Только одна ночь. Ошибка прокурора (СИ)

– Да. Спасибо. Хорошо, – улыбаюсь я и всю дорогу до дома думаю, как же мне везет на хороших людей.
Взять хотя бы Пашу. Никто его не просил, а он пошел провожать. Отличный парень! Очень отзывчивый!
Но Надежда права. Не стоит так поздно одной ходить.
– Все, пока, – улыбаюсь я Паше у своего подъезда. – В следующий раз пораньше начнем. Договорились?
– Да, – кивает он, но не уходит. – Может, тебе помочь собаку помыть?
– Сама справлюсь, – открываю дверь. – Завтра в девять будь в онлайне, – даю указание напоследок. Замечаю в глазах парня какой-то странный блеск, но принимаю его за готовность работать и учиться.
А дома первым делом мою собаку с шампунем и, завернув в полотенце, кладу на диван.
– Как бы мне тебя назвать, малыш? – спрашиваю, разглядывая мокрую мордочку и полные страха глаза-вишни. – Тебя тут не обидят, не бойся,– шепчу, гладя по шерстке.
И отвлекаюсь, заслышав трель сотового.
– Я сейчас, – опускаю собаку обратно на диван и хватаю трубку. – Да. Слушаю!
– Лара! – радостно восклицает Лера Морозова. – У нас хорошие новости. Сарычев сегодня вступил в должность. Завтра с утра запишись через Госуслуги к нему на прием.
– Ой, а как его зовут? Я не запомнила, – охаю виновато. И сама себя корю за оплошность. Люди помогают, стараются. А я… Мне что, записать было трудно?
– Сарычев Феликс Алексеевич, – диктует мне Лера. Мы еще пару минут говорим о погоде в Шанске, о продуктах на местном рынке и о врачах в женской консультации. – Если будут вопросы, звони, – предупреждает Лера на прощание.
Откидываю трубку на стол и с интересом смотрю на собаку, умудрившуюся вылезти из полотенца, и улыбаюсь. Маленький песик стоит посреди дивана и отряхивается. Аж по всей комнате брызги летят.
- Эй, прекрати! – шутливо грожу маленькому нахалу пальцем и подхватываю на руки. – А я знаю, как тебя назвать, – смеясь, глажу влажную шерстку. - Ты будешь Феликс, малыш!
Легкомысленное решение. Но наш районный прокурор никогда о нем не узнает.
  
Глава 6
 
Глава 6 
Дорогие мои! Всех приветстввую в новой истории! Спасибо вам за интерес к книге и поддержку!
Всех люблю!
– Мне пора, – дергаюсь уходить. – Коньяк допили, у хозяйки глаза слипаются. Где там мой дом, Тима? И где чемодан? Я как неприкаянный, честное слово.
– Я не сплю, – подрывается с места Лера и что-то хлопочет на кухне. – Сейчас чай вам заварю. У меня хороший, целебный. Утром как огурчики оба будете. А то вас в местных чатах заклеймят позором.
– Почему сразу неприкаянный? – усмехается Тимофей. – Хочешь, на ночь у нас оставайся, бро. На первом этаже никто не живет.
– Да я лучше к себе. Ты мне тачку вызови, – мотаю головой. – Слухи и так пойдут. Но пусть хоть не с первого дня.
– Согласен, – коротко кивает Отмороженный Фей, придвигая айфон. Что-то набирает. Видимо, в приложении мне тачку вызывает.
– Адрес хоть какой? И вещи мои где? – поднимаюсь из-за стола и оглядываюсь по сторонам.
– Отлить – дальше по коридору, – бодро поясняет Морозов. – Вещи твои находятся по адресу Заречная, восемь, – бросает мне вслед.
– А квартира? – уточняю, открывая дверь в туалет.
– Лера, свари ему кофе. А то совсем без мозгов, – командует Тима.
«Квартира, блиин! В частном доме? Что-то я совсем с катушек слетел», – таращусь на свое отражение в зеркале. Волосы взлохмачены. Глаза по пять рублей. Рубашка чуть ли не до пупа расстегнута, галстук… Кстати, а где мой галстук?
Хорошо хоть в мундире в первый день не попер. Сейчас бы каждая зараза в городе знала, что новый прокурор любит прибухнуть. Потом объясняй, что я редко пью.
Брызгаю на лицо холодной водой, мокрыми руками зачесываю назад волосы и массирую ушные раковины. Это теща моя первая, Роза Равильевна, меня научила. Говорит, тонус повышает и концентрирует внимание.
Тру лицо, и вроде легчает.
Хоть башка не так раскалывается, и связно мыслить могу.
Квартира какая, твою мать! Вот ведь позорище!
Из кухни проникает аромат хорошего кофе, и я как крыс, ведомый дудочкой, иду на запах.
  
На столе уже накрыто все к чаю.
Тима со знанием дела помешивает заварку в пузатом прозрачном чайнике, а около моего места стоит маленькая белая чашечка с горячим напитком.
– То что надо! – прихлебываю я. – Очень вкусно, – поворачиваюсь к хозяйке, выкладывающей мясо и картошку в одноразовый судок.
– Слушай, Рыча, – вздыхает Морозов, наливая себе в чашку горячий чай. Принюхивается, не скрывая наслаждения. – Там иван-чай, липа, и мелисса. На все случаи жизни чаек.
– Ты что-то хотел сказать? – уточняю невесть зачем.
– Да жениться тебе надо! Ты только свистни, найдем тебе хорошую девушку…
– Может, я и сам найду, – усмехаюсь я. – Ты вот где с женой познакомился?
– Там уже нет таких! – смеется Тимофей, с любовью глядя на жену. И она, повернувшись, ему улыбается. Красивая пара.
– Да я понимаю, – вздыхаю наигранно.
– В магазине познакомились. Я же тебе рассказывал! Лера зашла за мороженым, а я – за прикормкой на рыбалку. Ну и решил не упускать красивую девушку.
– Прикольно, – тяну медленно. – А магазин этот где? Надо заглянуть.
– Мы с тобой его проезжали. На нашей улице, прямо на углу стоит, – довольно ухмыляется Тима и добавляет со знанием дела. – Вот ты прыткий, Рыча. Разведись сначала. А то иногда бракоразводные процессы на долгие годы растягиваются. Как бывший адвокат тебе говорю.
– Да нам с женой делить нечего, – вздыхаю я, в глубине души надеясь на быстрый развод. Пока Лидку от наркомании лечат в трудовой коммуне, знакомый судья должен рассмотреть дело и вынести решение. Но есть риск, что тесть-генерал вмешается. Он может включить ресурс. Тогда придется с ним пиписками помериться. А я не хочу.
Ни думать, ни подключать людей. Ничего не хочу.
Нравится мне сидеть на кухне у Морозова, трындеть о девушках, пить густой, чуть бархатистый кофе и ни о чем не жалеть.
Но айфон Морозова вибрирует на столе, предвещая конец беседы.
– А, Витя, ты приехал? – лениво тянет Морозов. – Зайди, чаю попьешь. Лера только заварила, как ты любишь… А? Конечно, есть. Сейчас достанем, – кивает он, поднимаясь с места. – Тор джем просит смородиновый для Лизы. У нас остался, Лерочка? – поворачивается к жене.
– На полке возьми, – машет в сторону встроенного шкафа хозяйка дома.
Где-то вдалеке щелкает металлическим лязгом калитка. Морозов хлопает дверцей шкафа, доставая из его богатых недр две банки с прозрачным рубиновым желе.
– Феликс, и тебе к чаю! А то тебе завтра и пожрать будет нечего!
– Я уже тормозки собрала, – рапортует Лера. – Утром позавтракаете, Феликс Алексеевич!
– Вот это спасибо! – инстинктивно прикладываю руку к груди. Женщина чужая обо мне позаботилась. Лидка бы точно обломалась. – С удовольствием возьму! – даже и не думаю отказываться.
– Та-ак, что тут у нас? Подкуп прокурора! – ржет Морозов. И сразу от двери раздается насмешливый чужой голос.
– Я думал, вы тут бухаете, а вы коррупционным сговором занимаетесь, – смеясь, входит на кухню высокий холеный мужик. И тут же прибирает к рукам выставленную на стол банку.
– Тор! – обнимает его Морозов и ржет, сука. – Ты тоже можешь подкупить. Отдай свою банку джема.
– Не, ни за что, – категорично мотает головой красавец. – Это для Лизы. Она любит… Спасибо, Валерия Васильевна! – церемонно кивает жене Тимофея.
– На здоровье, Виктор Петрович, – так же церемонно отвечает хозяйка дома.
«Высокие отношения, – думаю оторопело. – В Шанске все так разговаривают? Один я, как варяг, с ноги зашел?»
– Чай будешь? И поедем, – достает еще одну чашку Морозов.
– Нет, Тима. Я на минутку. Еще работать надо, – отказывается Тор. – Я дом открою, Феликса заведу, и к себе. Завтра надо по зуму с китайцами перетереть. Лера, ты поможешь?
– Ну конечно, – откликается та. А Морозов смотрит хмуро.