Девяносто девять бед и майор для круглого счета (СИ)

— Ядвига, которая с кем-то сотрудничает — это какая-то другая Ядвига, — попыталась я подвести спутника к кандидатуре, в которой была почти уверена.
Точнее, кандидатурам.
Сестрички пэри давно точили на меня зуб. Да, это было взаимно, но факт есть? Есть! К тому же я припомнила, как Ляйсян растерялась от вопросов о Льве (если, конечно, это была Ляйсян, в чём я уже не была уверена). Для этих красоток соврать просто так, искусства ради, — одно удовольствие! А за деньги — другое! После магией заморочить так, чтобы человек забыл, где пол, где потолок, — сам бог велел!
В смысле, религия не запрещает.
Юбка до пят, опять же.
И с макияжем девочки на ты.
Ну а дальше всё просто. Понятно, что у нас отечественным мошенникам доверия больше, чем среднеазиатским. Поэтому решили представляться русской. Чтобы в случае чего стрелки перевести, взяли за образец реальную ведьму, с которой схожи по фигуре и, при старательном мейкапе, лицом. Написали дикую ересь на сайте, чтобы со стороны Ведьмовской ассоциации к ним никаких претензий не было. Потому что кто на такую клинику поведётся, таких клиентов нам не надо. А то, что мне выговор за их выходки влепят, так им только в радость.
Всё, гадины, предусмотрели!
Непонятно только, что они сделали со Львом?
И куда его дели?
— На пятом у вас Червона и вторая, как её, которая судмедэксперт… — пропустил сестричек Степан.
— Ариадна.
…Вот, кстати, если Ариадна дома, это бы помогло решить проблему. Не ту, которая с сестричками, а ту, которая может екылдыкнуть в любой момент.
— Я бы ставил на Червону…
Вот же мужики! Понятное дело, они всегда рады поставить на ту, у которой си… буфера выше двойки и полный достоинств бампер.
— Мне кажется, она уехала, — наступила я на горло Стёпиной песне.
— Да? Жаль. Жаль. Ну ладно, будем работать с тем, что есть.
Мы миновали третий этаж.
— Мне кажется, стоит заглянуть в сорок третью, — прямым текстом сказала я.
— В сорок третью? — Майор посмотрел на меня, будто не понимая.
Вот паршивка водяная! Таки напоследок глаза ему замыла!
— Ляйсан, Сария, Надин…
— А, ты про этих… — В глазах Степана появилось узнавание, и он решительно повернул к квартире, которая находилась над моей.
Эта решимость нас и спасла.
Потому что стоило нам пройти мимо металлической двери с номером сорок четыре, как её вырвало с петель и с грохотом впечатало в противоположную стену. Замедлись мы хоть пару секунд — оказались бы неживой уже прослойкой между первой и второй.
  
27. Ксения
 
— Ложись! — гаркнул майор.
Без его приказа сама-то я бы не догадалась! Степан уронил меня на пол и практически вдавил в порог сорок третьей квартиры, навалившись сверху.
Это вчера кое-кому нужно было сверху наваливаться! А сегодня не мачо из себя строить, а просто дать мне позвонить! И не пришлось бы нам сейчас отковыривать себя от бетона!
Зато хотя бы по поводу звонка можно успокоиться. Теперь уже никому звонить не требуется. Все, кому надо и не надо, уже в курсе. И, если не будут тормозить, возможно, нас спасут.
В повисшей тишине стали слышны тяжелые и гулкие, как из ужастика, шаги. Хотя у страха глаза велики, и уши — локаторы. Мало ли, что со страху причудится? Я сильно-сильно зажмурилась. Чтобы как в детстве: закрыла глаза, и вокруг никого нет. Никакие враги меня не видят.
— Эй, ты! Подойди! — Голос звучал искажённо, будто мужчина говорил в кувшин.
Я осторожненько приоткрыла глаз и посмотрела сквозь ресницы в направлении звука.
То, что вышло в подъезд, определённо уже не было человеком.
Живым человеком.
И трупом не было, потому что говорило и двигалось.
Ануфрий, идиот, ты всё же подтвердил мои худшие подозрения!
Выглядел сосед, прямо скажем, хреново. Его лицо ещё не мумифицировалось полностью, но загрубело, пожелтело и потемнело, как древний пергамент. Из-за усыхания тканей глаза, казалось, были готовы выкатиться из орбит и мерцали алым. На голове торчали клочки чудом уцелевших волос. Хрящи — носовой и ушные, видимо, растворились, как на терминальной стадии сифилиса, из-за чего лицо стало напоминать грубую маску.
  
Те, кто писал Волан-де-Морта, определённо были в теме.
Я не сильна в личах.
Не моя специализация.
Так, в общих чертах представляю, что это такое на уровне общей эрудиции. Знаю, что нужно провести ритуал, внутренности свои в филактерию собрать и засунуть какому-нибудь зайцу в яйцо, пока оно в утке. Потом желательно запереть весь этот зоопарк в сундук покрепче и спрятать в чащу поглубже. Или повыше. И самому сховаться там же. Потому что сначала у личей не всё гладко. Чтобы приспособиться к новой форме существования, нужно время. Боже, каким имбецилом нужно быть, чтобы закуклиться прямо в квартире⁈ В пятиэтажке, заселённой Иными сверху донизу⁈ На что он рассчитывал?
— Подойди! — повторил лич для особо одарённых.
— Я⁈ — выдавил Степан сквозь потрясение.
При жизни маг был довольно крепким мужиком. Рослый, жилистый, но с пивным пузцом. А что? Даже у жилистых мужиков, которые не занимаются спортом и питаются всякой фастфудовой фигнёй, рано или поздно появляется пузцо!
Правда, теперь Ануфрию на этот счёт можно было не напрягаться.
Он не просто убрал его в филактерию. Он его убрал навсегда!
— Встать! — вновь велел лич.
Степан примиряюще поднял руку:
— Слушай, парень, я понимаю: вы все тут немного… — «прибабахнутые» читалось между строк, но майор сумел-таки вовремя заткнуться, — уникальные… Давай спокойно обсудим, что тебя беспокоит…
— Подъём! — напомнил Ануфрий, и я ощутила ментальное давление. — Встал и подошёл!
— Да-да, — закивал Стёпа и поднял руки. — Сейчас. Ой!
На бетон шлёпнулась связка ключей. Майор быстро наклонился и еле слышно шепнул: «На счёт три!».
— Я готов! — майор сделал шаг к противоположной стене.
— Иди ко мне! — Воздух наполнился вязким принуждением.
— Три! — крикнул Степан и рванул в падении к лежащей на полу металлической двери, поднимая её щитом и разворачивая так, чтобы я могла за нею спрятаться. — Руки за голову, лицом к стене! Иначе буду стрелять!
Степан сунул руку под пиджак и действительно вытащил пистолет. Хорошо майор подготовился к свиданию! Серьёзно подошёл к вопросу!
Жаль, что личу пистолет — что слону дробина, пролетевшая мимо.
— У-ху-ху-ху-ху! — заржал Ануфрий, как филин в пещере.
…Судя по тому, как дёргано поднималась его рука и коряво сгибались пальцы, управление телом в новом состоянии соседу давалось с трудом. Было ощущение, что суставы, особенно мелкие, работали со скрипом. Видимо, лич и дверь себе выбил, потому что не справился с ключом. Другое дело — магия. Потому что короткое движение поднятой руки, — вжух! — и мы с майором волоком и со скрипом двери о пол влетели в противоположную стену. Хорошо, хоть недалеко и ногами вперёд.
— Иди сюда! — В басе добавились повелительные нотки, и я сама чуть не встала.
Благо, Стёпа успел меня дёрнуть и прижать к себе.
— С ума сошла? Звони, вызывай полицию! — прошипел он мне над ухом и гаркнул Афанасию: — Оружие на землю!
Меня оглушил выстрел. На голову посыпалась штукатурка.
— Последнее предупреждение!
— Иди! Сюда! — приказал лич и стал поднимать руку для пасса.
У меня чуть мозги не взорвались от силы магического воздействия.
И не только у меня.
Стёпа выплюнул Универсуму пару непечатных выражений и выстрелил в руку лича.
Потом в ногу.
Потом в корпус.
Ануфрий даже не притормозил! Лишь слегка дёрнулся от отдачи.
— Что за чёрт! — растерянно посмотрел на меня Степан.
— Это не чёрт, это лич!
Во взгляде майора понимания не прибавилось.
— Про Кощея Бессмертного слышал? Вот как он, только этот едва вылупился.
Дверь, за которой мы прятались, стала медленно отрываться от пола. Майор попытался её опустить, но пасс Ануфрия оказался сильнее веса Стёпы. На лице майора мелькнула паника. Я вздрогнула: он сделал ещё два выстрела и теперь таращился на то, как прямо на глазах у мага зарастали раны.