Свадьбе быть! (СИ)

— Ваша огненность? Что же вы не предупредили? Мы как раз собрались за вами посылать.
— Тхе Аллоиза, это кто? — от моего рыка отшатнулись все. Я и сама от себя не ожидала. Но ярость требовала выхода.
— Кишария, племянница айса Ритера, неделю назад прибыла из столицы, родители погибли, вот она и явилась к дяде, так как все их имущество ушло за долги, — быстро отчиталась женщина. Она недовольно смотрела на девицу, съежившуюся под взглядом женщины.
— Убрать. Тут не бордель. Чтобы я ее больше не видела. А с айсом Ривером у меня будет отдельный разговор. Что за шлюх, несдержанных на язык, он у себя привечает, даже если это родня. Вы знаете, что она берет дополнительную плату с прибывающих? — уточнила, чтобы увидеть, как потемнел взгляд тхе Аллоизы.
В этот момент в отель как раз вошли еще посетители. Среди них оказался и новоявленный градоправитель. А еще… Да ладно? Меня зрение подводит? Что он тут делает?
— Иль Хаяса, какая встреча! — довольный голос Ахрама иссе Шовра заставил всех перевести взгляд с меня на него и обратно. Я заметила, как подобрался Дрэх, прищурился. Теперь у него в глазах штормовое предупреждение. И данный факт тепло отозвался в душе. Даже ярость немного поутихла. Значит, не так уж я ему и безразлична, как думала.
— Иссе Ахрам, приветствую. Но что вы тут делаете? — не могла не поинтересоваться.
— Да вот, прибыл посмотреть на ваше геранство. О нем такая слава идет, что взыграло любопытство, заодно захотелось проверить, правду ли говорят, что у вас тут множество новинок, спите на золотых кроватях, едите с золотых тарелок, — поведал мужчина.
Я смотрела на него, не сдержав смешка. Но в то же время непроизвольно сравнивала Дрэха и Ахрама, ведь в разное время мне оба эти мужчины импонировали. И это при том, что имелся еще и муж. Но в данный момент все же ситуация была в пользу Дрэха. К этому мужчине я успела привязаться. К нему стремилась моя душа. К тому же именно он оказался рядом, когда нужна была помощь.
— Даже не представляю, кто вам такое мог сказать. Тарелки, как и кровати, у нас самые обычные. А вот новинок действительно много. Но вы сами сможете убедиться в этом, если пройдете по городу, не забудьте заглянуть в нашу Здравницу. Уверена, там вы получите истинное удовольствие, — в ход пошла реклама.
— Обязательно последую вашему совету, — улыбнулся мужчина, сверкнув глазами.
— Пока же предлагаю заселиться в номер, отдохнуть с дороги, чтобы потом со свежими силами осмотреться, — предложила, так как больше времени не оставалось, у нас еще куча дел впереди. И Ахрам меня понял. Повернулся к тхе Аллоизе. Вперед было выступила Кишария, но женщина на нее так глянула, что той пришлось отойти. А вот я повернулась теперь к айсу Ритеру.
— Теперь пообщаемся с вами. Эту под замок, тут не бордель. Если желаете и дальше держать эту особу у себя, займитесь ее воспитанием, или я быстро выкину ее из моего геранства. Мне тут девицы облегченного поведения не нужны, которые не сдержаны на язык да еще и алчные. Оскорблять я себя никому не позволю.
Мужчина побледнел, повернулся к племяннице. Но тут же его лицо стало отрешенным, с нотками презрения.
— Говоришь, осталась сиротой? Имущество забрали за долги? — обратился он к девушке, та со скорбным видом закивала, едва не пустив слезу.
А я удивилась таким вопросам. С чего вдруг он стал бередить чужие раны? Как мне ни была омерзительна эта девица, но чувство такта никто не отменял. Правда уже со следующим вопросом на Кишарию уставились все.
— Тогда каким же образом час назад моя сестра со своей семьей оказалась жива и здорова, а ее муж имеет весьма прибыльную должность при дворе Его величества?
Немая пауза. Лицо Кишарии стало белым словно мел. Глаза заметались из стороны в сторону. Она сейчас явно искала пути отступления, но не находила. А градоправитель решил ее добить самым простым вопросом:
— И раз моя племянница — настоящая племянница — прибыла вместе с семьей, то кто же ты? И что тебе понадобилось в Эквойре?
  
Глава 1.3
   
Отвечать она не стала. Резко выхватив из декольте голубой камешек, сжала его в руке и растворилась в воздухе. Досаду скрыть ей не удалось. А я вздохнула.
— Очередной шпион. Осталось понять, от кого на этот раз, ведь император нынче сам пожаловал.
— Да мало ли? Вон, другие Империи тоже не прочь наложить лапу на твои новинки, потому и присылают своих шпионов, — выдал Кузьма. Они с Люхаем переглянулись и покачали головой. — Я одного не пойму, как мы могли проморгать шпиона?
— А как бы вы ее вычислили? Она же вроде как к дяде прибыла. А у нас с каждым днем народа все больше и больше, за всеми не уследишь, — поведала со вздохом. И тут же поинтересовалась у мужчины: — А как вы сами свою племянницу не узнали? Точнее увидели в самозванке вашу родственницу?
— Так ведь я ее не видел с самого рождения, откуда бы я мог ее знать? Когда она появилась вся такая разбитая и несчастная, сообщила о гибели сестры с мужем, я и предположить не мог, что она врет. Представляете мой шок, когда Риза появилась на пороге моего дома со всем семейством. Я думал, у меня сердце остановится. И не придумал ничего лучше, чем уточнить: «Вы живы или призраки?». Думал, меня прямо там прибьют. Но обошлось. Риза рвалась сама разобраться с наглой самозванкой, едва удержал, прекрасно зная, насколько сестра скора на расправу.
— Что ж, будет уроком. Нельзя бездумно верить на слово первой попавшейся, — наставительно заметила и едва не скривилась, увидев Императора, спускающегося по лестнице. А я до сих пор так и не успела поговорить с тхе Аллоизой и узнать наполненность отеля.
Теперь мы все вместе наблюдали за монархом. А вот он смотрел только на брата, словно никого из нас не замечая. Даже поравнявшись с нами, поинтересовался:
— Дрэх, ты ко мне? С чем пожаловал?
— Нет, не к тебе, я сопровождаю иль Хаясу, расслабься, — последнее слово он прошептал едва слышно, но так как я стояла почти рядом с ним, то прекрасно расслышала. У монарха ни единый мускул на лице не дрогнул, но шпильку он отпустить не забыл:
— Не забывай, дорогой брат, она замужем. И вряд ли захочет остаться без всего, если спутается с тобой.
— Не забывай, дорогой брат, — в том правителю произнес Дрэх: — Если я возьму власть в свои руки, то пересмотрю давно загнившие законы, которые давно пора пересмотреть.
Я же про себя усмехнулась. Один-один. Но если лицо Дрэха сияет легким злорадством, то у монарха оно стало перекошенным от досады. Мужчина явно не привык, когда ему перечат.
- О каких законах ты говоришь, брат? - и голос стал таким елейным, словно патоки перебрал.
- Не строй из себя глупца, ты и так все прекрасно понял. И, кстати, в отличие от тебя, я прекрасно помню все своды законов, даже те, которым по пятьсот лет. И в одном из них как раз указано, что если в течение года брак не консумирован, он считается недействительным, - столько самодовольства в голосе моего спутника, что меня аж гордость взяла, а вот монарха перекосило. Он хлопал глазами и пытался отыскать достойный ответ, но не смог.
Зато я промолчала, не став выдавать тот факт, что на момент замужества мне было всего семнадцать, и консумировать брак мы никак не могли. Придется еще потянуть время, так как уверена, в том же законе должны быть подобные ограничения. А вот с Дрэхом надо будет поговорить на эту тему.
- Иль Хаяса, не желаете показать мне город? Рассказать о своих новинках? Меня тут заинтересовали многие ваши вещицы, в столице они бы точно пригодились, - перевел взгляд на меня правитель. Я широко улыбнулась.
- Обязательно, Ваше величество, но после оформления патента и договоре о процентах на продажу.
Ох, как его перекосило. Он надулся и собрался выдать явно нечто нелицеприятное, но я поторопилась ему напомнить одну немаловажную деталь, о которой он упорно все время забывает:
- Ваше величество, я не ваша подданная и не обязана дарить свои изобретения. У меня самостоятельная территориальная единица - Эквойр. И я радею за его благополучие. К тому же, мне бы не хотелось, чтобы на моим идеях зарабатывал кто-то другой. Поэтому сперва патент, потом договор и уже сами идеи. Как вам такой расклад? - и даже глазами сверкнула, ресницами похлопала, но мои потуги не дали никакого результата. Вон как злится. Привык наверное, что ему никто ни в чем не отказывает, а тут появилась дамочка, которая не желает бесплатно обогащать чужую казну.