Мой Капитан. Я тебя заслужила (СИ)

— Паук не твой. Ты забрал его. — победная усмешка на лице Камарата придает сил — Напомнить, у кого?
— Не стоит, Черлиз! — вскидывает голову король — Я и сейчас прекрасно помню, как билась в истерике жена Блеквинда, пытаясь влить в остывающее тела мужа магию. О, как она кричала!
— Замолчи! — зашипела я, крепко сжимая кулаки и почувствовала, как глаза застилают непрошеные слёзы — Не смей!
— Не знал, что у нерит такая обостренная солидарность! — его смех волной проносится по залу, отражаясь от гладких стен, а я пытаюсь заставить себя терпеть. Ещё немного — Бедная Оливия выла от боли! Но стоит отдать ей должное, даже под страхом собственной смерти, осталась верна своему мужу. А могла бы провести остаток дней во дворце. В роскоши, в богатстве, в окружении равных. Такая же принципиальная идиотка как ты, Тамина!
— Видимо, у всех нерит есть общая черта… — набираю побольше воздуха в легкие и изо все сил пытаюсь улыбаться. Спокойно, Ливингстон. Держаться! Паучок уже скользнул под рубашку, через пару секунд он достигнет шеи. Ещё чуть-чуть — А может быть дело не в одинаковой магии… Не думали об этом, ваше величество?
— Дело в зависимости, госпожа Ливингстон. — возвращает улыбку король — Ты, жена Блэквинда, любая влюблённая дура — все вы зависите от мужчин. Ставите чувства, выше здравого смысла! Уверена, что Линдар стоит того, чтобы отдать за него жизнь? Разве не глупо?
— Глупо жить только ради себя и своих интересов, глупо не любить всем сердцем, да хотя бы не попробовать! Глупо думать, что только деньги и статус, данный вам при рождении, заставят людей испытывать искреннее уважение. Кто останется с вами, кто будет вам верен, кто будет ценить, лишись вы всех титулов, могущества и богатства?
— Где-то я это уже слышал… — нарочито задумчиво тянет король — Ах, припоминаю! Милая Оливия говорила что-то похожее. Вас, женщин, этому с детства учат, Тамина? Закладывают вместе со сказками про прекрасных принцев? Сходство в мыслях разительное!
— Не понимаю, как ты не заметил сходства иного рода… — Камарат сверкнул глазами и указал на меня, а я не сводила глаз с паучка, который показался на шее короля — Познакомься, Тарион, Тамина…
— Мы знакомы с мисс Ливингстон, Черлиз. Разве ты ещё не понял?
— Ее фамилия Блэквинд, ваше величество. — как ни в чем не бывало продолжил комиссар — Дочь Оливера и Оливии Блэквинд и, если ты ещё не понял, истинная хозяйка артефакта.
— Это невозможно! — между бровей правителя залегла глубокая складка и через мгновение он потянулся к месту, где расположился мой паучок — Ты врешь!
— А ты проверь! — не выдержала я и сжала зубы до скрипа — Давай!
Не знаю кому я бросила последнее слово, Тариону или моему маленькому другу, но среагировали оба. Паук укусил короля, отчего тот зашипел и поспешил сбросить его с шеи. Сам правитель метнулся в мою сторону, но не сделав и пары шагов упал на колени.
— Ты пожалеешь! — прохрипел Тарион, то ли мне, то ли Камарату и рухнул на пол, не подавая признаков жизни.
Тени тут же заметались по залу, снося все на своём пути, не понимая, кто именно обидел их хозяина и кого нужно наказать.
— Открыть двери! Гражданских не трогать! — гаркнул комиссар, выбираясь из увешанного медалями кителя — Готовность номер один!
Я успела только моргнуть, а на месте добродушного Камарата уже возвышалась огромная разъяренная, чёрная горилла, которая с жутким ревом махнула лапой и пара теней полетели в стену. Он форс? Глупый вопрос. Очевидно же, форс. Следом за ним обратился Хадари, прямо в прыжке. Ко мне подлетел уже снежный барс, сверкнул зелёным глазами, толкнул мордой в сторону выхода, мол, уходи, и рванул за спину, припечатывая к полу ещё одного прислужника обездвиженного правителя.
Мгновение, и в зале появился знакомый мне медоед, хитрый синеглазый лис, бурый волк невероятных размеров, чёрная гибкая пантера. Да тут целый зоопарк! А этот пятнистый гепард, кажется, секунду назад был Арианом. И он помогает остальным расправляться с тенями? Странно.
Звери быстро перемещаются по залу, раскидывая тени короля, Рейман что-то кричит, но я не слышу. От напряжения кружится голова, а красное пятно крови, на белоснежной шкуре моего Барса, вызывает легкий приступ тошноты. Его? Или нет?
  
— Уходим! — шипит Рейман, больно сжимая мое запястье — Сейчас, Ливингстон!
— Нет! — пытаюсь вырваться, но на второе опускаются пальцы Ай — Надо помочь им!
— Чем? Ливингстон, они справятся минут за пятнадцать, тени остались без предводителя и быстро теряют силу. — Айянара цедит сквозь зубы — Если ты давно мечтала оказаться в компании обнаженных форсов, которые могут думать только об одном после обращения — оставайся, конечно. Но не жалуйся потом.
— Резонно. — завороженно шепчу я, наблюдая, как Хадари легко обезоруживает уже троих. Видимо, Айянара говорит правду.
Она сжимает в руке ключ Шторма, пока мы пробираемся к двери. Быстро вставляет его в замочную скважину и открывает проход. Рэн пропускает вперёд Милз, следом заталкивает меня и входит последним, сразу после Ай.
Тишина. Вокруг так тихо, что в ушах начинает звенеть, а кромешная тьма не позволяет разглядеть где мы.
— Добро пожаловать домой. — облегченно выдыхает Рейман где-то сбоку и включает свет.
Шесть-девять. Уже родной, безопасный, уютный шесть-девять. Мы в участке. Не хватает только капитана. Целого и невредимого.
— Я оставила ключ в двери. — отчитывается Ай, заметив, наши с Эмз растерянные взгляды — Они придут, как только закончат.
— Тебе вообще переживать не стоит, Милз! — весело фыркает напарник — С твоим медоедом и армия теней не справится, что уж говорить о сотне!
— Ага… — наконец выдыхает Эмили и тоже расплывается в улыбке — Если никто из них не угостит его мёдом… Поведётся же!
Звонкий смех разлетается по участку, наконец, позволяя нам расслабиться. У нас получилось! Мы сделали это! Магии Долины больше нет, Тарион повержен, большая часть его теней обезврежена, даже не верится! Ни одна, даже самая настойчивая принцесса больше не заберёт у меня моего капитана.
— Тэм, расскажи про сердце? — глаза Эмз загорелись.
— Да, что там было? Что ты чувствовала? — тут же присоединился Рейман.
— Эм… — задумалась на пару секунд, чем именно стоит поделиться и решила не рушить хрупкую атмосферу веселья — Да ничего особенного, просто очень много магии.
— Ага… — протянула Ай, слегка поморщившись — Но сам артефакт, конечно, невероятный! Не знаю, что за мастера раньше были, но его создавали лучшие из них, в этом сомнений нет!
Мы наперебой описывали красоту сердца, в мельчайших подробностях рассказывали, как оно реагировало на мои действия, как меняло цвет, вспыхивало, создавало иллюзии, боролось за возможность существовать. Первобытный страх, жуткую боль и использование второго шанса я утаила, но уверена, Рейман заметил, как я неловко пытаюсь скрыть отсутствие кольца на пальце.
Напарник слишком ответственный и не умеет врать, так что точно поделится деталями с капитаном, а Линдару не стоит знать подробностей. Определенно, не хочу слушать нотации о том, как это могло быть опасно и какая я безответственная. Ещё дежурить заставит, с него станется! Хотя, у меня тоже есть козырь в рукаве. Я ему жизнь спасала и, так, к слову, с другими мужчинами не целовалась!
— Милз, Ливингстон! — дверь распахивается и в участок входит Хадари, с Брантом и Торвудом — Ко мне в кабинет, быстро!
Хмурый, злой, босой, в одних лишь мягких штанах, так что разглядеть тугие жгуты мышц под кожей, покрытой капельками пота и, судя по отсутствию серьёзных ран, чужой кровью, труда не составило. И какой же огромный! Будто не бился с тенями четверть часа, а провёл пару месяцев в тренажёрном зале!
Логично, спорить с форсом после обращения, мы не стали. Но я не удержалась и облизала губы, раздумывая, как бы поскорее избавиться от свидетелей и остаться наедине… В ответ капитан тихо зарычал, стиснул зубы так, что побелели скулы и поспешил отвести взгляд. Мы как будто что-то натворили, ей-богу!