Только одна ночь. Ошибка прокурора (СИ)

– Я согласна, – лепечет, вернувшись в кресло. – Заламывает руки.– Только помоги! Я прошу тебя!
– Во что ты влипла? – усевшись напротив, давлю взглядом. Вроде, еще недавно условия мне ставила генеральская дочка. Изгалялась.
– Меня ищет отец ребенка, – всхлипывает она. – А я не хочу иметь с ним ничего общего…
– Кто? Что? Давай имя и фамилию, – решаю спокойно. – Я разберусь. Но сначала развод, Лида.
– И деньги, – всхлипывает бывшая. – Дай хотя бы миллион! Я не могу своими счетами воспользоваться. Иначе, он меня найдет. И в Москву не могу сунуться. Меня в аэропорту перехватят. Я потом все верну, Феликс, – добавляет поспешно.
– Миллиона у меня нет. А вот триста тысяч подарить тебе могу. На развод подарочек, – цежу, не скрывая сарказма. А сам пытаюсь понять, от кого залетела моя бывшая, что даже папа-генерал не поможет.
– Когда? – выпаливает она.
– Сразу, – выдыхаю, входя в азарт. – Как только нас разведут, сразу получишь деньги. Идет?
– Да! – выкрикивает она. – Только мне надо где-то спрятаться…
– Феличка, так пусть Лида у нас поживет, – встревает в разговор мама. – Места много. Никто ничего не узнает.
– А Савва за ней приедет? – соглашаюсь на автомате. – Хороший план. Только сначала развод.
– Задрал ты меня своим разводом. Талдычишь как попугай, – раздраженно бросает Лида. Морщит и без того несимпатичное лицо. – На ком ты там хоть женишься? Что за ведьма тебя окрутила?
– Я влюбился, Лид, – признаюсь под хохот бывшей.
– Ты? Никогда не поверю! – восклицает она поспешно. – Не ври. Такие, как ты, не любят.
– Это правда, сынок? – всхлипывает мама и кидается мне на грудь. – Как же я рада!
– Тебе она понравится, – шепчу на ушко. Вдыхаю родной запах ванили и свежей сдобы и больше всего хочу сейчас оказаться дома. Прижать Лару к себе. И если попу сейчас ей нельзя напороть, то хоть объяснить безголовой моей девочке.
– Я сейчас Оксанке позвоню, – берет инициативу в свои руки мама. – Она же нашим Марфинским ЗАГСом теперь заведует. Месяц как назначили.
И ты молчала?!
Хочется заорать в голос. Но сдерживаюсь из последних сил. Сжимаю кулаки, челюсти и прочие сфинктеры. И пытаюсь сохранить остатки разума и спокойствия.
– Собирайся, – приказываю Лиде. – Мам, а наше свидетельство о браке у тебя, кажется? – поворачиваюсь к маменьке.
– Да, в документах лежит. Сейчас принесу, – кивает она. – Вы же в нашем ЗАГСе регистрировались.
«Бинго!» – чуть не ору в голосину. Несовершеннолетних детей у нас нет. Вообще никаких нет. Общего имущества – кот наплакал. Мне оно точно ни к чему. Претензий взаимных нет. Значит, можно через ЗАГС расторгнуть брак.
Хорошие новости! Впервые за сегодняшний день.
Загоняю машину во двор. Открываю переднюю дверцу.
– Прошу. Только без фокусов, Лида.
– Ты же поможешь? – смотрит она с надеждой.
– Обязательно. Савке сам позвоню с засекреченного номера. Или ты боишься, что его прослушивают?
– Я всего боюсь. Честно. Он – страшный человек… – выдыхает еле слышно. И явно имеет в виду не собственного брата.
– Вводные дай. Бательник его быстро в чувства приведет. А мы с Саввой добавим. Никто не имеет права тебя третировать. Понимаешь?
– Теоретически – да. А в реале все иначе, – всхлипывает она. И быстро вытирает слезы тыльной стороной ладони. – Я как в плену была…
– Глупости, – морщу нос. – Ты же генеральская дочка. Кто тебя посмеет тронуть?
– Ты мне не веришь? – вскидывается она.
– Да я никому не верю, даже себе, – усмехаюсь мрачно. И если честно, к бывшей я испытываю только жалость. Заигралась девочка. Вот и залетела. Во всех смыслах.
Торможу у ЗАГСа, и через час выхожу на улицу свободным человеком.
Заезжаю вместе с Лидой в первый попавшийся торговый центр. В банкомате снимаю с карточки нужную сумму.
– Все. Мы в расчете, – передаю деньги бывшей жене.
– Спасибо, – тихо выговаривает она и, кажется, сама на себя не похожа. Бледная, поникшая. Будто кто из нее жизнь выбил.
– Хочешь, отправлю частным джетом к отцу? – предлагаю со вздохом. Манучар с Годой мне не откажут. А у каждого под задницей частный борт. И в Москву летают постоянно.
  
– А можно? – неуверенно тянет Лида.
– Думаю, да, – пожимаю плечами. – На Чкаловский прилетишь, там Савва встретит. Или бательник с мигалкой. Никто даже приблизиться не посмеет.
– Сомневаюсь. Лучше в Монголию. Там точно никто не найдет, – сквозь слезы прикалывается Лида, и мы с ней ржем, как в прежние времена. – Зря я тебя не удержала. Надеялась, что ты, несмотря на мои выходки, будешь все время рядом. Стабильный такой, как восход солнца. Думала, ты будешь делать карьеру…
– А ты гулять? – усмехаюсь криво. – Но так не бывает, милая…
– Прости, – кладет ладонь поверх моей. Дергаюсь как от удара. Ну, с хера ли ко мне прикасаться?
- Сейчас попробую договориться, - отстранившись, иду к машине. А рядом трусит Лида.
По дороге к родителям звоню Тимуру Манучарову. На пять минут разговор и все готово. Завтра летит борт в Москву. Кто-то из безопасников Манучара заберет Лиду от моих родителей и доставит бательнику в Москву.
Как посылку!
«Надо Ларе позвонить», – размышляю, высаживая Лиду около дома родителей. А дальше Лидия Николаевна – забота Климовых. Мне без разницы.
Все. Эта страница моей жизни точно закрылась.
Нащупываю в кармане пиджака свидетельство о разводе и улыбаюсь во все тридцать два.
Я свободен! Сам не ожидал.
Звоню Ларе. Распирает от желания похвастаться новостями. Но маленькая зараза не берет трубку. Упрямо сбрасывает звонок. Обиделась, наверное.
Но и мне тоже с ней нелегко. То бабки у уголовника возьмет, то разболтает конфиденциальную информацию. Вот что в голове у этой девочки?
– Алиса, – звоню дочери. – Дай Ларе трубку.
– А ее нет дома, – недоуменно заявляет она. – Я проснулась, а Лары нет. Ни ее, ни Чапы. Она тебе записку оставила. Написала, что уходит. Как ты мог, папа? Хорошая девочка была…
С ума сойти! Что значит – была? Куда уходит? Зачем? Совсем сдурела?
И с ума схожу от паники. Впервые в жизни сердце заходится от страха. Как я без Лары? Что за фигня?
– Когда это было? – уточняю резко.
– В половине одиннадцатого, – виновато признается Алиса.
– Долго дрыхнешь, – рычу я. – А почему мне не позвонила? – интересуюсь сварливо и осекаюсь на полуслове.
Алиса звонила. Вот только я, дурак, сбрасывал.
– Ладно, я разберусь, – прекращаю дурацкий разговор и смотрю геолокацию любимой.
«Куда тебя понесло, Ларочка? Вот куда может пойти глубоко беременная женщина? А с двойней? Точно далеко не уйдешь!» – размышляю, загружая программу. И с ужасом смотрю на удаляющуюся от города точку.
Что, блин? Куда?
Съезжаю с трассы и делаю срочные запросы. В РЖД – узнать каким поездом едет любимая. И мобильному оператору – срочно нужны распечатки разговоров и сообщений. А через пять минут получаю первый ответ.
Солнцева Лариса Дмитриевна купила билет до Москвы. Поезд номер…. Через двадцать минут подъедет к Марфинской. Стоянка пять минут.
  
Глава 37
 
Глава 37 
Что происходит? Почему так? Ничего понять не могу.
Спокойно завтракали, разговаривали. Вернее, Феликс ел оладьи, а я на него смотрела. И не могла наглядеться. Красивый, сильный. Мой защитник.
Вышел на минуту к Морозову и превратился в нападающего. Что я разболтала? Кому? Даже понять не могу!
Выскакиваю следом. Обалдело смотрю на сигнальные красные огни поворачивающей в конце улицы машины. Уехал.
Вывалил на меня ушат грязи и свалил в закат. Классный номер.
Вернувшись во двор, устало сажусь на скамейку. Обнимаю Чапу, тычущегося в бок. И пытаюсь понять, в чем я виновата. Какую я инфу слила и кому? Я же ни с кем не общалась всю прошлую неделю. Вместе с Алисой выбирала портьеры и мебель. Заказывала нормальные ортопедические матрасы, а ту фигню, что навязали Феликсу, сдавала на склад.