Девяносто девять бед и майор для круглого счета (СИ)
Да, оно выставляло меня развесистым лохом.
Особенно в области ушей.
Но как по мне, лучше быть доверчивым лопушком, которого развела банда бывалых аферистов, чем съехавшим с катушек шизиком.
Однако даже такого, обидного для самолюбия, но всё же простого решения, Ксения мне не оставила. Более того, не оставила от него камня на камне. И хотя я всё ещё надеялся на простое толкование событий, где Ксюша выступает членом ОПГ мошенников-иллюзионистов, я допускал, что она меня не обманывает. За сайтом стоял совсем другой человек.
Или даже люди.
То, что последняя версия обеляла Ксюшу, грело мне сердце.
Если уж совсем честно.
А то, что не прибавляло понимания вчерашних чудес, огорчало.
Так или иначе, я был решительно настроен довести дело до конца, насколько бы мучительным для моих чувств он ни оказался.
На мой взгляд, коворкинг «5/2» мало походил на место для проведения творческого вечера поэтессы.
Какие ассоциации вызывает у вас слово «поэтесса»?
Лично у меня две. Это либо что-то воздушно-невинное: цветочки, птички, беседки у воды, увитые лианами, с розовыми единорогами и радужными пони, либо прокуренная кухня — прибежище упитой богемы.
Ксения поделилась, что местная звезда поэзии каждую неделю спамила домовой чат приглашениями. Понятно, на такую активную творческую жизнь требовался бы немалый бюджет. А тут и под боком, и не думаю, что за такое уёжество просили миллионы.
Нынче такое называют модным словом «лофт» и почему-то считают крутым дизайном. Это же просто полуночный кошмар агорафоба и мечта маньяка-урбаниста! Ну правда!
Полупустое помещение с неоштукатуренными кирпичными стенами и бесстыдно голыми окнами. Видавший всякое черный-пречерный потолок, увитый черными же проводами и коробами, как сырая подвальная стена паутиной. С арахнофобией тут тоже делать нечего.
Разномастные плафоны, явно скупленные где-то по дешёвке, свисали на разной высоте прямо на проводах. Вдоль стен был расставлены тяжёлые деревянные столы с розетками под ноуты. Стулья, тоже, видимо, собранные с миру по нитке, радовали разноцветием и разноформием. Особенно сейчас, когда были составлены в центре.
Никакой романтики, в общем.
Всё лаконично и утилитарно.
Владелец на всякие мелочи не разменивался и вообще не заморачивался оформлением, как мне кажется. Видимо, был свято убеждён, что если ты пришёл работать, так сиди и работай, а не на стены пялься. Хотя мне не давал покоя вопрос, кому нужен коворкинг в Малых Дребенях без компов и оргтехники, и за счёт чего он выживает? В голову приходили только криминальные схемы, вроде облапошивания идиотов, жаждущих зазомбировать своего начальника.
Несколько выбивался из общей картины офисный диванчик, приют для одинокого любителя комфорта, если таковой сюда по ошибке забредёт. Я бы вот как раз туда и примостил свой усталый афедрон. Но место уже было занято парочкой малолеток, скромно державшихся за руки. Судя по лицам, они надеялись на чудо. Что прямо сейчас коворкинг превратится в кинозал, диванчик — в love seat, и скоро выключат свет.
Однако Мирославу Лесную, очевидно, такие мелочи, как дизайн помещения, не останавливали.
Её гостей, видимо, тоже.
Меня — тем более. Я, в отличие от остальных, за это сомнительное удовольствие заплатил три тысячи деревянных и был твёрдо намерен за них отыграться.
Как и обещала альтернативная «Ксения», мероприятие было исключительно для избранных. Людей пришло раз-два и обчёлся. С одной стороны, это хорошо. Меньше народу — проще отследить. Только никто из присутствующих не тянул на матёрых аферистов. И даже на их подельников.
Список подозреваемых возглавляла сама поэтесса. У неё был прямой мотив всунуть мне приглашение на собственный вечер, да ещё и денег за это содрать. И я даже готов представить, что креатив на сайте — её рук дело.
Но организовать бизнес…
Не знаю.
Возможно, образ экзальтированной юродивой — всего лишь маска. Ксюшу я же подозревал в плохом.
Но Ксюша определённо выглядит умнее.
Вокруг Мирославы суетились две неухоженные, иступлённо-восторженные дамы туманного возраста, всем своим внешним видом демонстрирующие глубокий внутренний мир. На первый взгляд — сёстры нашей поэтессы по диагнозу. С другой стороны, неизвестно, что там за диагноз.
На гостевых стульях сидели три благообразных бабульки и вели неспешную беседу. Не знаю, о чём. Возможно, о каком-нибудь преимуществе птеродактиля над архибрехием на примере стихотворения великого русского поэта «Я пришёл к тебе с хореей».
Даже приближаться к ним не буду.
Вдруг это заразно?
На следующем ряду после них сидела ещё одна парочка: бабулька со старичком. Эта пара служила иллюстрацией известного положения о единстве и борьбе противоположностей. Старичок был — ну чисто божий одуванчик. После загадывания желания. А лицо старушенции выдавало стервозный характер сотого левела. Вот кого можно было назвать ведьмой! Но рядом со старичком она старательно натягивала личину благопристойности. Всякий раз, когда старушенция косила в сторону парочки на диване, личина сползала, обнажая злобную натуру. Но так как диван находился у бабульки почти за спиной, пока она поворачивалась обратно, успевала принимать приличный вид. Я бы даже допустил, что именно она и разводила доверчивых баранов в интернете, если бы не возраст.
Хотя было бы желание, конечно.
На заднем ряду сидел молодой брюнет в кожаной куртке и клевал носом. От этого тоже можно было бы ожидать чего угодно. Но уж слишком натуралистично он клевал.
Вот, собственно, и все присутствущие.
Если не считать нас с Ксенией.
Как определить, с кем я переписывался?
Если честно, я бы скорее подумал, что мошенника здесь нет.
И не будет.
25. Степан
Прямо сейчас я горячо жалел, что сюда пришёл, и чувствовал себя идиотом. Прямо до глубины души. Во мне просыпалось отчаяние. Ну правда, кем я себя возомнил? Шерлоком Эркюльевичем Пинкертоном?
Времена великих сыщиков-одиночек давно прошли. Теперь дела расследуют команды специалистов. И пусть каждый в ней разбирается строго в своей области, зато дотошно. Посадил бы технарей выяснить по айпишникам, откуда заходят мошенники. Те разобрали бы чёртов сайт на молекулы, код на циферки и принесли мне ответ на блюдечке с голубой каёмочкой. А потом бравые опера с группой поддержки отправились бы на захват. И всё это время я бы сидел в кабинете и поплёвывал в потолок.
Ну прекрасный же план!
Великолепный!
В какой момент всё пошло не так?
…Может, в тот самый, когда после совещания я сказал про Потапыча, что ему в дремучей тайге кабанов гонять, а не воров из нычек выковыривать? Кто ж знал, что у него такой слух? Полковник-то уже давно все пенсионные планки перешагнул и по ним потоптался. Хотя, может, и не сам услышал, а донёс кто…
Да уже неважно.
Ясно одно: место это проклято!
Чёртово место начальника Городского отдела полиции №5!
— Дорогие друзья! — сияя восторженной улыбкой человека не от мира сего, вперёд вышла одна из подружек Мирославы. — Сегодня у вас удивительный день! Сегодня вы можете прильнуть к целительному роднику поистине народной поэзии! Приветствуем вас на творческом вечере известной поэтессы Мирославы Лесной!
Жидкие аплодисменты присутствующих стали ответом на эту весьма сомнительную тираду.
— Сегодня мы собрались узким кругом самых близких друзей этой, безусловно, одной из самобытнейших поэтесс нашего времени. — На этих словах коллеги Мирослава скромно потупила взгляд. — Она создаёт произведения, потрясающие по форме и тонкости восприятия, казалось бы, обыденности. Просто вслушайтесь: «Пришла зима. Уснули пашни. Но тут проснулся „Автодор“„. Насколько выпукло, трехмерно рисуется конфликт в такой минималистичной форме как двустишие! Какие глубокие социальные проблемы поднимаются в нём! Или вот это, моё любимое: “ О сколько раз я вас просила Меня забыть! Вы ж: „Долг верни!“».