Наемный корпус (СИ)

Вот тут десантники засуетились. Следующим челноком прибежал начальник станции, капитан третьего ранга Демьянов. Он получил все данные.
— Сколько у вас боеголовок?
— Мы говорили: одна торпедная, стратегическая, три микроядерки вместе с ракетами, тактические. Что вы так нервничаете?
Крейсер недурно так снарядили, должен сказать! Вообще эти боеголовки были прошиты так, что Атлант или Парадиз мог бы без проблем их отключить, отменив подрыв, против них их обернуть нельзя. И в целом пираты должны были надёжно охранять сектора. Но отбросы есть отбросы — чуть что сбежали.
— Почему не сдали сразу⁈ — мужик покраснел, тыкая в меня пальцем.
— Как это не сразу? Станций ближе не было!
— Вы корабль ещё в Секторе Орла захватили!
— Ну да, а эти штуки на складе лежали без пометок в системе. Нас мало, а крейсер большой.
Он засопел, давя нашу «военную» компанию тяжёлым взглядом.
— Вы могли зарегистрировать трофей там!
— Могли, но не хотели — там сейчас хаос и давка. Согласно закону, мы имели полное право летать по глубокому космосу на корабле без надлежащей регистрации до захода в цивилизованные сектора.
— Вы применили ядерное оружие! Знаете, что за это полагается?
Самый тонкий момент. Можно было попытаться скрыть, убив этих. Но вместе с тем пришлось бы обрубать видео. И в таком случае не получилось бы внятно объяснить, что стало с врагами… Сказать, что боеголовка была иного типа можно, но зачем тогда резали? А ещё сбежавший где-то расскажет о произошедшем, и инфа может дойти, а кто-то обратит внимание. В общем, решили быть честными!
— За применение в обитаемом космосе. У нас просто не было иного выбора, как уничтожить пиратов. Иначе им бы досталось ядерное оружие, кстати.
— Вы могли его выкинуть!
— Решили отдать вам. И не пучьте так глаза. Знаете, сколько ядерок я за жизнь запустил?
— Вы и раньше это делали⁈ — чуть не завопил какой-то очень нервный капитан. — Это… да за многократное…
— Я полковник МОГ, — терпеливо пояснил, начиная злиться. — Ну что такое, вроде и время прочитать было, и написано по порядку! Я не раз взрывал станции и планетарные базы! У нас не было демонтированных плазменных боеголовок достаточной мощности, и она уж точно бы не повредила соседние корабли.
— Применение такого оружия регламентируется…
Я перебил его тираду.
— Я могу переписать тот закон по памяти почти слово в слов. И знаю, что есть допустимые случаи как хранения, так и применения. В том числе для уничтожения преступников в красных секторах вне периметра территории федерации, когда альтернатив нет. Предпочли бы, чтобы три пиратских эсминца и захваченный ими крейсер болтались по сектору? Как на это посмотрит ВКС?
Демьянов раскраснелся, он явно не любил, когда с ним спорят, особенно с таким флегматичным видом.
— Мне нужно связаться со штабом.
— Обязательно! И я требую отослать запрос совместно с моим отчётом, дабы правильно изложить ситуацию. Я имею полное право также всё доложить, или же сделаю это сам.
— Хорошо, — процедил капитан и повернулся к растерянным десантникам. — Проверить все склады, боеукладки крейсера и кораблей на ядерные боеголовки! Найдёте хоть одну — взять всех под стражу! Весь груз осмотреть.
— Кстати если найдёте наркоту — забирайте, — напомнил я. — Корабль трофейный, проверить всё сил не было, собственно потому и прилетел.
Привезя такой трофей, ты не отвечаешь за его содержимое, ведь не обязан быть специалистом по поиску секретных ячеек для контрабанды.
— Не командуйте моими людьми! — воскликнул Демьянов, направляясь по коридору к стыковочному отсеку.
Кажется, к нам две трети гарнизона станции высадилось, достав всё доступное оборудование для не деструктивного обыска кораблей. Те же газоанализаторы, которые способны засечь несколько молекул запрещённых соединений в воздухе, и всякие хитрые сканеры.
Всё затянулось на добрых семь часов: бойцы проверяли каждый отсек. Особое внимание уделили грузу и некоторым техническим тоннелям, где по их мнению, видимо, удобно было что-то прятать. И да, нашли ещё этак полтора кило запрещённых веществ в сумме, из нескольких заначек. Я видел, как небольшой контейнер с пометкой «на утилизацию» заполняли собранной разными группами дрянью.
  
Вроде и немного, но и сколько мы выкинули?
Контейнер-морозильник показал я сам, один из бойцов резко отвернулся и попросил своего командира отправить его проверять грузы. Нервишки не выдержали зрелища, да и у главного голос как-то дрожал.
— А где… остальные части тел? — сдавленно спрашивал он. Я удержался от предложенной Бэном шутки, «на складе продовольствия, не пропадать же натуральному мясу?» Но мне не хотелось смотреть на то, как бойцов вывернет на мою палубу. А ещё могут воспринять серьёзно и замучить проверками. А то была одна корпа, выращивающая искусственный белок в чанах. И так уж вышло, что версия, основанная на человеческом, была лучшая по усвояемости организмом. Целевые группы, не зная, назвали его самым вкусным.
Ох и шум тогда поднялся, когда это вскрылось спустя почти год на рынке.
— В системе утилизации органических отходов. Забирайте вместе с контейнером и… Лиса, спасибо.
— Клянусь, когда-нибудь я пойму, как ты нас различаешь. Мы краситься стараемся идеально одинаково! Все неровности на коже замазываем, скафами меняемся! Хоть бы раз спутал!
Она упёрла руки в бока, стоя около грави-тележки с упакованным капитаном.
— А зачем вы это делаете?
— Нравится видеть неловкие лица людей, которые думают, как к тебе обратиться! А ещё можно разыгрывать ухажёров! Представь себе: ходим на свидания по очереди, а в конце заявляемся одновременно втроём.
— К-хм, — громко кашлянул тот, кому мы сдавали пиратов. — Давайте мы… всё это погрузим для опознания.
Пока солдаты лазали по кораблю, мы ждали ответа центрального штаба по необычной ситуации. Я как один из инициаторов запроса, также получил копию ответа. Хотя лучше бы не получал, потому что меня касалась только фраза: «Считаем применение ядерной боеголовки оправданным в сложившейся ситуации». Остальное было выражением недовольства Демьяновым, ведь не так уж далеко от его сектора незамеченными курсировали тяжёлые корабли. Ещё и Горизонт Событий умудрились проморгать, пока я на связь не вышел. Ведь они получили и автоматические отчёты по сеансу связи с нами.
В нашем тесном кругу тем временем шло серьёзное обсуждение.
— Итак, твоё решение?
Максим не раздумывал, уже всё решив.
— Я хотел бы остаться в вашей группе. Но хочу знать, что вы планируете делать глобально. Многое вы при мне не обсуждали. И вступить хочу на условиях доли будущих поступлений.
Я кивнул, про Кирин мы не распространялись. Он потерял корабль и остался на мели. Существует два возможных метода работы с наёмным корпусом: ты в доле в рамках своего вклада, либо ты на окладе. В первом случае человек заинтересован в частых и успешных миссиях. Потому что, если нет работы или группа провалится, ты тоже ничего не получишь. А при успехе срубишь куш. Вместе с тем ты наверняка будешь выходить за рамки своего профиля, чтобы помочь группе в целом. В случае найма ты ничем, кроме своей жизни, не рискуешь.
Это официальный договор и тебе не заплатят только при банкротстве или полном уничтожении группы. И ты можешь, например, отказываться в свободное время обслуживать дроидов или потребовать за это доплату. Но вместе с тем большие деньги могут пройти мимо тебя — острой мотивации помочь в успехе дела нанимателя нет.
Конечно к добытому он не имеет никакого отношения, но в будущем хочет кусочек. То есть считает, что у нас хорошая перспектива заработать.
— Это возможно, как и перераспределение доли, и само собой, — кивнул я и протянул руку, но Максим качнул головой.
— Сначала должен вас предупредить, что я с Омеги уходил из-за конфликта с преступниками. Меня пытались перехватить. Услышав о ВКС, я украл данные, а на взлёте по мне из тяжёлого оружия открыли огонь боевики, но я держал щиты включёнными и успел применить турели, не позволив взломать шлюз. Кое-как сбежал, пока оборона станции тупила.