить никого нельзя. Живой враг сейчас, угроза твоей жизни потом.
— Охота…
Чуть пригнувшись, едва не стелясь по земле, дроу оказался у первой вышки, самой дальней на периметре. Легко цепляясь за деревянные перекладины, влез наверх, а через мгновение уже вновь был на земле. Стряхнул кровь с лезвия и направился к следующей вышке.
Охрана второй линии пала жертвой своей же беспечности. В самом деле, а кого они должны были опасаться? Фронт ушел далеко на восток, столица красной империи вот-вот падет, а местное население активно сотрудничает с немецкой администрацией. Охрана такая, что мышь не проскочит.
— Хор-рошо, но мало.
Улыбка не сходила с его губ, и уже не выглядела человеческой. Покрытый с головы и до ног кровью, дроу казался демоном из преисподней.
— Мало…
В голосе слышалось острое неудовольствие. Ведь, он ждал настоящего Врага, а столкнулся лишь с его подобием. Даже на фронте было тяжелей, опаснее.
Перед слегка возвышавшимися над землей бетонными сооружениями Риивал застыл на земле. Вход в бункер был ярко освещен и защищен усиленной охраной с двумя пулеметными точками. В лоб было никак не пройти, даже будучи существом с другого мира.
— Вот и логово Зверя.
Дроу, извиваясь змеей, пополз в сторону. Опасаться нужно было лишь охрану бункера. Позади же оставались лишь окровавленные трупы, которые уже ничего не сделают.
У угловатого бетонного блока он вдруг застыл, в напряжении вытянувшись в струну. Ноздрей его носа коснулся соблазнительный запах какого-то духовитого варева. Пахло чем-то овощным, приправленным разнообразными специями.
— Зверь здесь, — скрипнул зубами Риивал. Зверь, на которого он охотился, любил такие блюда. Значит, он на верном пути. — Здесь…
Предчувствуя скорую схватку, пополз быстрее, пока не уперся в чугунную решетку в бетонном кольце. Похоже, именно отсюда и исходил этот запах пищи.
Пришлось хорошенько повозиться, пока один из прутков не вылез из паза. Образовавшееся отверстие как раз хватало, чтобы протиснуться внутрь.
— Вкусно… Очень вкусно, — аромат вареных овощей становился все сильнее и сильнее, указывая верный путь к добыче. — Хор-рошо.
Страха совсем не было. На него не давили тонны бетона и земли над головой, не пугала теснота извилистых ходов воздуховодов. Наоборот, его переполнял восторг охотника, вставшего на верный Путь. Впереди маячил Зверь, настоящая добыча.
— Хор-рошо.
* * *Рейхскомиссариат Украина, Винница. Поселок Стрижавка. Восточная ставка Адольфа Гитлера «Вервольф»
В его кабинете еще не все было готово. Ноздри щекотал острый запах сохнущего дерева. Кое-где на дубовых панелях оставалась пыль, которую еще не успели стереть или просто не заметили. Круглый стол с любимым глубоким креслом стояли не так, как он привык.
Но все это были ничего не значащие сейчас мелочи. Главное, Он уже здесь!
— Рейхскомиссариат Украина, дальше Рейхскомиссариат Остланд, — фюрер с глубоким удовлетворением оглядывал огромную карту, висевшую на стене. Границы новых территорий, которыми веками грезили западные правители, ласкали его взгляд. Ведь, именно он, а не великие правители прошлого, сделал Украину и Белоруссию частью огромной западной империи. Именно он, а не Оттон Великий, Фридрих Барбарроса или сам Бисмарк. — Потом Ингерманландия, — его взгляд переместился на Балтийский залив, задержался на крошечном кружке с подписью — Ленинград. — А дальше…
Что будет дальше, он уже знал. Мысли о новом, истинно правильном будущем мира, фюрер уже давно изложил в своей книге — «Майн кампф» (моя борьба). Все будет именно так, и теперь в этом не было никаких сомнений. Ведь, война уже выиграна.
— М-м-м, а вот и ужин, — Гитлер повел головой, почувствовал аромат любимых вареных овощей. Похоже, его повар уже освоился на новом месте и приготовил ужин. — А значит, пришло время перекусить, ибо нас ждут великие дела.
Остановившись у высокого зеркала, он оглядел свое отражение и с удовлетворением кивнул ему. Все было именно так, как он и представлял себе. Он — человек нового мира, новая плоть и кровь Великой западной империи, которая на тысячелетия принесет арийский порядок.
— Да, арийский порядок станет основой новой мира! Восток подчинится или канет в Лету…
Пронзительный взгляд буквально буравил отражение невысокого человека с гордо вскинутой головой, глазами навыкате и косой челкой.
— Но прежде ужин, а война потом…
Произнеся это, фюрер даже хохотнул. Эта фраза ему показалась довольно смешной. Ведь, она ставила его вровень с великими королями и императорами прошлого, которые тоже свои прихоти и потребности мнили гораздо выше всего остального.
— Хорошо сказано. Нужно будет записать… для потомков.
Еще раз бросил довольный взгляд на зеркало. Именно таким — полным скрытого величия, силы и уверенности — он и хотел остаться в истории.