Невинная для хулигана

– Сегодня я вас хочу переслушать. На моих занятиях тухло.
Он хмурится ещё сильнее, аж мрачнеет – видно, что перед первашами неудобно ему. Но всё равно медленно и неохотно кивает.
******
Милана всё-таки поела. Причём даже не бросив на меня ни одного взгляда – если и поняла, от кого доставка, виду не подала. Зато парня прям благодарила, общаться с ним начала. Назло мне?
Было бы странно, если реально да. Но, блять, чувствуется почему-то так.
Благо, щупленький только тушуется от её улыбочек и милых разговоров. Вот он как раз то и дело оборачивается на меня, вяло ей отвечая. И всё это на перемене, которая на этот раз проходит прямо в этой аудитории, потому что следующая пара у них будет здесь.
Тот факт, что Милана очень даже сытно и с аппетитом поела вот так по-королевски для этой академии – за партой и даже немного в разгар пары – привлёк всеобщее внимание. Препод ничего не сказал, потому что наткнулся на мой суровый взгляд, когда собирался. Причём ещё на этапе, когда собирался высказать осмелевшемуся зайти с подносом прямо во время пары парню. Тот, кстати, молодец – я думал, зассыт вот так зайти, до перемены подождёт. Но нет, серьёзно отнёсся к моему поручению. Так что в целом пусть говорит с Миланой – возможно, я его и сделаю своим осведомителем, когда мне наскучит с первашами зависать.
А ребята из группы стебутся над ним за то, как услужливо Милане всё преподнёс, даже всякую хрень про влюблённость и изящный подкат несут. Паренёк совсем от этого тушуется, а она беззаботно отшучивается. Вроде как с лёгкостью. Я аж подвисаю, слушая её смех. Такой… Мягкий. Приятный.
В общем, вроде как ничто не предвещает какого-либо пиздеца, пока не начинается уже третья, последняя на сегодня, лекция у первокурсников.
В аудиторию заходит совершенно новый для меня препод. А знаю я в этой академии всех. Этот же… Холёный какой-то, скорее мажора напоминает. Молодой. Уверен, там и тридцати ещё нет. Охренеть как не вписывается этот красавчик в нашу обстановку.
– Меня зовут Андрей Степанович, – важно заявляет он, довольно пристально скользя взглядом по собравшимся… Останавливается на Милане. Чуть усмехается. – Буду вести у вас основу экономики. Для начала давайте… – осекается, наконец встретившись взглядом со мной.
Смотрю на него вот именно так, чтобы сходу уловил, насколько не стоит нарываться. Один из моих жёстких угрожающих суровых взглядов, от которых много кто в этой академии как минимум обделаться успел.
Но этот, как ни странно, не тушуется:
– Насколько я понимаю, вы не из этой группы, молодой человек, – заявляет мне, на что я прям чувствую, как напрягаются все перваши.
А этот придурок либо не улавливает, либо ему ровно вообще. Хм… Будь он обычным новеньким преподом, вряд ли игнорировал бы вот уже второе очевидное безмолвное предостережение.
Даже администрация и охрана академиии не рискуют со мной связываться.
– Верно, – только и бросаю с вызовом. Прощупываю пока…
Но и он как будто тоже. Бессмертным заделался? Смеряет меня задумчивым внимательным взглядом, кивает чему-то.
– Сегодня – последний день, когда я вас здесь вижу. Сейчас выгонять не буду, но исключительно потому…
– Что не сможешь, – перебиваю его, намеренно перейдя на «ты».
Кто-то прыскает такому ответу, наверняка рассчитывая, что вот сейчас препод стушуется. Я, кстати, нет, так не думаю. Это явно не самый обычный типчик. Надо будет понаблюдать повнимательнее.
Андрей (Степановичем я его называть хрен там буду) бросает взгляд в сторону подхихикивающих, потом снова возвращает на меня.
– Наслышан… – внезапно заявляет. – Тебя называют Мраком, да? – тоже перестаёт выкать.
– Хреново слушал, раз сомнения, – только и отрезаю, решив пока не заявлять, что при необходимости могу продемонстрировать, откуда кликуха.
Законы тут не действуют. На нас всем похер. Нас как бы нет для того мира, за территорией академии. А здесь правит сильнейший. Хотя я и не перегибаю – на грани балансирую. Даже такой холёный чел, который явно выходит за ворота территории академии и живёт в том мире, не должен иметь поводов и возможностей найти на меня управу. К тому же, такие, как он, к нам и не попадают. Андрюша тут не просто так – и не тот, за кого себя выдаёт.
  
А если так, вряд ли захочет себя выдать и быть в центре каких-то проблем и разборок.
– Не советую так со мной разговаривать, – спокойно заявляет он. – Но да, слушал я достаточно хорошо, чтобы считаться с тем, какой авторитет ты тут заработал. Но я всё же считаю, что и в этой академии можно жить по законам цивилизованного общества. Потому, как я и сказал, сегодня я спущу тебе всё с рук, но советую призадуматься над тем, стоит ли со мной ссориться.
Ну охренеть теперь… Это угроза? Издаю пренебрежительный смешок, откидываясь на стуле и чуть качнувшись на нём. Андрюха не реагирует.
Любопытный кадр… Определённо непростой. И петушиться на такого глупо. Без действительно важного повода. Мериться причиндалами – скорее детский сад, который угробит мне репутацию ребяческими попытками задеть препода. Так что на сегодня хватит.
И Андрюшка, кстати, и сам это понимает. Вижу же по лицу. Потому и не реагирует на мой смешок. Уступает мне – даёт оставить последнее за собой, чтобы не выёбывался лишний раз и не создавал нам обоим проблем. Не дурак…
А ещё при всём этом он тут явно из-за Миланы. Смотрит на неё чаще остальных. Вообще реагирует на неё – может, со стороны и незаметно, но я чётко секу как минимум интерес.
На киллера чел не похож. Или какая там угроза у её семьи?
Ладно… Разберёмся.
 
Глава 5. Милана
 
Что ж, первый день получается лёгким. Совсем даже не конфликтным, не считая тот эпизод с Максом, который был подстроен. Но расслабляться рано – ко мне не цеплялись, но я ведь подмечала, как кто-то кого-то то и дело шпынял, использовал, унижал. В моей группе, кстати, нет, но достаточно было стоять в коридоре, чтобы подмечать в других. Или улавливать эту информацию из разговоров ребят.
Моя группа хорошо себя вела, скорее всего, исключительно из-за присутствия Мрака. Перед ним никто не решался выпендриваться, вот и всё. А потом и препод этот… Нестандартный для такого места. Вижу по реакции ребят.
А после занятий Андрей Степанович неожиданно тепло обращается ко мне:
– Милана… Задержитесь, пожалуйста.
– Охренеть ты популярна, – беззлобно фыркает за моей спиной симпатичный кудрявый брюнет. Не помню имя. – Мало было подноса с едой?
Ага, того самого, который явно от Марка был… Припахал несчастного паренька, который разве что не заикался от волнения. И потом сам за мной всё убрал и вынес. Я хотела сопротивляться, но не стала – так испуганно посмотрел… Сразу поняла, что проблемы у него могут быть.
У него они и так в какой-то степени есть. Теперь все в группе думают, что Глеб (так его зовут) влюблён в меня. И решил вот так подкатить. Про Марка никто не догадывается… Кроме, разве что, вчерашних ублюдков, в чью сторону я даже не смотрю. И их взглядов, кстати, тоже не чувствую.
Марк остаётся сидеть за последней партой, когда я подхожу к Андрею Степановичу. Ребята неохотно выходят, оглядываясь на назад. Преподаватель бросает взгляд на всё ещё угрюмо сидящего на месте Марка, но не говорит ему ничего. Только мне:
– Хотел сказать, что если у тебя будут какие-то проблемы или просто захочется поговорить… Я всегда к твоим услугам. Можно даже вне учебного времени. Вот мой номер, – протягивает мне, видимо, заранее заготовленную бумажку. Оригинальный способ обмена контактами, давненько с таким не сталкивалась. Обычно в телефон сразу забивают. – Звони, пиши. Я живу в общежитии для преподавателей и администрации. Оно через дорогу от вашего.
Я даже не нахожусь со словами – слишком выбивает эта его доброжелательность внезапная. А потом только замечаю, что на листочке не только номер написан. Там и почерк отца: «Мы говорили, что связываться напрямую у нас не получится. Андрей – наш способ связи. О нём никто не знает. Марку тоже не стоит, порви листок».