Катастрофа в академии магии (СИ)

А катастрофа… уму непостижимо! Даже как-то обидно.
— Да ты… Гринс! — возмутился я. — Да по тебе в жизни не скажешь, что ты такая стерва!
Она засмеялась и зашевелилась, укладываясь на бок. 
— Спокойной ночи, Грей. Постарайся не слишком сильно расстраиваться из-за нашего грядущего развода. 
Дважды стерва. 
Я уснул, понимая, что улыбаюсь в темноту, как дурак. 
Дни шли своим чередом. Погода портилась, листьев на деревьях становилось все меньше, умения катастрофы управляться с магией — все больше. 
Я почти привык к тому, что она постоянно где-то рядом. Даже к ее тетке, которая однажды прижала меня к стене и устроила допрос с пристрастием, привык. 
— Если я узнаю, — угрожала она, грозно размахивая испачканным в супе половником перед моим лицом, — что твои руки побывали под юбкой моей племянницы до того, как на ее пальце оказалось кольцо… Пеняй на себя! Не посмотрю, что ты дракон!
Я хотел напомнить, что со мной стоило бы обращаться бережнее. Дракон в числе постоянных посетителей, даже с учетом того, что никто не знал, кто я на самом деле — спасибо Алану, который запретил печатать мои портреты в газетах, — здорово поднимал престиж “Хромого ругару”. 
Но тетка катастрофы Гринс явно была не настроена на спокойный разговор.
Пришлось заверить ее в моих самых дружеских (увы!) намерениях.  
Впрочем, становилось понятно, в кого Гринс такая целомудренная. На мой вкус — все-таки слишком целомудренная. Серьезно, мы жили уже больше месяца в одной комнате, а я до сих пор ни разу не видел ее ни то что голой — хоть чуть-чуть раздетой. 
Блузку она всегда застегивала на все пуговицы, никогда не закатывала рукава пиджака, а уж ее ночная сорочка, из плотной ткани, с высоким воротом и длиной до самого пола, и вовсе повергала меня в ужас.
Катастрофа же была — вполне ничего себе. Не была бы такой зажатой…
— Гринс, тебе нужно быть более открытой, — наставлял я.
— Вот разведусь — и уйду в отрыв! — отмахивалась она. — А пока приходится сдерживаться. Уж ты-то как никто должен понимать!
Стерва!
В один из дней, когда я выходил из столовой в сторону полигона, чтобы там позаниматься с катастрофой не тем, чем мне бы хотелось, за плечо меня кто-то дернул.
Обернувшись, я увидел Бэкона — дракона, который теперь учился на одном курсе со мной. Катастрофа, ее подружка Селия и даже этот некромант недоделанный его терпеть не могли.
И, кажется, это было взаимно.
Что ему нужно?
  
Глава 25
 
Смотрел на меня Бэкон как-то странно. 
— Чего тебе? — спросил я, окидывая его любопытным взглядом.
Я помнил Бэкона еще подростком, тощим и нескладным. Для меня, учитывая месяцы в стазисе, с тех пор прошло совсем немного времени, а Бэкон за эти годы изменился, стал старше и крупнее. Теперь его черные волосы были коротко подстрижены, подбородок обрел твердость и тень от щетины, но вот взгляд зеленых глаз был таким же, как раньше: взглядом исключительной ершистой занозы в заднице. 
— Ну, Бэкон? — поторопил я, краем глаза заметив, что катастрофа тоже направляется к выходу из столовой. — Туда или сюда, мне надо идти. 
Бэкон проследил за моим взглядом и сморщился.
— Зачем ты возишься с этой замарашкой?
Я сжал зубы.
— Не зли меня. Хвост оторву и вставлю… сам знаешь, куда вставлю. 
Бэкон дернулся, вжал голову в плечи, а потом возмущенно уставился на меня.
Я хмыкнул. 
Этот внебрачный сын гриффона и боггарта несколько месяцев служил под моим командованием. Когда сумрачные твари только-только объявились, всех драконов Алан, естественно, мобилизовал на защиту королевства. Всех, кто был достаточно взрослым и сильным, конечно. Детей, как и обычных людей, спрятали подальше, чтобы защитить.
Всех, кроме Бэкона, которому на тот момент только-только стукнуло пятнадцать и который никак не желал отправляться в укрытие.
Потому я узнал, что отец Бэкона, престарелый маразматик с замашками садиста, помешанный на превосходстве крови драконов и на чести рода, отправил единственного сына на передовую. 
  
По закону, никто не мог запретить дракону, даже несовершеннолетнему, защищать королевство, так что Алану пришлось согласиться с таким раскладом. Максимум, что он мог сделать — держать это недоразумение под присмотром, то есть — в нашем отряде.
Под моим непосредственным командованием и под моей ответственностью. 
И Бэкон был форменной. Занозой. В моей. Заднице. Хуже, чем сумрачные твари. 
Например, один раз он чуть не убился, когда бросился между мной и голодной тварью, которая едва не оторвала мне крыло нитями-щупальцами. 
Так что крыло почти оторвали Бэкону-идиоту. 
“Твое место, — орал я на него после этого, — сидеть в засаде! И не высовываться! Не. Лезть. Никуда!”
“Они бы тебя убили!”
Вот идиот. А если бы его, такого мелкого, убили — я бы как потом жил?
Я был старше совсем не намного, но — намного сильнее, особенно когда стал совершеннолетним и смог впитать силу рода целиком. Так что за Бэкона чувствовал ответственность. А он всячески испытывал мое терпение.
Сейчас, видимо, решил заняться тем же.
— Она сумасшедшая, — поморщился Бэкон. — Вообще не понимаю, почему ее здесь держат. Ей место в психушке. Она опасна!
Перед глазами у меня потемнело.
Бэкон был одним из первых, кто примчался ко мне, когда я вышел из стазиса, — я был рад его видеть. И до этого момента я думал, что он не сможет меня разозлить.
Но он смог.
— Соображай. Что. Несешь, — рявкнул я. 
В этот момент мимо прошла катастрофа с Селией, обе посмотрели на Бэкона так, как будто хотели убить. Я смутно припомнил, что в первый день, когда катастрофа едва не взорвала холл, в этом тоже был замешан Бэкон. 
Перед глазами от злости все слегка покраснело. 
У меня появлялись серьезные сомнения в собственной адекватности, когда речь заходила про катастрофу. Может, это действие артефакта?
— Как будто это непра…
— Иди сюда.
Я взял его за шкирку, как старые добрые времена, и потащил подальше от двери столовой, куда-нибудь, где не будет так много лишних ушей. О, вот этот тихий отросток коридора подойдет. 
— Давай, — поторопил я, встряхивая это несчастье. — Говори, что хотел. 
Бэкон молчал, глядя на меня исподлобья.
— Ну?
— Про вас все… болтают! — вспыхнул он. — Что ты ходишь за этой… замарашкой, как привязанный! А она тобой… крутит, как хочет. Разве так себя полагается вести дракону? Ты нас все…
Он замолчал и залился краской. 
Я вспомнил, как успокаивал Бэкона, еще совсем мелкого, после того, как он в первый раз нос к носу столкнулся сумеречной тварью. Огромные черные провалы глазниц, неизменно исходившая от них вонь, ядовитые нити-щупальца, тянущиеся изо рта, ледяной холод.
Вряд ли кто-то обвинил бы пятнадцатилетнего мальчишку, пусть и дракона, в том, что после такого ему снились кошмары.
Очень хотелось найти его отца, который прятался где-то в загородном поместье, прикрываясь инвалидностью, и как следует съездить ему по морде за то, что отправил сына в такую мясорубку.
Но, несмотря на юный возраст, Бэкон был смелым. И одним из тех, на кого можно рассчитывать. Как минимум, он был тем, кто всегда мог найти для нас еду, в какой бы заднице королевства мы ни оказывались, преследуя стаи тварей.
— Договаривай, — мрачно скомандовал я. 
— Ты нас всех позоришь! — выпалил Бэкон.
Он огляделся, но отросток коридора, куда я затащил Бэкона, был пуст. Нас никто не слышал, можно было говорить спокойно. Но и свернуть разговор из-за того, что здесь полно лишних ушей, не получилось бы.
— Позорю, — повторил я.
— Да! Ты вообще думаешь о… о чести рода! Ты Грей! А сам стелешься перед этой замар…
Схватив Бэкона за грудки, я толкнул его к стене.
— Назовешь ее так еще раз — пожалеешь. 
Придумал тоже — мою жену оскорблять. Я в это вляпался, конечно, не по своей воле, но… не важно!