Поцелуй на удачу (СИ)

Кто мерзавец??? Я мерзавец?!!
Веду совершенно нетрезвых девиц домой и ни на что не намекаю! Даже если очень хочется!
Заявление было такое наглое, что срочно захотелось что-нибудь доказать. Завернуть в темный переулок, прижать девчонку к стене и целовать, целовать, целовать… в общем, к чему нам голословные обвинения? Необходимы неоспоримые факты!
— Ты чего на меня так смотришь? — спросила Алексия, когда в очередной раз мне пришлось придержать ее от падения на ровном месте.
— Как? — спросил я, размышляя, что в принципе и темный переулок не так чтобы обязателен.
— Как будто съесть хочешь, — заявила эта хмельная нахалка.
— Может и хочу, — улыбнулся я.
— Я невкусная, — вздохнула она в ответ.
— Мне так не кажется, — пробормотал я, склоняясь к девушке.
Алексия замерла, даже кажется дышать перестала. Зеленые глаза расширились, губы приоткрылись, тонкие пальчики вцепились в мою руку.
— Мы подходим к академии. Сможешь идти без опоры? — спросил я, внимательно рассматривая ее растерянное лицо.
— Попробую… — пролепетала девушка.
— Пробуй, — скомандовал я, резко отстранившись.
И почему мне показалось, что на лице у Алексии промелькнуло разочарование?
Алексия
Мерзавец! Наглец! Гад гадский!!! Да как он мог! Да как посмел! Вот так вот взял и отодвинулся!
Рожа герцогская бессовестная!
Нет, я конечно не стремилась подарить этому наглецу свой первый поцелуй, но сам факт!!!
Пристрелю на ближайшей тренировке. Два, нет, три раза пристрелю! Вообще со штрафной зоны у меня не вылезет!
Полная гневных мыслей, я развернулась и зашагала в академию. Шагала, на мой взгляд, очень уверенной, твердой походкой. Шла по идеально прямой!
Гадский гад шел следом. Молча и на расстоянии в пару шагов. Я буквально чувствовала его взгляд у себя меж лопаток, но не оглядывалась.
Еще чего!
Так мы и дошли до моей комнаты. К моему глубокому сожалению, нашу процессию все-таки застала некоторая часть студентов и даже парочка преподавателей. Первые смотрели, выпучив глаза, вторые же наоборот, эти глаза отводили, делая вид, что ничего не видели.
Я широко распахнула дверь, вошла в свою комнату и промаршировала к своей кровати. Эмма, все еще пыхтевшая над домашней работой, встретила нас ошарашенным взглядом.
— Что с ней? — спросила она шокированно у Виктора, как будто меня здесь не было.
— Сливок налакалась, — усмехнулся капитан.
— Лекси? — подруга перевела очень круглые глазки на меня.
— Мяу, — буркнула я и плюхнулась на кровать.
Мяяяягонькая…
 54 
Утро началось с ощущение взгляда. Внимательного такого, осязаемого взгляда.
Я с трудом разлепила глаза и попыталась осмыслить свое положение в пространстве.
Лежу. Вроде бы. Нет, точно лежу. На чем-то мягоньком.
Я пошевелилась, и что-то мягонькое качнулось подо мной. Противно так качнулось, мгновенно намекнув на то, что морские прогулки я никогда не любила.
— Жива? — раздался ехидный голос Эммы.
Путем титанически усилий я перевернулась на бок и приняла подобие вертикального положения. Стены медленно покачивались вместе с потолком, а подруга сидела за столом и смотрела на меня так, как иногда смотрел отец.
С плохо сдерживаемым желанием выпороть безмозглое чадо.
— Местами, — пробормотала я. — Который час?
Эльза поистине царственным движением повернула голову на рабочий стол, где располагались часы в виде двух целующихся медвежал, поддерживающих циферблат.
— Девять утра.
Я прикрыла глаза. По-хорошему надо было подрываться, умываться, бежать на завтрак и скакать на тренировку.
Я же обещала.
Но от мыслей про завтрак начало мутить, а от мыслей про подорваться — кружилась голова. Про тренировку думать вообще не хотелось — хотелось забиться под кровать и никогда не вылезать оттуда, чтобы, не приведи магия, не встретиться с парнями или, того хуже, с Виктором.
— Ты скажи мне, как тебя угораздило вчера так… на-ла-кать-ся? — строгим тоном поинтересовалась Эмма.
  
— Я не планировала! — принялась я оправдываться. Слабо, правда. На сильно у меня не было никаких моральных сил.
— И как же так получилось? — прищурилась подруга.
— Ну я же не рассчитывала, что сливки будут алкогольные, — буркнула я в ответ.
Эмма прикрыла глаза ладонью:
— Нет, я конечно помню, что ты из деревни, но чтоб из такой глухой…
— Ну сливки же! — заспорила я.
— В БАРЕ!!! — воскликнула подруга. — Как тебя одну вообще отпускать?
— Никак! — ответила я, приведя подругу в полное замешательство. — Никак не отпускай меня больше пить с этими… да ни с кем не отпускай, я не умею!
Подруга тяжело вздохнула и наверняка хотела задать еще несколько вопросов о вчерашнем, но в дверь постучали.
Уверенно так, настойчиво. Сразу стало понятно — по мою душу.
— Не открывай! — пискнула я, вцепившись в одеяло.
Хотя что в него цепляться, я же отрубилась одетая.
— Не открывай! — повторила я испуганно.
Эмма даже не думала меня слушать. Подруга встала и пошла к входной двери.
— Рано или поздно тебе придется столкнуться с суровой реальностью.
— И почему ты решила, что лучше рано, чем поздно?
— Ну, я буду стоять у вас над душой, и все будут вести себя прилично.
— Да мы и без тебя вели себя прилично! — возмутилась я.
— Ага, — отозвалась Эмма таким тоном, что сразу стало понятно — не поверила ни единому слову.
А затем эта предательница распахнула входную дверь и в комнату вошел… вошли.
Наша команда по аэрену в полном составе.
 55 
— Ты смотри-ка, живая! — радостно заявил Микаэль.
— А что, были сомнения? — буркнула я.
— Ну так… — ехидно хмыкнул Эгилл, подходя к моему столу и выставляя несколько флаконов с разноцветными жидкостями.
— Что это? — спросила я растерянно.
— Зелье воскрешения, — хмыкнул Эгилл.
— И вы явились сюда полным составом, чтобы его вручить? — ехидно уточнила Эмма.
— Мы не могли это пропустить, — раздался негромкий голос Виктора, и мне захотелось провалиться сквозь землю.
Сделать это на третьем этаже было проблематично, так что я всерьез размышляла, а не забраться ли под одеяло с головой, игнорируя пространство.
Потом я вспомнила, что мы вообще-то в моей комнате, которая, конечно, сейчас больше походила на коробок со спичками, потому что парни заполнили собой все пространство. А моя комната — это почти что мой дом. А мой дом — это определенно моя крепость. А раз так, то какого демона я должна прятаться под одеялом?
— Как представление, нравится? — мрачно спросила я, окинув непрошенных гостей взглядом.
— Ууу, у кошечки есть зубки и коготки! — широко улыбнулся Микаэль.
Я перевела мрачный взгляд на Виктора, мысленно обещая ему мучительную смерть от безделья в штрафной зоне.
— Ну, расскажешь ей что к чему, — заявил Стефан, похлопав Виктора по плечу.
Теневой маг удрал первым.
— Эх, а я хотел посмотреть… — протянул Микаэль.
Что он там хотел посмотреть осталось неизвестным, потому что Виктор кинул на него мрачный взгляд, и здоровяк, сделав театральный вздох, тоже отправился на выход.
— Все-таки я думаю, что… — начал Эгилл, но его схватила за руку Эмма и взяла на буксир.
Красавчик был в шоке. Наверное, впервые в жизни девица не волокла его в постель, а выставляла за порог своей комнаты.
— Пей по очереди от темного к светлому, — произнес Виктор, внимательно смотря на меня.
Эмма демонстративно прокашлялась, заставляя капитана хмыкнуть.
— Тренировка через полчаса. Мы тебя ждем, — кинул напоследок Виктор и тоже вышел.
Едва за ними закрылась дверь, Эмма плюхнулась на свою кровать и пискнула:
— Они были тут! Полным составом! А я даже не накрашена!
— Поверь, сегодня я была звездой этого представления, — мрачно отозвалась я, рассматривая подозрительные бутыльки.