Катастрофа в академии магии (СИ)
Почему никого из преподавателей до сих пор, хотя катастрофа уже перешла на второй курс, не волнует, что она в самом деле не может сдерживаться? Почему до сих пор ее и не пытались учить? Почему позволяют себе над ней издеваться? Нет, я тоже, конечно, хорош, но...
Алан вообще в курсе?
Сегодня в любом случае узнает.
После занятия, когда катастрофа и ее подружка Селия о чем-то болтали у окна, ко мне со спины подкралась Виктория. Я узнал ее по резкому лимонному запаху духов.
— Ты так трогательно носишься с этой мышкой, Кайден, — проворковала она мне в ухо. — Интересно, когда тебе уже надоест?
Как всегда — нежнее змеи и деликатнее жабы.
— Виктория. Давно не виделись.
Она усмехнулась, откинув меня тяжелым и дружелюбным, как ей казалось взглядом. Откинула на спину прядь тяжелых темных волос.
— Кайден, — проговорила она мне в ухо, — я тут подумала: а не встретиться ли нам у меня? Скажем, после отбоя? Сегодня? Отлично проведем время.
Даже если бы Виктория осталась последней девушкой в королевстве — я бы предпочел руку. Стоило вспомнить, как она и ее подруги довели до слез катастрофу, всерьез пытаясь ей навредить, чтобы, видимо, убрать из состязания на звание леди Грей, как руки сжимались в кулаки. Виктория и остальные — просто не знают, как им повезло. Катастрофа их могла бы просто удавить. Буквально. И даже бы не запыхалась.
— Думаешь, это хорошая идея? — светским тоном спросил я, не отрывая взгляда от Лори, к которой снова приблизился этот Денни, чтоб его грифон потоптал. — Я, как ты верно заметила, ношусь с этой мышкой.
Виктория хмыкнула и проследила за моим взглядом.
— Ерунда. Ты с ней наиграешься — когда? Через неделю? Месяц? Да брось, Грей. Я тебя знаю.
— Откуда? — Я обернулся к ней, скрестив руки.
— Наблюдала за тобой, — пожала плечами Виктория, и ее глаза по-драконьи блеснули. — Давай начистоту, Кайден. Однажды мы поженимся.
Ничего себе.
— Думаешь?
— Конечно. Смотри, ты — Грей, я — старшая Оуэнс. Наши роды — два самых могущественных, не считая королевского. Но кронпринц Эрхард отпадает, его брат — тоже, а сестра пока слишком мала. Итог — мы друг для друга лучшая партия. После того, как… случились все те неприятности. Ну ты понял.
Она слегка поморщилась, намекая, видимо, на нападение сумрачных тварей, гибель моей невесты и моего старшего брата. Изящно она назвала это “неприятностями”. Виктория, как и ее семья, сразу после того, как появились сумрачные твари, сбежали в поместье подальше от столицы, объяснив это тем, что будут охранять “западные рубежи”. Удачно, что там-то как раз никаких тварей не было.
Возможно, они просто эффективно охраняли.
— Звучит логично, — кивнул я.
— Разумеется. Так что я наблюдала за тобой, Грей. И — сам подумай, мы друг для друга лучший выбор.
— Хм.
— Именно. Я смогу закрывать глаза на твои похождения — слова не скажу. Меня это мало интересует. А ты — ты закроешь глаза на мои.
Она провела кончиком пальца по моей щеке, и я поморщился.
— Нет, — преувеличенно серьезно откликнулся я, продолжая одним глазом наблюдать за катастрофой. Денни, стоящему с ней рядом, хотелось своими руками шею свернуть. — Может, я против похождений после свадьбы. Это как-то неинтересно.
Виктория засмеялась.
— Кайден, кого ты обманываешь? Я уже год за тобой наблюдаю — сколько девушек у тебя было за это время? Ты каждой из них хранил верность? Как долго? Весь день? — Она произнесла это с непередаваемым сарказмом. — Брось, я все про тебя знаю. И готова поддержать. Мы драконы — берем то, что захотим.
— Может, я хочу жениться на Гринс — и у меня любовь? М?
Сам не знаю, зачем я это сказал. Это было не так.
Ведь не так?..
Я об этом… пока не думал.
— Не говори ерунды. Ты не способен любить.
Почему-то от ее слов закололо где-то в груди.
Я ухмыльнулся.
— Думаешь?
— Конечно. Сейчас Гринс тебя чем-то зацепила — но надолго ли? Ты с ней поиграешь, потом — станет неинтересно. И знаешь почему? Потому что Гринс — скучная простушка, в которой нет ни ума, ни утонченности. Сейчас она кажется тебе интересной, может, даже экзотичной — определенно, не лишенной привлекательности. Но потом? Ты можешь, конечно, сделать ей предложение, даже объявить о помолвке — вот это будет скандал! А потом тебе станет скучно, и ты не будешь знать, как от нее избавиться.
— Ты, кажется, все знаешь наперед.
— А разве я не права? Сколько таких историй видел свет? Потом ты все-таки ее бросишь — и она вернется обратно в ту же дыру, откуда выползла. А ты — ты вернешься к тому, что действительно твое.
— И что же, по-твоему, мое?
— Удовольствия, — проговорила мне в ухо Виктория. — И я не собираюсь тебя в них ограничивать. Подумай. И разбивай бедняжке сердце как-нибудь поделикатнее, она с тебя глаз не сводит, уже наверняка мысленно рожает от тебя третьего мальчика. Наивная дурочка.
— Почему же?
Может, я не против того, чтобы катастрофа родила мне парочку катастрофических детей. Правда, для этого нам неплохо бы дойти до постели, потому что пока у нас там сплошное “ой”.
— Я предупреждала тебя, Кайден: простолюдинки не умеют играть по нашим правилам. Потому с ними не стоит играть на равных. Ими нужно просто… просто пользоваться. Но ты, кажется, не понимаешь, что делаешь. Ты подумал, что будет после того, как тебе надоест с ней возится? Как обидно ей будет снова стать… никем?
В этот момент Лори обернулась и вопросительно уставилась мне в глаза. Почувствовала что-то?
Например, то, что я очень хочу оторвать кое-кому голову?
Я кивнул и снова перевел взгляд на сладко улыбающуюся Викторию.
— Ты можешь выбрать любую, Кайден. Каждая девушка в королевстве будет рада твоему вниманию. А можешь… — Она положила когтистую ладонь мне на плечо и потянулась губами к моему уху, шепча: — Со мной сможешь не выбирать.
Виктория одарила меня очередным дружелюбным и игривым — как ей казалось — взглядом, а затем пошла вперед, виляя бедрами так, что чересчур короткая клетчатая юбка показывала мне чересчур много.
— Подумай, стоит ли размениваться на всякий… мусор. Когда рядом кое-что поинтереснее. Хорошего дня, Гринс! Прическа у тебя сегодня — просто блеск!
Лори, которая успела утром только собрать волосы в огромный пучок и крайне из-за этого переживала, тут же залилась краской.
Проводив Викторию глазами, я посмотрел вперед и тут же поймал взгляд этого Денни. От него буквально фонило темнотой — даже для некроманта слишком сильно. И смотрел он на меня так, как будто мечтал где-нибудь закопать, а потом раскопать, оживить и снова закопать.
Кивнув ему, я подошел к катастрофе.
— Лори, можно тебя на минутку?
Иррационально хотелось отвести ее подальше — от этого Денни. Пока я не думал, чем вызвано такое желание. Он же не может быть в самом деле опасным? Но чем-то таким от него тянуло… Вся моя интуиция, которая обострилась за время охоты на сумрачных тварей, сейчас заставила меня подобраться и утащить катастрофу в сторону.
“Разбивай сердце бедняжке как-нибудь поделикатнее”.
Я поморщился.
Что эта дура вбила себе в голову? Гринс — ужасная заноза в заднице и неоднократно говорила, что терпеть меня не может. Какое уж тут разбитое сердце.
— Грей, — улыбнулась Лори, и меня окатило теплой волной ее эмоций.
Чтоб его. Как я раньше на это умудрялся не обращать внимания? Или артефакт начал действовать сильнее?
Виктория что, права? Катастрофа в меня втрескалась?
Твою же мать.
— Ты что-то хотел? — Она улыбнулась шире.
— Мне нужно к ректору, — отрезал я.
— Ладно, — она пожала плечами.
Что, даже спорить не будет? Плохо дело.
“Разбивай бедняжке сердце как-нибудь поделикатнее”.
“Простолюдинки не умеют играть по нашим правилам”.
“Она наверняка мысленно рожает от тебя третьего ребенка”.
Я не… Мне нравилась катастрофа. Я, определенно, не против был бы увидеть ее в своей кровати — и не только для того, чтобы спать рядом, как боевые друзья.