Леди Артур (СИ)
— Это ваше право, но нужны тактика и стратегия. Просто с мечом на тварь любая дура сможет. А с умом — только истинная леди, — выдал я первое, что в голову пришло.
Клэр опустила меч и задумалась. А я тихо повторил:
— Ну, тактика, стратегия. Достойно и по уму всё сделать.
— Да, сэр Юрий, — согласно выпалила Клэр, но блеск в её глазах стал ещё более фанатичным. — Вы правы: следует занять хорошую позицию.
Графиня покрутила головой и припустила ещё дальше в глубь леса. Пробежав десяток-другой шагов, она вскочила на толстый поваленный ствол старой берёзы и снова стала выкликать на всю округу:
— Выходи, демон!
— Бл…, — сквозь зубы обронил я, не в силах сдержать эмоции. Просто непробиваемая леди, или же так проклятье действует?
— Покажись, тварь! — продолжала вопить девушка с трухлявого дерева. Сорванный несмолкающими криками голос всё чаще сбивался на кашель; всё сложнее было устоять на осклизлом лубе, проглядывающем из-под сбитой подошвами сапог коры.
— Моя госпожа, я не это хотел сказать, — произнёс я, но Клэр уже начала вытирать проступившие на глазах слёзы тыльной стороны ладони, в которой зажат меч. Если у этой барышни, страдающей подростковым максимализмом, начнётся истерика, то вообще ничего не смогу сделать.
Я открыл было рот, и тут сзади раздались новые вопли, но уже других женщин.
— Госпожа! — горлопанила Глория, пытаясь идти вперёд: дорогу ей преграждала Урсула. — Уйди с дороги, мама! Госпожа в опасности!
— Не пущу! Режь меня, не пущу! — вопила в ответ моя телохранительница.
— Пусти!
— Там демон! Не пущу!
— Да твою ж мать, — снова пробормотал я. Семейная драма тем временем перешла в острую фазу, разрушив мои надежды на то, что на этой поляне остался хоть кто-то вменяемый.
— Я не боюсь демонов! Я их всех во имя госпожи покрошу на салат! — Глория пёрла вперёд, точно пьяная десантница, которой резко понадобилось разбить бутылку об голову. Конечно, её можно было понять: социальный лифт вот-вот навернётся с гнилого пня, а потом его доедят лесные чудовища, однако не лезть же на рожон?
— Не пущу-у! — голосила Урсула, разведя в разные стороны руки, как вратарь во время пенальти. — Не пущу свою кровиночку на верную гибель!
— Пусти, мама! — схватила женщину за рукав Глория.
— Выходи, тва… — тут Клэр окончательно сорвала голос и закашлялась, согнувшись пополам.
— Пусти, мама! Я должна умереть во имя госпожи!
— Дурдом, — пробурчал я и направился скорым шагом к выясняющим семейные отношения наёмницам.
А события разворачивались совсем уж неожиданно. Урсула почти без замаха саданула Глорию под дых, да так, что мне почудилось: будь на дочке кираса, а не стёганый поддоспешник, — и ту бы пробила; а когда девушка согнулась пополам, припечатала кулаком в челюсть. Несостоявшаяся десантница качнулась разок и мешком рухнула на траву.
— Нечего мамке перечить, — проворчала Урсула, но сейчас же взвыла, согнулась и сунула руку между коленей. — Сломала, — протянула она. — Больно.
— Урсула, — бросился я вперёд. — Всё хорошо?
— Кажись, руку, юн спадин, сломала.
— Можешь Клэр помочь отговорить? — выпалил я в надежде, что хотя бы старая солдатка осталась в здравом уме и трезвой памяти.
— Да, если кому и умирать, так это мне вместо дочери, — прошептала Урсула. Она выпрямилась, прижимая к животу правую руку, кисть которой уже начала отекать, а левой потянула из ножен кошкодёр.
— Семейка, блин, — сдавленно процедил я и поглядел за спину Урсуле. А там, на полянке у костра, отошедшая от тошнотиков Ребекка уже собиралась вешать убийцу. Женщину скрутили и пинками толкали к ближайшему дереву, услужливо протягивающему крепкие на вид сучья.
— Простите грешную! — истошно орала та, всё норовя пасть на колени, чтобы подползти к леди Ребекке и поцеловать сапог, но её всякий раз вздёргивали на ноги и снова толкали к краю поляны.
— Демоны не оправдание! — сурово вынесла приговор рыцарша.
— Требую суда! — заскулила женщина, опять упав на траву.
— Я здесь суд! — отчеканила леди Ребекка. — А ты убийца!
— Пощады!
Я нервно сглотнул, глядя на разворачивающуюся передо мной сцену, а потом ухватился за рукав Урсулы. В голове кружились совсем уж безумные мысли.
— Беги к ним, скажи, Клэр требует жертву для ловли демона на живца. Только быстрее, а то повесят.
Урсула застыла на месте, но согласно тряхнула головой, словно пьяная:
— Да. Скажу. Но сперва дочку свяжу. Юн спадин, у тебя верёвка есть?
— Бли-и-и-н, — закричал я по-русски, а потом перешёл на местный: — Её же повесят сейчас!
— Не повесят. Госпожа сперва нравоучения расскажет — о боевом сестринстве, о чести и долге, — качнула она головой, словно персонаж из фильма про бриллиантовую руку. Не хватало только: «Руссо туристо! Облико морале».
— Это хорошо, что не повесят, — выдохнул я.
— Повесят, — ответила вместо этого наёмница, сунула короткий клинок в зубы, перехватив его посередине, и начала стягивать с себя здоровой рукой пояс. — Но я успею, — невнятно завершила она.
А на краю поляны истошно вопящую о прощении женщину уже поставили на скамейку и теперь прилаживали к суку верёвку.
— Бл…! — снова вырвалось у меня, и я чуть не кинулся к Ребекке, в стремлении уже самому упасть перед ней на колени. Ну не надо вешать. Пусть преступница отработает виру за убийство — в этих землях есть такое допущение в законах. Ну почему бы сейчас его не применить?
Я набрал воздуха в лёгкие, готовясь рвануть к месту казни, но Урсула, которая уже придавила бессознательную дочку коленом, указала кивком куда-то в лес:
— Эта, демон там, юн спадин.
Я резко обернулся. Клэр, по-прежнему торчащая на стволе, пафосно выставила клинок перед собой, а между деревьями плавно скользила размытая, слегка светящаяся фигура. Фигура небольшая, не выше среднестатистического местного мужичка. Призрак двигался не по прямой, а выписывал круги, словно акула вокруг упавшего в воду человека.
— Ну же, демон, — донеслось со стороны Клэр. — Я сражу тебя.
— Ох, дура, — только и смог сказать я и направился к ним. Помнится, мне тоже удавалось кастовать местное «идемони». Может, получится отогнать немного это привидение.
— Юн спадин, не надо, не ходи! — затараторила Урсула, пытающаяся связать одной рукой дочь.
— Всё будет хорошо, — ответил я, застыв у границы зачарованной защиты, а потом сделал шаг. Демон лишь слегка повёл в мою сторону своей туманной головой и продолжил делать круги. Он скользил совершенно бесшумно. — Всё будет хорошо, — повторил я и прибавил шагу. А после повысил голос, обращаясь к графине:
— Моя госпожа, помните: тактика, стратегия! Вам не сразить бесплотного духа обычным клинком.
— Мне всё равно! — отозвалась Клэр, не сводя взора с призрака. — Я либо погибну с честью, либо убью его. И тоже с честью.
— Блин, думай, Юра, — прошептал я. — Нет здесь ведьмаков на тварей. Есть ведьмачка, но загибается от колик головного мозга. И даже ведьмачьего меча нет.
Я поджал губы. А это идея. Мне и меч-то не нужен. Надо просто…
— Моя госпожа, демон никуда не денется. Он прикован к этому месту. А вот зачарованный клинок вам не помешает.
— Нет клинка. Да и не нужен он, дабы сразить чудовище! — пафосно ответила Клэр, а потом по-детски шмыгнула носом: — А что, разве есть клинок?
— Лучше: у нас есть волшебница, которая может зачаровать оружие.
Я не знал, правда это или нет. Просто брякнул, чтоб вернуть графиньку на поляну. Потом разберёмся: есть меч, нет ли.
— А она точно сможет? — спросила Клэр таким жалобным голосом, что самому захотелось слезу пустить. Так мой племянник просил у родителей: мол, а если я двойки исправлю, вы честно мне игровой комп купите?
— Не сомневайтесь.
Клэр сделала глубокий вдох, кашлянула разок и снова вскинула меч.
— Не вздумай прятаться, демон. Будь здесь и ожидай своей смерти! — напыщенно провозгласила она, спрыгнула с поваленного дерева, чуть не навернувшись притом, и помчалась во всю прыть в сторону лагеря.